Ирландская роза - Патриция Грассо

– Мама, ты что-то сказала? – спросила Мев. Дочка Кэтрин была миниатюрной копией матери – рыжие волосы, изумрудно-зеленые глаза…

– Я разговариваю с твоим отцом, – ответила Кэтрин.

Малышка огляделась вокруг и снова удивленно посмотрела на мать.

– С отцом? А где он? Я его не вижу! – разочарованно заявила она.

– Это не значит, что его здесь нет, – мягко проговорила Кэтрин. – Ты же не видела сегодня солнца, но оно на небе, ты не можешь увидеть своего брата, но он здесь, у меня в животе.

– Я уже так долго жду, – капризно протянула девочка. – Когда же я его увижу?

– Я же говорила тебе! – с улыбкой отозвалась Кэтрин. – Он будет с нами осенью.

– И отец тоже? – спросила Мев.

– Нет, – ответила Кэтрин. – Твой отец теперь на небесах.

«Хотя едва ли Шон после смерти попал в рай», – подумала женщина, вздохнув. Она тяжело поднялась с колен и, взяв дочь за руку, увела ее с кладбища.

Братья Патрик и Конел О'Доннелы, воины, служившие Шону О'Нейлу, поджидали Кэтрин во дворе.

– Не сомневаюсь, – сказал Конел, – что Терлоу провозгласит себя правителем и наследником О'Нейла и двинется на Данганнон.

– Хью сейчас в Дублине, – заметил Патрик, наблюдая, как Кэтрин и Мев идут по дорожке к дому. – У него больше прав на Тирон, чем у Терлоу.

– Если мы перейдем на его сторону, – задумчиво проговорил Конел, – то нам, возможно, удастся отомстить за смерть Шона.

– А как быть с Кэтрин и Мев? – спросил Патрик, искоса взглянув на брата. – Мы же поклялись защищать их.

– Кейт решила вернуться домой, – откликнулся Конел. – В Данганноне ей придется несладко – особенно когда сюда заявится Терлоу.

– Думаешь, Хью поможет нам отвезти ее в Англию?

– Не знаю, – ответил Конел, – но, пожалуй, стоит попытаться. Ты останешься здесь с Кейт, а я поеду в Дублин.

Издали увидев мужчин, Мев стремительно бросилась к тому, кого любила больше всех.

– Дядя Патрик! – закричала она. Рассмеявшись, Патрик подхватил ее на руки.

– Мой отец теперь на небесах, – сообщила ему Мев. – И еще я увижу своего маленького братика, только забыла когда.

– Правда? – Мев кивнула:

– Так сказала мама.

– Ну, значит, так оно и есть, – улыбнулся Патрик. – А как насчет поцелуя?

Мев звонко чмокнула его в губы.

– А как насчет меня, девушка? – спросил Конел. Наклонившись вперед, Мев прикоснулась губками к его щеке, и Патрик улыбнулся, отметив ту сдержанность, с которой малышка поцеловала его брата.

– Есть срочное дело, которое нам нужно обсудить, – сказал Патрик, обращаясь к Кэтрин.

Забрав у него Мев, Кэтрин поставила девочку на землю и сказала:

– Иди в дом, Мод или Полли дадут тебе попить. – Когда малышка убежала, Кэтрин выжидательно посмотрела на братьев.

– Терлоу возвращается в Данганнон, – сообщил ей Патрик.

– Убейте его! – вскричала Кэтрин. – Я хочу, чтобы он умер.

– Это не так просто, – сказал Конел. – Терлоу будет новым главой клана О'Нейлов.

– А мой ребенок?

– Шон объявил Терлоу своим преемником, и ничего нельзя изменить, пока он жив, – объяснил Патрик. – Клан поддерживает его.

– Терлоу предал Шона, – возразила Кэтрин. – Неужели О'Нейлы пойдут за изменником?

– Да, он вероломный негодяй, но доказать это невозможно, – мрачно проговорил Патрик. – А кроме того, О'Нейлы не могут ждать, когда родится и вырастет сын Шона. Клану нужен вождь, чтобы сдерживать наступление англичан.

– А моим детям что-нибудь угрожает? – спросила женщина.

– Вдова Шона и его дети всегда будут под защитой клана, и даже Терлоу не посмеет вас тронуть, – заверил ее Конел.

– И что мне теперь делать?

– Пока оставайтесь здесь, – посоветовал ей Патрик. – Хотя бы до тех пор, пока мы не поймем, куда ветер дует.

– Я отправлюсь в Дублин, чтобы подготовить ваш отъезд, – сказал ей Конел. – Тогда в случае необходимости вы сможете быстро отплыть в Англию.

– И не делайте ничего такого, что могло бы разозлить Терлоу, – предупредил ее Патрик, глядя вслед удаляющемуся брату.

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Кэтрин. Она скорее умерла бы, чем легла в постель с распутным мерзавцем, который однажды уже пытался ее изнасиловать.

– Я имею в виду, – ответил Патрик, – что вам следует оставить вашу очаровательную привычку сводить мужчин с ума.

На губах у Кэтрин впервые за много дней мелькнула улыбка.

– Я попытаюсь, – пообещала женщина, – но это будет нелегко. Что же касается Терлоу, то никакие мои усилия не помогут. Боюсь, мне придется либо уступить ему, либо его разозлить.

– Ничего… Мы что-нибудь придумаем, – промолвил Патрик.

Конел меж тем отправился в путь и через несколько дней сумасшедшей скачки прибыл в Дублин. Здесь Конел узнал, что Хью живет в доме, построенном его дедом, Конном О'Нейлом, первым графом Тирона. В этом особняке старик останавливался, когда дела приводили его в город.

Подъехав прямо к дому О'Нейла, Конел представился экономке, открывшей ему дверь. Пег пригласила его войти и поспешила в библиотеку сообщить о посетителе. Услышав, кто к нему пожаловал, Хью встал с кресла и обошел стол, чтобы встретиться лицом к лицу с одним из самых верных и славных воинов О'Нейла.

– Ну? – вопросительно поднял он бровь, когда Конел молча остановился перед ним.

– Я ваш родственник Конел О'Доннел из Ольстера, – представился гость. – Шон О'Нейл мертв.

– Знаю, – сказал Хью, окидывая оценивающим взглядом могучую фигуру человека, о котором много слышал, но которого никогда прежде не видел. – Трудно было не заметить его голову, торчащую на пике.

Конел опустился на одно колено.

– Я присягаю вам на верность от своего имени и от имени моего брата Патрика, – торжественно произнес он.

– Встань, – промолвил Хью и протянул ему руку. – Твой брат всегда был любимчиком Шона и, насколько я помню, никогда не лез за словом в карман.

– Да уж, он такой! – ухмыльнулся Конел. – Послушаешь его – обхохочешься, если только он не вздумает вышучивать вас. Вот тогда вам станет не до смеха…

– А почему он не приехал сюда и сам не присягнул мне на верность?

– Патрик остался в Данганноне. Охраняет вдову Шона и его дочь, – пояснил Конел. – Мы поклялись Шону, что никому не дадим их в обиду.

Хью тут же вспомнил красавицу-англичанку, у которой ему удалось однажды украсть поцелуй. Маленькая и изящная, с нежным цветом лица без единой веснушки; грива медно-рыжих волос, полыхающих, как солнце на закате; крошечный прямой носик, очаровательная улыбка, поразительные глаза, изумрудная зелень которых могла бы поспорить с лугами Ирландии.