Ожидание счастья - Мэри Берчелл

— Но, милочка, я ждала тебя не раньше четверга! — слегка нахмурилась она, но Элисон поняла, что тетя умело скрывает раздражение и досаду. Да уж, не особо теплый прием после двухлетнего молчания.

— Разве мисс Грэхам не написала вам? — робко спросила племянница.

— Да, написала, — презрительно пожала плечами тетушка Лидия. — Видно, эти директрисы считают, что другим делать нечего, как только читать их письма да отвечать на них. Но я уверена, что она говорила о четверге, а не о вторнике.

— О! — Элисон почувствовала себя цыпленком, который слишком рано вылупился из своей скорлупы и теперь не знает, как забраться обратно.

Тетя отвернулась к столу и стала быстро перебирать бумаги, а девушка стояла и не знала, чего от нее ждут. Ее охватила паника, потому что ей абсолютно некуда было пойти, больше у нее не было ни одной родной души во всем белом свете.

— А, вот оно! — победоносно воскликнула Лидия и помахала письмом перед носом племянницы. — Я же знала, что не ошибаюсь. Четверг!

На глазах Элисон выступили слезы, но она сумела сдержаться. Глупо плакать, когда тебе почти двадцать.

— Да, вы правы. Мне ужасно жаль, — ответила она охрипшим голосом. — Секретарь мисс Грэхам не слишком аккуратна. Наверное, это просто опечатка.

— Ну, ясное дело, никто не стал бы делать такого намеренно, но следует быть поаккуратнее с датами. — Тетя явно решила переложить всю ответственность на бедную племянницу. — Все это ужасно неудобно, прямо и не знаю, что теперь с тобой делать!

«Можно подумать, у них трехкомнатная квартирка», — подумала Элисон, и у нее засосало под ложечкой. Странно было вот так притворяться, что одна маленькая непритязательная племянница сделает погоду в столь необъятном особняке.

— Ну, дитя мое, садись, раз приехала. Как добралась? — соизволила поинтересоваться тетушка и раньше, чем Элисон успела ответить, продолжила: — Так что же с тобой делать? Видишь ли, у меня впереди два ужасно трудных дня, так что тебе придется самой о себе позаботиться и постараться не высовываться.

— Я не против. Правда, совершенно не против, — поспешно заверила ее Элисон.

Тетя слегка улыбнулась, но в ее улыбке не было ни капли тепла. «Прямо как электрокамин, — сердито подумала Элисон. — Протягиваешь руки к горящему дереву, а жара-то и нет!»

— А теперь тебе лучше пойти в классную комнату выпить чаю с Тео и Одри, — задумчиво проговорила тетушка Лидия. — Потом тебе надо распаковать вещи. Да и пораньше лечь не помешает. Думаю, отдых пойдет тебе на пользу.

— Тео и Одри — близнецы?

— Да. Им уже почти одиннадцать. Одри строит из себя трудного ребенка, но Тео — вполне сносный мальчик, если сестра не начинает забивать ему голову всякой ерундой. — Тетя Лидия говорила о своих родных детях как об отпрысках совершенно посторонних людей.

В тот самый момент открылась дверь, и в комнату вошел седовласый мужчина. Из тетиного «Привет, Теодор» Элисон сделала вывод, что это и есть ее дядюшка, но девушка с удивлением отметила, что он вовсе не похож на богатенького дядюшку Теодора, каким она его себе всегда представляла.

Худой, со слегка вытянутым меланхоличным лицом, он больше всего походил на студента, а не на преуспевающего финансиста. Он немного сутулился, как будто невыносимый груз усталости лежал на его плечах. Но скорее всего, сколотить достаточное количество денег, чтобы удовлетворить аппетиты жены, — дело нелегкое, решила Элисон с юношеской проницательностью.

— Гляди, Теодор, наша Элисон приехала на два дня раньше, — сказала Лидия. — Ужас как неудобно, но тут уж ничего не поделаешь.

— Не вижу ничего неудобного, — возразил он. — Дом большой, места всем хватит. Здравствуй, Элисон! Как ты? — Он протянул девушке руку. После абсолютного безразличия тетки это показалось ей невероятно теплым приветствием.

— Спасибо, я хорошо доехала, — ответила она.

— Скажу тебе, это даже хорошо, что ты приехала именно сегодня, — продолжил дядя. — Как раз вовремя, попадешь на вечеринку, которую устраивает Розали, или на танцы, или что там у нее сегодня.

В комнате повисло молчание, и слащавая улыбка тети не смогла скрыть досады и раздражения.

— Полагаю, Элисон слишком сильно устала, чтобы думать о вечеринках.

— Ерунда, дорогая. — Муж ответил Лидии той же лицемерной улыбкой, и от Элисон не укрылось, насколько неприязненно эти двое относятся друг к другу. — Таким молоденьким ничего не стоит провести четыре часа в пути. Сколько ей? Девятнадцать? Двадцать? Самый возраст, чтобы бегать на танцы. Кроме того, это прекрасная возможность поближе познакомиться с молодежью, которая часто бывает у нас.

Тетя Лидия поджала губы, и Элисон поняла, что она не просто не хочет, чтобы племянница «поближе познакомилась с молодежью», она вообще не желает, чтобы та высовывалась, а тем более посещала вечеринки, которые устраивает ее обожаемая дочурка Розали.

Элисон редко выходила из себя, но она была упрямой девчонкой, и это упрямство часто играло с ней плохую шутку. Именно эта черта характера и вылезла сейчас наружу при поддержке дяди Теодора, который с явным неодобрением отнесся к оскорбительным выпадам своей жены. И когда Лидия сказала:

— Не думаю, что у малышки есть подходящее платье, — Элисон ответила так:

— Есть, тетя Лидия. И я с удовольствием присоединюсь к вечеринке.

Платье действительно было, пусть и не новое, но оно удивительно шло ей. Элисон надевала его на последнее вручение наград.

— Замечательно, — хмыкнула Лидия, и никто не смог бы понять, раздражена она или ей просто наплевать.

Не говоря ни слова, она проводила племянницу наверх, в небольшую, но довольно милую комнатку, а потом к близнецам, в классную комнату, как она ее называла.

— Это ваша кузина Элисон, — улыбнулась тетя, но глаза ее оставались совершенно холодными. — Она будет присматривать за вами во время каникул. Насколько я успела заметить, вам обоим это не повредит. Она будет с вами кушать, выводить вас на прогулку и все такое. — Потом она обратилась к Элисон, которая стояла и молча выслушивала список своих обязанностей: — Хорошенько подкрепись, дорогая. Твоего дяди не будет сегодня вечером, а мы с Розали перекусим чего-нибудь у себя, так что обеда не жди. Спускайся вниз в половине девятого, если ты действительно хочешь этого.

И она выплыла из комнаты, предоставив Элисон возможность самой знакомиться с детьми.

С минуту все трое молча смотрели друг на друга, потом Одри мрачно заметила:

— Надеюсь, ты не собираешься портить нам каникулы.

Но Элисон такое отношение было не в новинку. Она прекрасно знала, как управляться с капризными девчонками, и чувствовала себя словно рыба в воде.

— И я на это надеюсь. А еще на то, что и вы не собираетесь испортить мои каникулы. Я тоже только что из школы, так что рада не меньше вашего.