Начнем все вновь - Сьюзен Стивенс

– Значит, все, что тебе было нужно, – это лишь холодный компресс? Да еще немного с тобой поговорить? – Лиззи окинула своего пациента – пони для игры в поло – внимательным взглядом. – Опухоль спала. Скоро к тебе снова вернется твой вздорный нрав, и ты будешь кусать меня за руку каждый раз, когда я с тобой заговариваю.

– Разве лошади отвечают грубостью? – заметила Дэнни. Раскинув руки в стороны, она лежала на сене. – А можешь и мне сделать холодный компресс? Сразу на все тело. Я схожу с ума от жары.

Для обеих девушек это был долгий, трудный день. Им пришлось пригнать лошадей с дальних пастбищ, но Лиззи отказалась отдыхать, пока не закончит все срочные дела. С лошадьми она была готова возиться круглые сутки.

– Да, жарко. Хочешь мятную конфетку?

– Не откажусь, – отозвалась Дэнни.

Лиззи улыбнулась:

– Я разговариваю с пони.

– Тогда, может, перестанешь и обратишь внимание на меня? Я расплавлюсь от зноя, пока ты болтаешь с лошадьми.

– Лови. – Лиззи кинула подруге коробочку с конфетами.

Дэнни, запихнув в рот целую горсть мятных карамелек, поинтересовалась:

– Как думаешь, мы когда-нибудь увидим руководителя учебной программы? Лично я начинаю сомневаться в его существовании.

– Мы знаем, что он существует, потому что именно Чико Фернандес вел самолет, на котором мы прилетели сюда.

– Так где же этот человек?

– Не знаю. Я не тороплюсь с ним встретиться. А ты?

– Врунишка! Ты покраснела. Если честно, не проси меня поверить, что ты не в восторге от мысли о новой встрече с Чико.

– Тут ты не права. Ему я обязана лишь своей страстью к лошадям – и все, – солгала Лиззи.

– Насколько я помню, – задумчиво произнесла Дэнни, – с того дня, как ты познакомилась с Чико, как и он, говоришь только о лошадях. И вот мы тут, на его ранчо!

Лиззи вовсе не ненавидела Чико, как того желал ее отец, хотя и разочаровалась в своем бывшем друге. Лиззи даже не могла винить его в том, что он флиртовал с ее матерью, подозревая, что Серена сама пыталась его соблазнить. Изнасиловал ли он ее мать? Нет, конечно. Лиззи в это не верила. Но ее мать – точнее, Серена, как она требовала от дочери себя называть, – была очень привлекательной женщиной, а Чико всегда был независимым, поступал так, как хотел. Но почему он не сказал обо всем прямо? Вместо этого лишь пообещал забрать ее из Роттингдин-Хауса, а после бесследно исчез.

– О чем задумалась? – поинтересовалась растянувшаяся на сене Дэнни, громко разгрызая конфеты.

«Так я тебе и рассказала!» – уныло подумала Лиззи, понимая, что в этом случае не может быть откровенна с подругой.

– Убери пока на место сбрую, а после поговорим. Здесь уже как в парилке. Я мокрая, словно мышь, после того, как перетаскала все это сено. – Обмахиваясь рукой, Лиззи начала стягивать с себя бриджи и влажную от пота майку, собираясь надеть чистую. Затем, скинув трусики «танга» и бюстгальтер, она потянулась за джинсами. – Жара отнимает все силы, если работаешь так много, как мы.

– Здесь, на ранчо, жаркая не только погода, – озорно заметила Дэнни.

– Ты о мужчинах? – Лиззи сделала вид, что ей эта тема не интересна. Вытерев рукой пылающее лицо, она стянула лентой свои ярко-рыжие волосы в пучок на затылке.

Дэнни открыла один глаз:

– Не притворяйся, что не заметила их. Эти пастухи-гаучо такие сексуальные, а игроки в поло – просто первоклассное приглашение к плотскому греху.

– Неужели, – поджала губы Лиззи. – Не обратила внимания.

– Ладно врать-то, – усмехнулась подруга.

Лиззи интересовал лишь один мужчина, но его сейчас не было на ранчо. Наверное, Чико решает какие-то проблемы, случившиеся в его отсутствие. Похоже, он даже не узнал старую подругу, встретившись с Лиззи снова. Ведь когда они виделись в последний раз, ей было всего пятнадцать. Она не впечатлительна и не собирается влюбляться в «мужчину с внешностью варвара и моральными устоями распутника», как пишут о Фернандесе бульварные газеты. Но трудно было не обратить внимание на этого «бунтаря из мира конного поло» – так его называют в спортивных колонках, ведь он часто мелькает на обложках журналов.

Откинувшись головой на стенку стойла, с раскинутыми, словно в раскрытом объятии, руками, Лиззи наслаждалась обвевающим кожу легким ветерком из открытого окна.

– Как думаешь, кто-нибудь заметит, что я не надела майку?

– Кто тебя здесь увидит? – ответила Дэнни, перекидывая через руку седло и уздечку. – В конюшне всего одна лошадь да мы, двое конюхов.

Лиззи расслабилась. Дэнни права: кто ее тут увидит?