Всё получится! - Морин Чайлд

Наконец он решил подчиниться зову природы, взялся за ручку двери и тут же увидел Билла, который наклонился к Норе и таращился на нее. В мозгу Майка немедленно прозвенел тревожный звонок. Если сейчас не вступить в бой за то, что ему нужно, то он будет сокрушаться всю жизнь.

А Билл тем временем совершил одно свое фирменное движение, и Майка немедленно охватила неудержимая ярость.

Перед ним – будущее, и если он не убедит Нору в своей любви, его ждет один приговор: она будет с другим парнем, с тем, кто получит право прикасаться к ней, любить ее, кому будут ведомы ее тайны, кому она поверит свои сны.

Не ему.

Майк резко рванул дверь и переступил через порог. Он шагнул прямо к прилавку, не обращая внимания на многочисленных покупателей.

Нора мгновение смотрела на него, сумев скрыть свои чувства. И тогда ему стало не по себе.

Майк положил руку на плечо Билла, а когда тот мрачно взглянул на него, коротко бросил:

– Пошел вон, Билл.

– Что? – Билл отшатнулся. – Нет, ты меня не выгонишь, здесь все принадлежит Норе, а я – покупатель.

Головы присутствующих стали оборачиваться к ним. Майк не мог не чувствовать на себе любопытных взглядов, но не обращал на них внимания.

– И отсюда меня может прогнать только Нора, – продолжал Билл.

Мужчины одновременно посмотрели на нее.

Нора повернулась к Майку:

– Уходи, Билл.

Билл с досадой ударил руками по прилавку, резко повернулся на каблуках и вихрем вылетел из кондитерской. В наступившей тишине Майк, не отводя взгляда от лица Норы, обошел прилавок, сжал в ладонях ее щеки и впился в нее долгим, глубоким, страстным поцелуем, в который постарался вложить все, что он чувствовал, все, что ему открылось.

Он оторвался от Норы только тогда, когда покупатели начали аплодировать. Впрочем, он не обратил на присутствующих никакого внимания, а только произнес, обращаясь к Норе:

– Мне нужно с тобой поговорить.

Она пошатнулась – поцелуи Майка всегда лишали ее равновесия, а сейчас ее потрясло и его внезапное появление, и поцелуй на глазах у всего народа. Он хочет говорить с ней. О чем? О том, что она нужна ему? Что ему недостает ее? Спасибо, но она нуждается в большем. Сейчас необходимо выяснить, насколько она нужна Майку.

Она вытерла ладонью губы и перевела дыхание.

– Так говори.

Майк оглянулся на толпу посетителей.

– Это личное.

Личное? Когда весь город знает о том, что между ними происходит? Нора взглянула на своих клиентов и опять повернулась к Майку. Что бы он ни собирался сказать, пусть говорит здесь, при свидетелях.

– Нет.

– Нет?

Кто-то за спиной Майка хихикнул.

Нора решительно тряхнула головой.

– Если хочешь сказать мне что-то – говори.

Майк дотронулся до щеки, потом почесал затылок.

– Ищешь пути потруднее?

– Да, Майк, легкие пути к добру не приводят.

– Что ж, согласен. – Кивнув, Майк обвел рукой всех присутствующих. – Если тебе нужно, чтобы я объяснился с тобой перед всем городом, то я так и сделаю.

– Слушаю, – выговорила Нора, не отводя взгляда.

– Я был не прав.

Майк решил: нужно сразу пойти на самое тяжелое признание.

– В чем же не прав?

– Черт, ты сама знаешь.

– Нет, Майк. – Нора склонила голову набок, пристально глядя на него. – Тебе придется сказать.

– Согласен. – Майк рассмеялся, потряс головой и опустил руки. – Опять ты лучше поняла. Как и по поводу всего остального.

Глаза у Норы сверкнули, она широко улыбнулась. Та неясная надежда, которая ожила в ней при его появлении в кондитерской, теперь наполнила ей сердце.

– Пока что мне этот разговор нравится.

– Есть еще кое-что.

Руки Майка легли ей на плечи, кончики пальцев коснулись обнаженной кожи и распространили жаркие волны по ее телу.

– Я наконец разобрался. – Этим низким, хрипловатым голосом давно были полны сны Норы. – Ты нужна мне.

Нора сглотнула и закусила нижнюю губу, чтобы заставить себя промолчать, сейчас ее дело – слушать и молить Господа, чтобы Майк сказал то, что ей необходимо услышать.

– Не имеет значения, что было до тебя, с тобой все лучше, с тобой я лучше. – Он погладил ей плечи, и возникшая между ними связь проникла в самую глубину ее души. – Нора, я люблю тебя.

Она глубоко и судорожно вздохнула – слова, на которые она надеялась, произнесены.

– Я не ожидал... не хотел... – Майк помотал головой и крепче сжал Нору, словно боясь, что она ускользнет от него. – Это пришло, Нора, это настоящее, это больше, чем я мог вообразить.

Она еще сильнее закусила губу. Молчать во что бы то ни стало, так как до сих пор сказано не все.

– Нора, будь моей женой, пусть у нас будет семья. Стань мамой для Эмили, и пусть у нее появятся братья и сестры.

Нора выдохнула, она даже не сознавала, что давно замерла, не дыша. Мир осветился, перед ней внезапно открылось будущее, то самое, о котором она мечтала. Она заглянула в зеленые глаза и впервые прочитала в них любовь. И все-таки услышала собственный голос:

– Майк, я не могу ответить, пока не узнаю точно. Из-за чего ты передумал?

Майк бросил быстрый взгляд на окружающих и развернул Нору так, чтобы она оказалась спиной ко всем. Чтобы смотрела только на него одного.

– Для меня пришло время понять одну очень простую вещь.

– Какую?

– Я... я боялся тебя полюбить. – Казалось, в это признание он вложил всего себя, но, начав, уже не желал останавливаться: – Я не решался поверить снова, испытать еще раз, а сегодня я понял: если я не рискну, то потеряю тебя. – Он притянул ее к себе. Она подняла голову, и он добавил очень тихо: – А жить без тебя я не хочу.

– Майк, я...

Он улыбнулся.

– Ты до сих пор молчала, но я-то видел, чего это тебе стоило. Подержись еще чуть-чуть, и все у нас будет правильно.

Улыбаясь сквозь слезы, Нора кивнула.

– Нора, я тебя люблю. – И его взгляд, несомненно, подтвердил, что он говорит чистую правду. – Ты станешь моей женой?

– Теперь можно говорить?

– Это зависит от того, что именно ты хочешь сказать.

– Я хочу сказать «да», ковбой.

Улыбка Майка сделалась шире, а Норе показалось, что внутри у нее все переворачивается. Такое уже знакомое ощущение.

– Тогда говори.

– Да.