Сезон солнца - Кэтрин Коултер

– Я прорежу дырку в пологе, чтобы внутрь проникал свет и воздух.

Зарабет снова кивнула. Прежде чем скрыться за занавеской, она бросила взгляд на море. Ветер растрепал ей волосы, губы были солеными от брызг. Волны с грохотом разбивались о борт корабля. Вдали темнела узкая полоска удаляющегося берега.

Матросы по-прежнему молча наблюдали за ней. Что эти чужие люди о ней думают? Неужели считают убийцей? Впрочем, какое ей дело до них.

Зарабет вернулась к Лотти. Прошло довольно много времени, прежде чем под навес, согнувшись, вошел Магнус, а вовсе не Хоркель. В руках у него были две миски с тушеной телятиной. Он принес и хлеб, завернутый в кусок белого полотна.

– Не думай, что тебя все время будут так кормить, – сказал он. – Через пять дней мы достигнем Хедеби, крупнейшего торгового порта Дании. Там у меня есть кое-какие дела. Затем возьмем курс на север, к фьорду Осло.

Зарабет показалось, что Магнус стал чуть добрее и как будто чувствовал себя смущенно. Может быть, наконец-то поверил ей? Вдруг он готов выслушать ее объяснения? Однако следующие слова Магнуса отрезвили Зарабет и снова ввергли в пучину безнадежности.

– И не вздумай кокетничать с моими людьми. Они возьмут то, что ты предлагаешь, но взамен ты не получишь ничего, кроме боли и презрения. Мои люди мне преданны. А ты всего лишь рабыня, которую можно использовать для удовлетворения плотских потребностей, как я это сделаю сегодня ночью. Ты хотела бы помыться, но забудь об этом. И приготовься, Зарабет, потому что, как только стемнеет и матросы завалятся спать, я приду к тебе.

В тот момент, когда последнее слово слетело с его уст, Магнус понял, что Лотти все это время внимательно слушала, раскрыв рот и зажав в кулачке деревянную ложку. Он совсем забыл о ребенке и теперь чувствовал себя дураком, и даже хуже: как воин, идущий в бой без оружия; как голый человек, застигнутый снежной бурей. Бросив на Зарабет уничтожающий взгляд, он быстро вышел.

Если бы у девушки были на это силы, она рассмеялась бы. Через дыру в пологе проникал свежий воздух, и Зарабет больше не подташнивало от духоты.

Она думала о том, как неумолимо летит время, несмотря на то что иногда теряешь счет минутам, часам, дням. На смену ночи пришел этот знойный и душный день. Солнце палило так сильно, что Зарабет диву давалась, как матросы могут целый день торчать на палубе.

Она играла с Лотти, учила ее правильно выговаривать слова, проявляя необычайное терпение. И постоянно думала о Магнусе.

«Морской ветер» был шестидесяти футов в длину и пятнадцати в ширину. Когда корабль шел под парусом, весла поднимали на рогатины. Матросы слонялись без дела и вели довольно откровенные разговоры, не заботясь о том, что рабыня может их услышать.

– Тостиг говорил, что сумму, которую Магнус собирался дать за рабыню в качестве выкупа, он отдал, чтобы отравили ее мужа.

– Она убила мужа, так как позарилась на его богатство. Женщины глупы, у них нет мозгов. Вот если бы я взялся за дело…

– Прежде всего старик не женился бы на тебе! Ты уродлив, как обезьяна, и между ног у тебя совсем не то!

Раздался взрыв хохота, затем послышался другой голос:

– А она хорошенькая. Только дура, если сумела завлечь Магнуса, а потом отказала ему. И зачем ей это понадобилось? Вот увидишь, он заставит преступницу пожалеть об этом.

– Интересно, что будет, когда она встретится с Сирой… Клянусь Тором, эта красотка не даст новенькой рабыне спуску. Рыжеволосая бестия хлебнет с ней горя.

– Не забывай об Ингун. Сестра Магнуса быстро вправит им мозги. Язык у нее, как змеиное жало, хотя с виду и не скажешь. С рабами она очень строга.

Матросы продолжали разговаривать, но Зарабет уже их не слушала. Она думала о том, кто такая Ингун. О Сире она уже знала. Впрочем, какое ей дело до того, с кем Магнус делит постель. Сама она никогда не согласится стать его наложницей.

Когда Зарабет снова прислушалась к болтовне матросов, те спорили о том, когда Магнус начнет спать с новой рабыней. Она вспомнила его поцелуи, нежные объятия, мощь его груди, к которой он так сильно прижимал ее, даря чувство защищенности и покоя. Но этого не вернуть. Никогда.

Время шло. Зарабет выходила на палубу лишь раз в сутки, чтобы вынести помои. До Хедеби оставалось двое суток пути, когда она проснулась среди ночи от странного ощущения. Девушка села на одеяле и тряхнула головой, чтобы прогнать сон окончательно.

Лотти рядом не было. Волна страха окатила Зарабет. Она бросилась на палубу и увидела, что сестра сидит на коленях у матроса. Этого тщедушного человечка с белой бородой, похожего на обезьянку, звали Тостиг. Он смеялся и, судя по всему, рассказывал Лотти о чайках, то и дело запрокидывая голову и показывая на них пальцем. Вдруг за бортом появился тюлень, который стал играть и дурачиться. Лотти была в восторге, смеялась, размахивала руками и что-то быстро лопотала.

Вокруг собрались матросы. Светло-каштановые волосы Лотти растрепал морской ветер. Зарабет с изумлением видела, как один из матросов присел рядом на корточки и пригладил ее спутанные локоны, причем так осторожно и ласково, что девочка этого не заметила. Другой викинг достал кожаный шнурок, чтобы завязать ей волосы. Малышка протянула руку к нему, матрос рассмеялся, погладил ее по щеке, а потом похлопал себя по колену. Лотти кивнула, и Тостиг передал малышку приятелю.

В это невозможно было поверить! Зарабет обомлела при виде такой доброты и ласки к ребенку рабыни со стороны грубых матросов, да к тому же варваров. Вернувшись под навес, Зарабет прислонилась спиной к огромному ящику, доверху наполненному кусками мыльного камня. Она закрыла глаза и погрузилась в мрачные раздумья о своей дальнейшей участи.

Магнус вошел так стремительно, что Зарабет вздрогнула от неожиданности.

– Лотти в порядке. С моими людьми она в безопасности. Мне надоело ждать, и я пришел взять тебя.

Зарабет, ничего не понимая, смотрела на него недоуменно и несколько испуганно.

– Что?

– Я говорю, мне надоело ждать, – рассмеялся он. – Ты моя рабыня. И я могу взять тебя, когда захочу.

Она поняла, что Магнус не шутит, и забилась в дальний угол.

– Прошу тебя, пожалуйста, не надо. Это не правильно, это…

– Я хочу этого, значит, так и будет! Я много заплатил за тебя, Зарабет!

– Нет, Магнус, я не стану твоей наложницей.

– Ты – моя рабыня, а это гораздо хуже, чем наложница. Кроме тебя, на корабле нет женщин, поэтому мне придется спать с тобой. Расскажи, сколько у тебя было мужчин до меня.

Зарабет смотрела на Магнуса и вспоминала человека, который обещал заботиться о ней, который хотел стать ей мужем, страстно обнимал и целовал ее, смущал ее и заставлял краснеть… Этого человека больше не существовало. Вместо него появился жестокий варвар, голубые глаза которого были так же холодны, как Северное море зимой.