Бессмертная и недооцененная - Мэри Дженис Дэвидсон

Я с сожалением вспомнила, что Эрик Синклер, король вампиров, возвращается из Европы следующей ночью. Это были относительно спокойные полтора месяца несмотря на отъезд короля в Старый Свет, или благодаря ему. Я старалась не задавать вопросов, так как не хотела, чтобы он подумал, что на самом деле я интересуюсь им, а не его делами. Я догадалась, что скорее всего он ездил проверять свои владения — они представляли собой обширную территорию. В конце концов я ничего не хочу знать.

— Добро пожаловать домой, — сказала я Тине, его закадычному и самому старому другу.

Реально старому…. Около 200 лет, или около того.

— Умри, — сказала я ему.

— Я это уже сделал, — произнес он, сворачивая газету и откладывая ее в сторону. — И я не собираюсь повторить это, даже для тебя, дорогая.

— Увидимся позже, Ваше Величество.

Тина поклонилась и вышла из комнаты.

— Привет и пока, — сказала я. — Почему ты не можешь следовать ее примеру?

— Скучала?

— Ни капельки.

Я солгала. Эрик Синклер, в своих огромных шести футах, производил сильное впечатление. И не только потому, что он был огромен (широкие плечи, длинные ноги) и чрезвычайно привлекательным (черные глаза, темно-коричневые волосы, сочный рот, большие руки). Он был харизматичным …, почти гипнотизирующим. Когда ты смотришь на него, ты всегда представляешь, каково это — ощущать его губы в темноте. Он был грехом во плоти.

— Проходи и садись, — сказала Джессика. — У нас поздний ужин. Действительно поздний.

— Джес. — Я присела. — Сколько раз тебе повторять? Ты не должна откладывать время еды только потому, что трое из нас весь день спят.

— Да ничего страшного, — ответила она, это было чудовищной ложью.

На часах было три часа утра, и она наконец ужинала. Или это был ранний завтрак.

— В этом вся ты!

Я налила себе чай, взяв чашку из старинного чайного сервиза, который сохранился вместе с домом. Как всё здесь вокруг, сервизу было тысяча лет, и стоил он огромную сумму. Я уже почти привыкла пользоваться таким антиквариатом каждый день. По крайней мере, моё сердце не замирало, если я роняла что-либо.

— Я скучал по тебе, — сказал Синклер, как будто я разговаривала с ним. — Я действительно очень хотел вернуться к тебе.

— Не начинай, — предупредила я.

— Нет, начинай, — сказала Джессика, разрезая свой бифштекс.

Запах сводил меня с ума. Ох, говядина! Я сразу же узнала ее. — В последнее время вокруг так тихо.

— И я думаю, настало время решить нашу проблему.

— Серьезно?

Он имел в виду тот факт, что мы были королем и королевой, формально мужем и женой, хотя у нас только был секс дважды за последние шесть месяцев.

— Ты не можешь повернуть время вспять, Элизабет. Даже такие как ты должны подчиняться логике.

— Не будь занудой, — сказал я ему. — Передай сливки.

— Я просто подчеркиваю, — сказал он, игнорируя мою просьбу — вы обе, задумайтесь о нем. — Ты не можешь быть беременной или снова стать девственницей. Поскольку мы уже были близки, и являемся женатыми согласно вампирскому закону.

Я зевнула.

— Бессмысленно жить в разных комнатах и спать в разных кроватях.

— Забудь об этом, приятель. — Я встала и взяла гребаные сливки сама. — Мне повторить?

— Но ты сделаешь это, — добавила Джессика, не отвлекаясь от стручковой фасоли.

— Я спала с тобой однажды, и завязла в должности королевы. Переспала с тобой снова, и Джессика пригласила тебя переехать.

— Так, по твоей логике я должен прекратить все близкие отношения с Джессикой, — Синклер уточнил, — не ты.

— Какая тут логика? — спросила Джессика, почти смеясь. — Мечтай больше, парень.