Все закончится на нас - Колин Гувер

– Могу я задать тебе личный вопрос?

Алиса кивнула, доводя до совершенства букет, который вот-вот должен был отправиться на доставку. До главного открытия оставалось три дня, и дел с каждым днем становилось все больше.

– Какой? – спросила она, поворачиваясь ко мне и прислонившись к прилавку.

– Если не захочешь, можешь не отвечать, – предупредила я.

– Что ж, я не смогу ответить, если ты не спросишь.

Права.

– Вы с Маршаллом жертвуете деньги на благотворительность?

На ее лице промелькнула тень смущения, но она ответила:

– Да. А что?

Я пожала плечами:

– Простое любопытство. Это не к тому, что я собиралась тебя судить, просто в последнее время я все чаще думаю о том, чтобы основать благотворительный фонд.

– Какой именно? – уточнила Алиса. – Теперь, когда у нас есть деньги, мы переводим средства в несколько разных фондов. Но больше всего мне нравится тот, в который мы начали жертвовать деньги в прошлом году. Они строят школы в других странах. Только за прошедший год мы финансировали строительство трех новых школ.

Я сразу поняла, что она не зря мне понравилась.

– У меня, разумеется, нет таких денег, но я бы хотела сделать хоть что-то. Просто я пока не знаю, куда именно вложить деньги.

– Давай сначала разделаемся с официальным открытием, а потом ты начнешь думать о филантропии. Реализуй мечты по очереди, Лили. – Алиса обошла прилавок и схватила мусорную корзину. Я смотрела, как она вытаскивает полный мешок и завязывает его узлом. Я снова задумалась о том, почему – если у нее для всего есть люди – она захотела работать там, где ей приходится выносить мусор и пачкать руки.

– Зачем ты здесь работаешь? – спросила я.

Алиса подняла на меня глаза и улыбнулась.

– Потому что ты мне нравишься, – просто ответила она. Но я успела заметить, что улыбка исчезла из ее глаз как раз перед тем, когда она повернулась и пошла к задней двери, чтобы выбросить мусор. Когда она вернулась, я все еще с любопытством смотрела на нее и повторила свой вопрос:

– Алиса? Зачем ты работаешь здесь?

Она замерла, медленно вдохнула, как будто решала, стоит ли быть со мной откровенной, вернулась к прилавку и уперлась в него спиной, скрестив ноги в щиколотках.

– Потому что я не могу забеременеть, – сказала Алиса, глядя на свои ноги. – Мы пытаемся уже два года, но ничего не помогло. Я устала сидеть дома и все время лить слезы, поэтому я решила что-то найти для себя, чтобы отвлечься. – Она встала прямо и вытерла руки о джинсы. – А у тебя, Лили Блум, я очень занята.

Алиса отвернулась и принялась возиться все с тем же букетом. Она доводила его до совершенства уже в течение получаса. Она взяла карточку, сунула ее в цветы, потом повернулась и протянула мне вазу.

– Кстати, это тебе.

Я поняла, что Алиса хочет сменить тему разговора, поэтому взяла у нее цветы.

– Что ты имеешь в виду?

Она округлила глаза и махнула рукой в сторону моего офиса.

– Все написано на карточке. Иди и прочти.

По ее раздраженной реакции я поняла, что цветы были от Райла. Я просияла, побежала в свой кабинет, уселась на стол и вытащила карточку.

Лили!

У меня жуткая ломка.

– Райл

Улыбнувшись, я вложила карточку обратно в конверт, схватила телефон и отправила Райлу фото, на котором я держала букет цветов и дразняще высунула язык.

Я: Я пыталась тебя предупредить.

Он мгновенно начал писать мне ответ. Я с тревогой наблюдала за двигающимися на экране точками.

Райл: Мне нужна новая доза. Я закончу минут через тридцать. Я могу пригласить тебя на ужин?

Я: Не можешь. Мама хочет, чтобы мы с ней сегодня вечером сходили в новый ресторан. Она отвратительный гурманL

Райл: Я люблю поесть. Я ем. Куда ты ее ведешь?

Я: Это место называется «ЛВБ» на Маркетсон-стрит.

Райл: Найдется место еще для одного человека?

Я какое-то время смотрела на его сообщение. Он хочет познакомиться с моей матерью? Мы ведь официально даже не пара. То есть… Мне все равно, познакомится он с моей матерью или нет. Ей он точно понравится. Он что, за пять дней прошел путь от полного неприятия отношений до согласия на пробные отношения и до знакомства с моей матерью? Боже правый. Я действительно наркотик.