Эротический цирк - Микки Леоне

Солнечные зайчики резво скакали по морковному капоту мини-такси, мчавшего Данни от вокзала по загородному шоссе. Живописные виды Суссекса ласкали взор. Позади остались две деревни, машина приближалась к третьей. Шофер снизил скорость до тридцати миль в час, и Данни поняла, что они почти у цели.

Ей вдруг вспомнилось, что она никого не предупредила, что уезжает к незнакомым людям, и на душе стало тревожно. Нужно было оставить записку Тэму или позвонить маме, на худой конец — своей подруге Линде. А вдруг эти циркачи маньяки или извращенцы? Или с ней что-нибудь случится во время занятий? А если она вообще не вернется в Лондон, как ее тогда смогут отыскать? Данни разнервничалась и решила, что при первой же возможности отправит с местной почты открытку маме или же позвонит ей из цирка.

— Почти приехали, милашка! — сказал водитель такси.

Данни молча кивнула. Она была благодарна ему за то, что он не донимал ее разговорами во время поездки: ей нужно было собраться с мыслями перед ответственной встречей с Фов. Данни думала об этой загадочной женщине все два дня после телефонного разговора с ней, сердце подсказывало: скоро начнется новый этап в ее жизни, необычный, красочный и восхитительный. Однако пока Данни не была морально готова к встрече с Фов и поэтому волновалась.

Хрипловатый, грудной голос этой женщины завораживал своим французским акцентом и интимной интонацией. Многие вопросы, которые она задавала Данни, настораживали, а присутствие при их беседе загадочного мужчины с приятным баритоном вселяло в Данни смутное волнение и порождало в ее голове разные фантазии.

Тон голоса незнакомца был пропитан эротизмом; ведь не случайно по телу ее пробежала дрожь, как только она его услышала. Мечтательность и обостренная интуиция были главными особенностями ее натуры. Данни охватило предчувствие нового опыта, выходящего за рамки актерского мастерства. Цирковые фокусы и трюки привлекали ее в далеком детстве, сейчас же она жаждала чего-то особенного, еще не познанного ею, мечтала открыть для себя новые горизонты, познать свои истинные устремления.

Деревня, в которую въехало такси, выглядела так, словно она сошла с красочной почтовой открытки. Вдоль главной улицы тянулись каменные домики, крытые черепицей. Данни насчитала два пивных бара, заметила газетный киоск, почту, бакалейную лавку и детский садик, на игровой площадке перед которым резвилась детвора. Поодаль на скамейках грелись на солнышке бледнокожие молодые мамы. Над шоссе зависло марево, безоблачное небо поражало голубизной; конец мая в этом году выдался жарким. Данни чувствовала себя комфортно в кремовой майке и хлопчатобумажных слаксах. Из одежды она взяла с собой несколько пар носков, полдюжины маек и теннисок, нижнее белье, шорты и пару легких платьев — все это поместилось в дорожной сумке. На вокзале она на всякий случай купила два журнала, несколько плиток шоколада и две бутылки лимонада: вдруг поблизости от цирка не окажется магазина?

Такси миновало деревню и свернуло на извилистую подъездную дорожку, поднимающуюся на холм. На его вершине виднелось несколько строений и белел купол цирка-шапито.

— Так вот где устраиваются представления! — воскликнула Данни. — Вы бывали на них?

— Нет, нам, работягам, такое развлечение не по карману, — покачал головой водитель такси. — В заведение мадам Легер приезжают исключительно богачи, по специальному приглашению. Между нами говоря, мадам Фов не любит, когда кто-то из местных вертится возле цирка.