Встреча двух сердец - Джейн Рей

Мэри принялась внимательно разглядывать стену, разделяющую две нижние смежные комнаты. Конечно, она возведена позже. Если под штукатуркой окажется кирпич, а она была уверена в этом, стену можно будет легко разобрать. У тетушки Дайлис это станет одной комнатой, и камин не будет казаться таким несоразмерным. Она огляделась, надеясь найти что-нибудь, чем можно поскрести штукатурку, и нашла осколок шифера. Штукатурка посыпалась, обнажив что-то красное. Кирпич.

Потом Мэри прошла в смежное помещение и заметила там еще одну небольшую дубовую дверь. Подняла тяжелую деревянную щеколду и, наклонив голову, прошла через низкий дверной проем. У нее перехватило дыхание. Перед ней была сцена из давнего детства — старинная маслодельня. Каменные стены были побелены, у одной из них находилась широкая каменная плита, у другой — глубокая каменная раковина. Мэри, казалось, так и видела, как хозяйка маслодельни стоит здесь и пошлепывает кусок масла, придавая ему нужную форму, а затем надавливает на деревянный шаблон, чтобы оставить на масле оттиск из желудей и дубовых листьев… Из окна открывался вид на зеленые поля, и Мэри могла разглядеть в отдалении трубы старого поместья елизаветинских времен — Бодуниг. Ей захотелось осмотреть верхний этаж. Она вернулась в гостиную с камином и стала подниматься по винтовой лестнице, разглядывая выщербленные каменные ступени. Наверху пол был из дуба, мрачный, запущенный, но с той особой красотой, которую дуб никогда не утрачивает. А стену, отделяющую смежную комнату, можно сделать очень красивой. Ее резные панели были тоже из старого дуба, а дверь раскачивалась на железных петлях.

Во второй комнате Мэри тихо постояла, внимательно ее оглядывая.

В ее воображении комната стала медленно меняться. Дубовая стена после полировки засветилась синевой, к ней прислонилась кушетка, желтое покрывало которой отразилось в начищенном дубе, засветились занавески из вощеного ситца трепещущие на окнах. Старый дубовый шкаф ее матери встал у дальней стены, на фоне наклонной стены, выкрашенной белой краской, контрастно выделились черные вертикальные балки.

«Я могла бы это сделать, — возбужденно подумала Мэри. — Могла бы создать здесь уют». Она подошла к окну, посмотрела на мост и вновь увидела грязь на окнах, не пропускающих весенние лучи. На эту грязную, запущенную, пустую комнату уйдут недели упорного труда, энергии и любви, прежде чем она оправдает надежды. Кроме того, надо будет восстанавливать весь дом, а потом организовывать тут кафе и магазин.

Мэри села у окна и стала думать о своей жизни в Лондоне: удовольствие, веселье, работа, требующая ответственности и дающая определенный статус, хорошее жалованье, которое позволяет иметь удобную квартиру… Может ли она вернуться обратно и похоронить себя в этом отдаленном торговом городке в сердце Уэльса? Что общего у нее с любым из его жителей? Найдет ли она друзей, которые заменят ей оставленных в Лондоне? Мэри вспомнила Хью Тревора и улыбнулась. Уэльс, наверно, тоже меняется. Если Хью типичен для молодых людей нынешнего Лланллона, возможно, у нее не будет недостатка в друзьях…

Неожиданный звук в нижних комнатах нарушил тишину пустого дома.

— Кто там наверху? — Мужской голос, громкий и сердитый, прозвучал так внезапно, что сердце Мэри беспокойно застучало.

Она подошла к лестнице и встретила сердитый взгляд карих глаз, которые наблюдали за ней не мигая из-под шапки черных волос.

— Объясните, пожалуйста, почему вы нарушаете границы?

— Никакие границы я не нарушаю, — нетерпеливо возразила она, спускаясь по лестнице.

Оказавшись внизу, Мэри в замешательстве поняла, что мужчина слишком возвышается над ней, и вернулась на две ступеньки выше.

— Не объясните ли вы, в чем дело? Мне сказали, что этот дом продается, и я пришла посмотреть его.

— Дом принадлежит мне, — заявил мужчина. — Мое имя Оуэн Причард. Я живу в Бодуниге. К моей ферме относится земля на этой стороне реки. Я не знаю, где вы услышали, что «Дом у Моста» продается…

Настроение Мэри стало подниматься.

— Мне сказал очень хороший и авторитетный человек, этот дом продается, получено разрешение открыть здесь кафе и магазин подарков.

— И вы заинтересовались, не так ли, мисс?..

— Райланд, — холодно представилась Мэри.

Оуэн Причард окинул ее взглядом, и Мэри поняла, что ее веселенький норвежский свитер, клетчатые брюки, итальянские туфли свидетельствуют о том, что она иностранка.

— Не думаю, что «Дом у Моста» подойдет вам, мисс Райланд.

— Вы, вероятно, правы. Он довольно запущенный.

— Запущенный? — переспросил Оуэн Причард. — Этот дом стоит тут три сотни лет…

— Здесь очень грязно, — поморщилась Мэри.

— Я не стану продавать дом, если не найду достойного покупателя, — мрачно пояснил Оуэн Причард. — Покупателем должен быть человек, который сможет правильно оценить само это место, а кроме того, понять валлийскую культуру и ее наследие.

Он резко повернулся и направился к выходу.