Рискованный шаг - Элла Уорнер

– Не думаю, – строго ответила она.

Резкий ответ ошеломил дочь и вызвал очередной вопрос:

– Почему?

– Действительно… почему? – повторил Кеннет, не теряя добродушия.

Марианна свирепо уставилась на него, возмущенная тем, что ее поставили перед дилеммой.

– Шейла обедает рано. В восемь она уже в постели.

– Никаких проблем. – Он взглянул на часы. – Сейчас почти пять. Если вы придете к шести…

– Остановитесь же, Кеннет! – выпалила Марианна.

Он медленно поднял взгляд, в котором не было уже и тени добродушия – только горячее желание смести все преграды, которые она воздвигала между ними. Эти глаза обожгли ее правдой, которую она не могла отрицать: ее так же влекло к нему, как и его к ней.

– Некоторые вещи нельзя остановить, Марианна, – тихо проговорил Кеннет.

У нее не нашлось ответа на это справедливое замечание.

Марианна стояла неподвижно, пытаясь воспротивиться желаниям, которые пробуждал в ней этот человек. Она разрывалась надвое: ее тело жаждало познать его, а трезвый голос рассудка внушал, что близкие отношения с ним будут означать конец конспирации, чем не преминут воспользоваться ее преследователи, и все закончится страшными душевными мучениями.

Изящно взмахнув рукой, он мягко добавил:

– Конечно, выбор за вами.

Глядя на его длинные артистичные пальцы, Марианна представила, как эти пальцы ласкают ее, заставляя чувствовать себя любимой и желанной. Каково это, когда «король удовольствий» занимается с тобой любовью? От неудержимого желания испытать это… хотя бы один раз… у нее свело судорогой живот. Сердце неистово билось, моля, чтобы Марианна сделала собственный выбор – выбор, который сметет без остатка все те правила, которым она следовала столько лет.

– Мне бы хотелось пойти, мамочка. А почему бы и нет? – отчаянно подумала Марианна, с любовью и болью глядя на дочь. – Почему не позволить Шейле радоваться обществу человека, который не видит в ней лишь пешку в чудовищной алчной игре? Почему бы не внести что-то нормальное, человеческое в их жизнь в Данидине… Почему?

– Хорошо, тогда пойдем, – решительно проговорила она, отметая все сомнения и опасения, терзавшие душу.

Шейла восторженно захлопала в ладоши и подняла к Кеннету веселое личико.

– Фруктовый салат, – напомнила она.

Тот рассмеялся с видимым облегчением и заверил ее:

– Я не беру назад своих обещаний. Будут тебе твои ананасы.

– А мороженое с шоколадными чипсами?

– Шейла! – с укором воскликнула Марианна.

– Я только спросила, мамочка, – поспешила оправдаться девочка.

– Ты ведь знаешь, что это неприлично.

Последовал театральный вздох.

– Простите.

Марианна тоже вздохнула, опасаясь, что ввязалась в безумную авантюру под воздействием порыва, о котором впоследствии неминуемо пожалеет. Однако, подняв взгляд на Кеннета, увидела в его глазах такое счастье, такую теплоту, что просто не могла заставить себя думать о последствиях своего решения.

– Половина седьмого нас устроила бы больше, – сказала Марианна.

Ей нужно было время, чтобы сполна насладиться подготовкой к вечеру с мужчиной, которому действительно нужна была она, а не ее связь с миром непристойного богатства.

– Прекрасно, – улыбнулся он, и от этой улыбки Марианна непроизвольно стиснула пальцы.

– Спасибо, – сдавленным от переизбытка чувств голосом проговорила она.

– Пожалуйста, – ответил Кеннет. С той же улыбкой он повернулся к Шейле. – Мороженое с шоколадными чипсами?

Та радостно всплеснула руками.

– Пожалуйста!

– Я куплю его по дороге домой.

– О, спасибо!

Кеннет помахал им на прощание и зашагал прочь с видом человека, который пришел, взглянул – и весь мир оказался у его ног.

Увы, это не так, с грустью подумала Марианна. Только крошечный кусочек мира принадлежит Кеннету Джордану. Она вспомнила свой визит на огромную овцеводческую ферму, принадлежащую его семье и расположенную в предгорьях Южных Альп. Эдем Джорданов, как ее называли. Марианна была в числе служащих фирмы, приглашенных на свадьбу Роберта Джордана, оказавшуюся жутковатой, захватывающей и величественной церемонией с участием аборигенов.

Она была рада, что приехала, рада, что соприкоснулась с древними традициями удивительной земли, связанными не с добыванием богатств, а с самой этой землей. Неужели ей предстоит сыграть роль змия в раю Кеннета?

Рано или поздно они появятся – могущественные люди в костюмах – и нарушат нормальное течение жизни, которую ей удалось наладить здесь, порвут все ее естественные связи с людьми.

Марианна поежилась.

Некоторые вещи остановить нельзя. Слова Кеннета… но они применимы, увы, не только к чувствам, которые они испытывают друг к другу. Ну и пусть хотя бы ненадолго… Пусть безрассудство одолеет мучительные страхи. Она получит то, чего хочет. Как и Кеннет.

Это был и его выбор.