Стань моей судьбой - Эмералд Бакли

Вероятно, именно поэтому Валери согласилась принять Шелдона Макинроя, явившегося с визитом, хотя прежде виделась с ним всего один раз. Ей казалось, что от разговора с ним хуже уже не будет.

Она до сих пор хранила в памяти все детали, все события того дня. Они с матерью сидели в гостиной, принимая посетителей и отвечая на звонки. Подавляющее большинство визитеров оказались кредиторами отца, и, хотя Валери старалась уговорить мать не впускать всех подряд, Камилла настояла на своем. К вечеру, когда мать находилась в состоянии, близком к обмороку, Валери удалось наконец уговорить ее отправиться наверх.

Вот тогда-то Гордон поставил перед измученной Камиллой серебряный поднос с последней визитной карточкой. От досады Валери чуть не накричала на дворецкого.

Камилла дрожащими руками взяла карточку.

– Должно быть, кто-то, кого я не знаю.

Валери взглянула на фамилию визитера и вздохнула.

– Это ко мне, мама.

Камилла повертела карточку в руках и с сомнением посмотрела на дочь.

– Ты знаешь этого Шелдона Макинроя? А почему я ничего о нем не слышала?

– А с чего бы я стала упоминать о нем? Помнишь, в прошлом году собирали деньги на приют для бездомных? Тогда я с ним познакомилась. У него швейная фабрика в старом промышленном районе, у озера, и он выделил приличную сумму. Вот и все. – Валери взглянула на Гордона и распорядилась: – Проводите мистера Макинроя в зеленую комнату. Скажите, что я сейчас приду, и закройте, пожалуйста, дверь. А потом отведите маму наверх, чтобы она немного отдохнула.

Камилла устало согласилась, и через пару минут Валери тихонько вошла в зеленую комнату.

Шелдон Макинрой с любопытством разглядывал стоявший на рабочем столе миниатюрный стул с изогнутой спинкой, который легко поместился бы у него на ладони. Валери закончила его в тот день, когда погиб отец.

– Моя мебель вряд ли вас устроит, – сказала Валери, заставив гостя повернуться к ней.

На фоне миниатюрных вещиц Шелдон казался еще крупнее, чем в жизни: невероятно высоким и широкоплечим в темно-сером костюме с аккуратно повязанным галстуком. Он был так же красив, как и при их первой встрече, но намного серьезнее, пожалуй, даже серьезнее, чем требовали от случайного гостя печальные обстоятельства. Почувствовав его напряжение, Валери немного смутилась, но затем задала довольно опрометчивый вопрос:

– А вы из какой категории?

Он нахмурился.

– Извините?

– Я думаю, почему вы здесь. Вероятно, чтобы выразить соболезнование, но, возможно, причина в каком-то неоплаченном счете. Мой отец должен вам какие-то деньги?

– Нет, не должен. И хотя я сочувствую вам, но пришел не ради того, чтобы выразить соболезнования, мисс Керквуд.

Теперь нахмурилась Валери.

– Тогда... если вы не собираетесь утешать меня или взыскивать долг...

– Я хочу немного отвлечь вас от дел.

– Это что-то новенькое. – Она усмехнулась. – Вы явно выделяетесь на общем фоне наших сегодняшних посетителей. Половина из них помнят моего отца святым, а остальные едва удерживаются от того, чтобы не высказать свое мнение напрямик. Это относится к друзьям, кредиторы не стесняются в выборе выражений. Так что вы – приятное исключение. И как вы собираетесь меня «отвлекать»? Вы поете? Танцуете? Играете на аккордеоне?

– Насколько я знаю, вы с матерью оказались в стесненных обстоятельствах.

– Если это называется «отвлечь от дел», то...

– Возможно, мне следовало сказать, что я пришел узнать, не могу ли помочь вам.

– Не вижу, чем вы можете помочь. Стесненные обстоятельства – это слишком слабое выражение. Папа умер всего неделю назад, а уже вполне очевидно, что прежняя жизнь закончилась.

Шелдон кивнул.

– Дом?

– Можно сказать, что его уже нет. Он был записан на его имя и заложен несколько раз. Наверное, можно было бы побороться и добиться в банке отсрочки, но, откровенно говоря, у нас нет денег на его содержание. Мама уже отпустила всю прислугу, но они решили задержаться, потому что не хотят оставлять нас одних.

– Денег нет совсем?

Не будь Валери измучена безысходностью, она, возможно, обиделась бы. Но теперь у нее не хватило сил даже на небольшое усилие. Кто знает, не исключено, что со стороны проблема выглядит не столь безнадежной, а двум женщинам не помешал бы даже самый скромный совет.

– Сумма незначительная, если сравнивать с тем, что должны. – Валери вздохнула. – Даже если мы получим страховку – а страховая компания пока не выражает готовности платить, и мне трудно их винить за это, – этих денег не хватит. Не представляю, что мы будем делать. Мама всегда предоставляла ведение всех финансовых дел папе, но, к сожалению, невежество – плохая защита. То, что она не знает деталей, не означает отказа от ответственности по долгам. У нее не останется ничего, кроме обязательств. А заработать... у мамы нет профессии, кроме того, в ее возрасте найти какую-то работу почти невозможно.

– Но ведь долги вашего отца лежат на ней, верно? Вас они не касаются.

Валери кивнула.

– Она моя мать. Так что меня это касается.

– Ну а как вы собираетесь расплачиваться?

– Вот и еще одна трудность, – признала Валери. – В свое время я изучала искусство и получила степень. Не очень-то практично. В наши дни это не та область, где можно заработать.

– Вы могли бы преподавать.

Валери покачала головой.

– Даже если бы у меня была склонность к преподаванию, я не могу получить сертификат. Надо учиться еще пару лет. А это опять же возвращает нас к денежному вопросу, потому что на учебу нужны средства.

– Что вы думаете делать?

– В понедельник начну работать в магазине на Тейлор-стрит. Моя подруга замужем за менеджером, и Рик – это и есть менеджер – говорит, что поручит мне оформление витрин.

– Работа на полный день?

– Нет. И для начала мне придется продавать дамское белье.

Валери знала, что, несмотря на все попытки сохранять видимость оптимизма, ей не удалось скрыть ни усталости, ни отчаяния. Работая в магазине, можно поддерживать более или менее сносное существование, но на оплату долгов отца уйдут десятилетия.

– У меня есть идея получше, – медленно сказал Шелдон.

– Слушаю. – Валери пожала плечами. – Хотя, должна признаться, не вижу, чем вы можете помочь. И не понимаю, зачем вам это нужно. Если вы знали моего отца...

– Вообще-то я не был с ним знаком...

Валери недолго гадала о его мотивах, потому что Шелдон Макинрой встал и, глядя ей в глаза, попросил выйти за него замуж. Она лишилась чувств, а когда пришла в себя, то обнаружила, что сидит на полу, уткнувшись лицом в мягкий лацкан шерстяного пиджака, вдыхая восхитительный аромат лосьона после бритья.