Близкая женщина - Барбара Делински

– Дорогие женщины! – послышался голос Майкла. – Сейчас я сменю мокрую обувь, а затем повезу вас обеих поужинать!

– Сегодня приглашаю я, а ты выступаешь в роли советчика, – воскликнула Чилла.

– Нет-нет! – крикнул Майкл из кладовки. – Я не из тех мужчин, которые позволяют женщинам приглашать себя на ужин, тем более сейчас не изменю своим убеждениям. Признай свое поражение, Чилла. А кроме того, послушная женщина заслуживает восхищения…

Однако Чилла меньше всего стремилась заслужить восхищение.

– Попробуй написать об этом книгу, Майкл, – посоветовала она. – Она будет иметь шумный успех. «Послушная женщина достойна восхищения» – прекрасное название. Дарю идею. Современные мужчины и понятия не имеют, что такое послушная женщина. – Понизив голос, она обратилась к Данике: – Мы сами поддерживаем в них эти предрассудки. Иногда мне кажется, что мы уже проиграли войну против мужчин…

В ее взгляде промелькнуло нешуточное отчаяние.

Даника была заинтригована. До сих пор ей казалось, что Чилла Бьюкенен абсолютно неуязвима. Она была так в себе уверена, так жизнерадостна. Не то, что Даника… Но сейчас в ней обнаружилось совсем другое. Беззащитность, что ли?.. Даника так толком и не поняла, что за боль прятала в себе Чилла – сестра Майкла быстро сумела взять себя в руки.

Но за ужином Даника внимательно слушала Чиллу, чтобы не пропустить ничего, что могло подтвердить ее подозрения. Один раз Чилла обмолвилась о своем бывшем муже, Джеффри, но довольно спокойно. Ну и выдержка у нее, – восхищалась Даника.

Чилла, со своей стороны, тоже бросала на Данику задумчивые взгляды, а когда подали десерт, она вдруг отложила вилку и воскликнула:

– Теперь я, кажется, припоминаю! Даника Маршалл… Ну конечно, я уже слышала это имя. Скажи, ты когда-нибудь занималась теннисом?

– Да, но очень давно, – кивнула она.

Она заметила, что в глазах Майкла мелькнуло смущение. Похоже, самому Майклу это уже было известно.

– Насколько я помню, ты делала большие успехи, – продолжала как ни в чем не бывало Чилла. – У тебя был высокий рейтинг.

– Я была четвертой в стране, – сказала Даника.

– А потом ты бросила спорт, – наморщив лоб, сказала Чилла. – Это было так неожиданно и необъяснимо.

– Чилла, не уверен, что Данике хочется вспоминать об этом… – перебил ее Майкл.

– Все в порядке, Майкл, – успокоила Даника, пожимая руку Майкла. – Я не возражаю против этого разговора.

Возможно, именно потому, что ее восхищала блестящая журналистская карьера Чиллы, ей вдруг захотелось рассказать и о своем, хотя и прервавшемся, взлете… А может быть, ей хотелось, чтобы Майкл знал о том, что и у нее были собственные достижения. Или просто ударил в голову хмель…

– В восемь лет я впервые занялась теннисом, играла в нашем клубе. Тренер сказал, что у меня талант, и родители зацепились за это. Стали брать для меня уроки. Зимой два раза в неделю, а летом каждый день. Когда я стала участвовать в соревнованиях и побеждать, они пришли в неописуемый восторг… – Даника сделала паузу, вдруг засомневавшись, а стоит ли рассказывать обо всем об этом, но потом продолжила свою историю:

– В моем отце всегда сидел спортивный азарт. От него это передалось и мне. Он внушал мне, что я могу стать лучшей теннисисткой в стране. Он гордился мной, а это побуждало меня к упорным тренировкам. В двенадцать я поступила в специальный интернат. Там у меня появился личный тренер… – Она слегка приподняла бровь. – Мне составили особое расписание для соревнований и освобождали от других занятий. Нельзя сказать, что мои одноклассницы меня любили, но их можно понять. В общем, когда мне исполнилось четырнадцать, родители решили отправить меня в теннисную академию во Флориде…

– Я слышала о ней, – проговорила Чилла.

Даника кивнула.

– Арман был замечательным тренером. Он только начал вести курс в академии. Я жила в его доме вместе с несколькими другими спортсменками… – Она взглянула на Майкла. – Там была и Рэгги Никольс. Мы были знакомы и раньше, но по-настоящему подружились там. Вообще-то в учебе всегда преобладает дух соперничества, но нас с Рэгги это не разделило.

– Это и понятно, – заметила Чилла. – Вы вместе тренировались.

– Просто мы нравились друг другу. Рэгги часто побеждала на корте, но я никогда не воспринимала ее как свою конкурентку и соперницу. Возможно, с этого и начались все проблемы…

– Проблемы? – переспросил Майкл.

– Ну да. У меня было недостаточно развито чувство спортивного азарта, самолюбия… Поэтому я не могла рассчитывать на полный успех.

– Но ведь у тебя была серьезная травма, – возразил он, невольно проговорившись о том, что ему было известно гораздо больше, чем думала Даника.

Даника бросила на него удивленный взгляд.

– В газетах всего не сообщали. Они об этом и понятия не имели. Несколько месяцев стали для меня настоящей агонией. Я достигла того предела, когда спорт уже не доставлял мне никакой радости. Победы значили для меня слишком мало. С одной стороны, я не могла рассчитывать на чемпионство, а с другой – меня заставляли…

– Домашние? – спросил Майкл.

Поколебавшись, она кивнула.

– Травма плеча стала предлогом. Лучшего и не придумаешь. Это все упростило. Конечно, если бы я хотела продолжать заниматься спортом, мне бы ничего не стоило разработать плечо. Но я предпочла этого не делать.

– Можно представить, как отреагировал твой отец, – сказала Чилла.

– Вряд ли ты себе это представляешь. Сначала он пытался возложить вину на Армана, потом на лечащего врача, а потом, естественно, дошло дело и до меня.

Майкл чувствовал, что воспоминания причиняют Данике боль.

– Но все-таки ты настояла на своем, – сказал он.

– Чего это стоило! – вздохнула она. – Но я была уверена, что мне никогда не стать чемпионкой. Первые места для меня ничего не значили. Покончив со спортом, я облегченно вздохнула, хотя долгое время чувствовала себя не в своей тарелке: не так-то просто расстаться с амбициями, которые в тебя вколачивались годами…

– Особенно, если у тебя нет никакого желания становиться суперзвездой… Впрочем, ты все-таки была четвертой в стране! Разве отцу этого не было достаточно?

– Он хотел видеть меня первой. Так всегда было.

На лице Майкла было написано сочувствие, а Чилла задумчиво проговорила:

– Да тут интересная история получается.

Майкл яростно сверкнул на нее глазами.

– И не думай об этом!

– Само собой, – торопливо согласилась сестра. – Просто мне пришло в голову, что однажды Даника сама напишет обо всем этом. Если будет желание. Черт, книжные магазины забиты автобиографиями спортсменов – и все полная чепуха. А здесь реальная история жизни!