Ловкие женщины - Дженифер Крузи

— Джек считает, это месть недовольного служащего, который пытается их напугать. А Тревор утверждает, что это розыгрыш и, если подождать несколько недель…

— Типичный Тревор. — Райли фыркнул. — Адвокат, сколотивший состояние на выбивании отсрочек смертных приговоров! Правда, это все же лучше, чем Джек — пронырливый сукин сын.

Гейб раздраженно поморщился:

— О, черт, Райли, да будь ты хоть немного справедлив. С тех пор прошло четырнадцать лет, Джек по-прежнему женат на ней. Хотя ей уже немного за тридцать, он не ищет никого другого и, возможно, даже верен ей.

— Понятия не имею, о чем ты толкуешь, — прошипел Райли.

— Сюзанна Кэмпбелл Дайсарт, переломный момент твоей юности.

— Но если придется выбирать между Хот Ленч и Джеком Дайсартом, — перебил Райли, — поеду к Хот Ленч. Я все равно в понедельник собирался в студенческий кампус, так что это по пути.

— А мне казалось, в понедельник ты наводишь справки о связях клиента. Что тебе делать в кампусе?

— Ленч, — с невинным видом пояснил Райли.

Раздражение Гейба усилилось. Райли тридцать четыре, пора бы и повзрослеть.

— Встречаешься с выпускницей?

— Первокурсницей, — поправил Райли без всякого стыда. — Специализируется в садоводстве. Знает о растениях все на свете. Скажи, тебе известно, что рудбекия…

— Так она на пятнадцать лет тебя моложе?

— На тринадцать. Я расширяю горизонты своих познаний, изучаю растительный мир. Ты же, напротив, сидишь в такой глубокой яме, что вообще не видишь никаких горизонтов. Поедем со мной, подцепишь девочку…

— С последнего курса, — с отвращением закончил Гейб. — Нет уж, спасибо, сегодня я ужинаю с Хлоей, так что девчонки мне не нужны.

Райли с не меньшим отвращением покачал головой:

— Поверь, как бы я ни симпатизировал Хлое, очередной перепихон с бывшей женой не вытащит тебя из кризиса.

— Советую и тебе учесть: перепихон с первокурсницей не поможет тебе достичь зрелости, — предупредил Гейб.

— Ладно, значит, каждый остался при своем, — дружелюбно кивнул Райли и встал. — Передай привет Джеку и мальчикам в понедельник.

Перед тем как уйти, он заменил сломанное кресло на то, что стояло у окна, и на прощание помахал рукой. Гейб принялся было рыться в бумагах, заляпанных кофе, но тут же оставил это занятие и набрал номер «Стар-страк-кап». Он мог бы пройти в кафе бывшей жены через дверь, соединявшую приемную агентства с кладовой «Кап», и лично побеседовать с Хлоей, но в данный момент совершенно не желал ее видеть. Достаточно убедиться, что он получит доступ к ее плоти немного позже.

В трубке зажурчал голос Хлои:

— Слушаю вас.

— Это я.

— Вот и хорошо. — Журчание прекратилось. — Представляешь, сейчас какая-то женщина покупала у меня миндальные пирожные. Высокая и худая. Тусклые рыжие волосы. Красивые глаза. Она была у тебя?

— Да, но это не клиентка. Так что можешь не читать мне проповеди о ее немедленном спасении. Она временно заменит Линни.

— Что-то в ней есть такое… Бьюсь об заклад, она по гороскопу Дева. Назови дату ее рождения.

— Ни за что. Ужин в восемь?

— Да, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Лу думает, неплохо бы осенью полутешествовать автостопом по Европе.

— Только через мой труп. Я оплатил ее учебу в первом семестре.

— Пойми, Гейб, ты не имеешь права диктовать своей дочери, как жить.

— Имею. Ей всего восемнадцать. Слишком рано бродить по Европе в одиночку.

— Мне было столько же, когда я вышла за тебя.

«И взгляни только, к чему это привело!»

— Хлоя, она идет в колледж. Если ей там не понравится, поговорим после первого семестра.

— Хорошо, — вздохнула Хлоя. — Кстати, насчет Девы…

— Нет, — отрезал Гейб и повесил трубку. Прелестная дочь-блондинка вознамерилась прошвырнуться по дальним странам, где на каждом углу торчат хищники-мужчины, а прелестная бывшая жена-блондинка гадает по тем самым звездам, которые повелели ей развестись с ним. Ну и дела!

Он снова принял таблетку аспирина, только на сей раз запил ее «Гленливетом», припрятанным на всякий случай в нижнем ящике стола. Совсем как отец. Придется предпринять что-то в отношении Хлои и Лу, не говоря уж о Джеке Дайсарте и Треворе Огилви. Единственная радужная перспектива во всей этой безнадеге — возможность очередной раз переспать с Хлоей, что всегда приятно.

«Приятно? — Гейб на миг замер. — Иисусе, а где же страсть?»

Хлоя тут ни при чем. Она все та же. Значит, дело в нем самом. Он перевел взгляд с бутылки на пузырек.

«Видно, я окончательно выдохся, если не могу дотянуть до конца дня без лекарств и спиртного».

Действительно, он злоупотреблял «Гленливетом» и аспирином. Хорошо, что не амфетаминами и крэком.

Взгляд упал на снимок на стене: отец в обнимку с Тре-вором Огилви, сорок лет назад. Оба широко улыбаются, салютуя фотографу стаканами с виски.

«Прекрасная старая традиция».

Как говорил отец, Тревор — парень что надо, но привык прятать голову в песок, не замечать проблемы, пока она не взорвется прямо под носом.

«Ты оставил мне больше, чем половину агентства, отец».

Ничуть не обрадованный этой мыслью, Гейб спрятал стратегические запасы в ящик стола и принялся искать среди бумаг свои заметки. Чертовски приятно сознавать, что в понедельник придет секретарь. Агентству просто необходим человек, который будет беспрекословно выполнять приказы и облегчать ему жизнь, как Хлоя, когда была у него секретаршей.

Гейб с досадой взглянул на треснувшее стекло. Как бы там ни было, он уверен: Элинор Дайсарт облегчит ему жизнь. А если нет, он тут же уволит ее и не посмотрит на то, что она бывшая невестка самого важного клиента. Не хватало, чтобы еще одна психопатка действовала на нервы. Он сыт истериками по горло.

А в это время Нелл, сидя за большим обеденным столом в крошечной квартирке дома на противоположной стороне парка, живописала недавние приключения:

— И стоило мне направиться к двери, как жалюзи с грохотом свалились на пол, а на стекле стала видна огромная трещина.

Будучи опытной рассказчицей, она с невозмутимым видом наблюдала, как ее невестка Сюз Дайсарт икает от смеха, платиново-прекрасная даже в минуты ничем не сдерживаемой радости.

— Может, он решит, что окно разбили с улицы, — предположила Марджи, другая невестка Нелл. Маленькое некрасивое личико сияло неизменным оптимизмом. — Если ты сама не признаешься, он наверняка никогда не узнает.

Вынув из сумки маленький серебряный термос, Марджи долила в кофе соевого молока.

— Он детектив, — напомнила Нелл. — Искренне надеюсь, что он узнает, иначе он просто Элмер Фудд[2].