Формула личного счастья - Кэт Кэнтрелл

Кэсс остановилась у двери, ведущей в ее кабинет. Увидев пурпурную табличку, Гейдж поднял брови.

– Директор по оптимизации?

Его удивленный тон вызвал у Кэсс раздражение, но она лишь улыбнулась.

– Укрепление имиджа. Трезвый расчет и глубокое осмысление всего, что мы делаем, – вот ключевые принципы нашего бизнеса. Когда-то у меня был наставник, который мне об этом кое-что рассказал.

Гейдж улыбнулся в ответ, не уловив в словах Кэсс сарказма. И не стал возражать, когда она, открыв дверь, предложила ему пройти в кабинет первым. Впрочем, он не упустил шанса, как бы случайно дотронуться до нее. Тело Кэсс моментально отреагировало на его прикосновение, и ей стоило больших усилий сохранить равнодушное выражение лица.

– Да, помнится, мы неоднократно обсуждали вопросы деловой стратегии, – протянул Гейдж. – Имидж. Кстати, именно поэтому я езжу на зеленом «хаммере».

Кабинет Кэсс был выдержан в фирменном пурпурном цвете. В центре комнаты стоял массивный, покрытый стеклом стол, на полу лежал дорогой плетеный ковер.

– Хочешь, чтобы все решили, будто компании «Косметика для мужчин» наплевать на окружающую среду, а ее владелец – наглый и беспринципный тип? – мило улыбаясь, спросила Кэсс прежде, чем Гейдж успел отпустить какую-нибудь остроту насчет обстановки в ее кабинете.

Отделкой элегантного и современного офиса компании «Фюра» занималась одна из самых модных фирм города. Это обошлось в крупную сумму, но результат того стоил. Это была компания Кэсс, от плинтусов до потолка, и она любила ее. Они переехали в это здание три года назад, когда «Фюра» впервые показала прибыль в пятьдесят миллионов долларов. Тогда Кэсс поняла, что у них все получится.

Рассмеявшись, Гейдж опустился в пурпурное кресло и бросил на Кэсс быстрый внимательный взгляд.

– Так ты знаешь, как называется моя компания? Надо же… а я уж подумал, что тебе это безразлично.

– Я хорошо делаю свою работу. Разумеется, я знаю своих конкурентов. – Кэсс все еще стояла у двери, которую намеренно оставила открытой. – Итак, ты добился встречи, на которой настаивал. У тебя есть примерно три минуты, чтобы объяснить, почему ты не принял мой отказ продать формулу и не отправился обратно в Остин.

Гейдж повернулся и махнул рукой, приглашая Кэсс сесть в соседнее кресло.

– Присядь и давай поговорим.

Кэсс не двинулась с места. Здесь, у двери, на безопасном расстоянии она, по крайней мере, чувствовала себя хозяйкой положения.

– Нет, спасибо.

– Но ты не можешь просто стоять там. Со мной эта тактика не сработает, ведь я сам научил тебя этому, – спокойно сказал Гейдж.

Он словно читал мысли Кэсс, и от этого ей стало не по себе.

– Ну, хватит, Гейдж, – резко сказала она. – Меня ждут на заседании. Зачем ты здесь?

– Верны ли слухи о твоей формуле?

Кэсс скрестила руки на груди.

– Это зависит от того, что ты слышал.

– Поговаривают о поистине революционном открытии, – ответил он, пожимая плечами. – Я слышал, формула взаимодействует со стволовыми клетками человека и регенерирует кожу, убирая шрамы и сокращая морщины. Нанотехнологии во всей красе.

Кэсс с трудом сохранила равнодушное выражение.

– Не стану ни подтверждать, ни опровергать этого.

Ей с трудом удалось скрыть от Гейджа тревогу. Вчера в Интернете Кэсс и Тринити с ужасом прочли несколько строк, сообщающих о том, что «Фюра» скоро выведет на рынок новый продукт. В статье не было подробностей, ничего не говорилось там и о нанотехнологиях, и подруги, облегченно вздохнув, решили, что утечка была не слишком информативной.

По-видимому, они ошиблись.

Он внимательно смотрел на Кэсс, его цепкий взгляд ничего не упускал.

– Однако, если информация, полученная из моего источника, достоверна, подобная формула может стоить миллионов сто. И я готов заплатить эту сумму.