Огонь любви - Барбара Картленд

Как будто угадав мысли Карины, женщина объяснила:

– Он внизу с хозяйкой. Она привела доктора. Мне уже недолго осталось жить, и я не смогу отвезти его туда.

– Отвезти куда?

Женщина прикрыла глаза, словно ее охватил внезапный приступ боли. Лицо ее исказилось, и на мгновение она стала похожа на маленькую больную обезьянку.

– К его отцу! – почти выкрикнула женщина с неожиданным приливом энергии. – Вы должны отвезти мальчика к его отцу.

Пальцы женщины обхватили руку Карины.

– Обещайте мне, что отвезете мальчика и скажете то, о чем я попрошу вас? – спросила она с таким отчаянием, как будто все зависело от ответа Карины.

– Я не совсем понимаю, – спокойно ответила девушка. – Где живет отец ребенка? Это лорд Линч?

– Да, его имя лорд Линч, – ответила женщина. – Он всегда говорил мне: «У нас нет денег. Мы ничего не можем сделать, пока жив мой отец. Мы нищие! Нищие! Я не могу дать тебе ничего из того, что ты должна иметь. Но когда мой отец умрет, все будет иначе».

Женщина тихо заплакала, и голос ее снова стал низким и прерывистым, как в тот момент, когда она впервые заговорила с Кариной.

– Он мертв. Наконец-то он умер, и теперь будут деньги, положение в обществе, приемы – все, что он обещал мне. Не будет только меня, чтобы наслаждаться всем этим.

– Я уверена, все будет хорошо, – сказала Карина, охваченная внезапной жалостью. Только сейчас она поняла, как молода была эта женщина – двадцать девять, тридцать или чуть больше, гораздо моложе, чем казалось вначале. Но одно не вызывало сомнений: она была очень больна.

– Нет… Нет, я знаю правду. Мне не жить. Да я и не хочу, потому что больше не смогу танцевать. Но ребенок… Ему нужна забота, и пусть его отец заплатит за это.

Слабый голос женщины прервался. Внезапный приступ кашля сотряс все ее тело. Даже под одеялом было заметно, как она истощена.

– Да, черт возьми, он заплатит! – хриплым голосом раздраженно проговорила леди Линч. Приступ кашля прошел, и на лбу блестели капельки пота. – Он заплатит за своего наследника… Заплатит за все, в чем отказывал мне, за все невыполненные обещания… Вы отвезете моего сына туда, где его ожидает наследство?

Теперь в голосе ее звучала просьба, раздражение исчезло, и темные миндалевидные глаза, в которых затаилась боль, смотрели умоляюще.

– Конечно, я отвезу мальчика, – мягко ответила Карина. Она видела умирающих людей, поэтому знала, что женщина говорит правду – жить ей осталось недолго.

– Спасибо… Спасибо. Это все, что я хотела знать. А теперь позовите миссис Бейгот, скажите, что она мне нужна.

Карина осторожно прошла среди ярких островков шелка и атласа, открыла дверь и вышла в коридор. Коридор казался пустынным, и только откуда-то из подвала доносились голоса. Она увидела каменную лестницу, которая вела вниз, туда, где, очевидно, размещалась кухня. Девушка подошла к лестнице и позвала миссис Бейгот, немного опасаясь, что той может не понравиться повелительный тон в устах незнакомого человека.

– Миссис Бейгот! – Звук, казалось, отразился от стен. В воздухе стоял сильный запах лука. – Миссис Бейгот!

– Иду! – отозвался бодрый голос кокни. Внизу лестницы появилась крупная, пышнотелая женщина и начала медленно взбираться по ступеням.

Карина дождалась, пока женщина поднимется, и извиняющимся тоном объяснила:

– Леди Линч просила меня позвать вас.

– Вы из конторы Мейси? Да? Девчонка сказала мне, что от них кто-то пришел. Вы сделаете, что она просит?

– Если вы имеете в виду, отвезу ли я ребенка к отцу, то да, я обещала сделать это.

– Вот и хорошо, а то бедняжка уж больно беспокоилась.

Идя по коридору рядом с миссис Бейгот, Карина почувствовала, что и та недавно прикладывалась к бутылке с коньяком.

– Выглядите вы очень подходяще, – заметила миссис Бейгот, оглядывая Карину. – Прямо настоящая леди и вполне внушаете доверие. Этого я и добивалась. Уж кому-кому, а мне известны эти агентства. При первой же возможности норовят подсунуть какую-нибудь старую растрепу. Я сказала им, что именно мне нужно, и должна признаться, хоть один раз мы, кажется, получили то, что хотели.

– Спасибо, – с улыбкой поблагодарила Карина.

Полное лицо миссис Бейгот смягчилось.

– Не обращайте на меня внимания, дорогая, я всегда говорю то, что думаю. Мамаша Бейгот – вот как меня называют. А я и есть как мамаша чуть не для половины актеров.

– Неужели леди Линч, действительно умирает? – тихо спросила Карина, поглядывая на дверь и опасаясь, что забыла закрыть ее и теперь несчастная больная все слышит.

– Да, ах она, бедняжка. И, черт возьми, нет ни малейшего шанса, что она поправится. Да она и сама знает это. Знала уже, когда приехала сюда, – просто кожа и кости. Им, танцовщицам, всегда не хватает жизненной силы, уж поверьте моим словам.

– А она была знаменитой танцовщицей?

– Я бы сказала, да. Лично я о ней никогда не слыхала, но вы можете прочитать, что писали про нее газеты. Она хранит все газетные вырезки в какой-то книжке.

– А какой она национальности? – поинтересовалась Карина. У нее было чувство, что она не должна проявлять такое любопытство в отношении своей будущей хозяйки, но расспрашивать саму леди Линч было бы немыслимо, а миссис Бейгот, как видно, не имела ничего против подобных вопросов. Напротив, она явно горела желанием выложить все, что ей известно.

– Толком нельзя сказать. Она говорит, что мать у нее была яванка, а отец – голландец. Насчет отца это может, правда, а, может, и нет. В таких людях всегда много чего намешано. Но какая бы кровь ни текла в ее жилах, бедняжка когда-то была красавицей.

– Я тоже так подумала! – воскликнула Карина. – Даже несмотря на болезнь, видно, как она была хороша.

– Грудь, сердце, легкие – все безнадежно, – сказала миссис Бейгот чуть ли не с удовольствием. – Доктор говорит, в ней нет ни одной здоровой жилочки – вся насквозь гнилая. Он дает ей всего несколько дней, упокой господь ее душу.

– Может, нам следует послать за лордом Линчем?

– Нет, она этого не хочет. Да и никто не может сказать, приедет он или нет. Понимаете, он бросил ее почти шесть лет назад. Буквально выкинул на улицу, так она говорит, а прежде клялся в вечной любви и заставил ее бросить танцы. Черт побери этих мужчин: все они одинаковы.

– Тогда зачем?.. – начала было Карина.

– Она желает отомстить, – перебила ее миссис Бейгот, догадавшись, о чем именно хотела спросить Карина. – Потому-то она и привезла ребенка. Они добирались сюда почти девять месяцев. Бедняжка должна была достать деньги на эту поездку, и тогда ей приходилось зарабатывать танцами. Может быть, ее иногда брали в содержанки, а потом она снова работала. Это было настоящее паломничество. Я так и сказала ей – это паломничество!