Америка на мою голову - Марта Крон

Добравшись до уборной, Анька вцепилась мне в рукав футболки и тихо поинтересовалась:

- Ну что там у тебя?

- Дэвис. – пояснила я, подходя к раковине и от ужаса, открывая рот, лицезря себя в зеркале. Словно вместо шайбы клюшкой били меня...

- Ааа, ясно. Ну и чего наш король учудил? – хихикнула Михеева, наблюдая как я поливаю щёки холодной водой.

- Кажется, он на меня зуб точит… только не пойму почему. Они с Коди постоянно собачатся, вроде безобидно, но клыки обнажают… – выпалила я, подсознательно надеясь, что у подруги найдётся ответ. – Он себя странно ведёт…

- Как?

- Нуу, не знаю, он в одну минуту тебе улыбается, ведёт себя адекватно, а в следующую ты получаешь от него словесную оплеуху. Фигня какая-то… – вздохнула я от отчаяния. И непонятно из-за чего, то ли от непонятного поведения брюнета, то ли от мысли, что волосы на моей голове никак не хотят лечь как надо. “Я упала с самосвала, тормозила, чем попало”.

- Ты спроси у Коди, может у его друга «жёлтая справка» имеется? – свистнула Анька, крутя пальцем у виска и сводя глаза на переносице.

- Обязательно спрошу! – улыбнулась я, смотря на эту забавную девчонку, корчившую рожицу. – Смотри, такой и останешься...

- Ну что? Мне к тебе сесть? — спросила рыжая бестия, когда мы подходили к нашему ряду на трибунах.

- Ты что, готова пожертвовать Энтони ради меня? – наигранно «охнула» я. – Его же порвут на части!

- Ничего страшного. Он всё равно со мной не разговаривает. Его тоже сложно понять… – замедлила шаг Анька и снизила голос до шёпота. – Он ходит за мной, но молчит, если я хоть шаг от него делаю, он тут же придумывает причину находиться рядом, но из него и слова не вытянешь…

- Эх, Анька! Раскрой глаза! Нравишься ты ему! – ткнула я пальцем подруге в лоб, будто этот жест прояснит ей голову.

- Ага! Как же. Кстати, твоих парней уже обрабатывают. – засмеялась рыжая, кивая в сторону моего парня и его наглого друга, между которых уже как глиста извивается какая-то «дЭвушка» из нашего коллектива.

Убью! Всех!

Подойдя ближе к своему месту, еле сдержалась, чтобы не заржать в голос. Картина маслом: «дЭвушка», щебеча что-то о большой любви к спорту, то висла всей своей добротной грудью на бедном Коди, который с выпученными глазами пытался от неё отодвинуться, то цеплялась нарощенными ногтями в руку Дэвиса, который с брезгливым выражением лица дёргал своей конечностью, желая, чтобы от него отстали. Всё это сопровождалось гаденьким смехом Сэмми Брауна, который пользуясь моментом, по-тихому раздавал пиво Эрика близ сидящим друзьям.

Я подошла вплотную к троице и удивив саму себя, до жути спокойным голосом спросила у «Мисс короткая юбочка»:

- Тебе что, жить надоело?

Она подняла на меня глаза и уж совсем преувеличенно захлопала ресницами. Ну прямо недотрога...

Милочка, меня ты не проведёшь, я отсюда вижу твою акулью натуру. Не на ту напала!

- Считаю до трёх. Если у тебя есть инстинкт самосохранения, то ты свалишь отсюда уже на единице. – холодно сказала я, смотря блондинке прямо в глаза, показывая, что я не шучу и расправа будет жестокой.

Девица, глядя на мою решимость и сообразив что к чему, мгновенно испарилась, скрипя от злости зубами.

- Чёрт, девочка! – услышала я звонкий голос Сэмми. – Это было круто. Ты, блин, реально сейчас жутко выглядела… Просто Джокер во плоти. У меня у самого волосы на заднице дыбом встали! Дай мне пять, чертовка! – афроамериканец выставил ладонь, и я хлопнула по ней гордая как павлин.

Прозвучал сигнал и на льду начался новый поединок. Я села на своё отвоёванное место и Коди взял мою руку в свою тёплую ладонь.

- Ты моя героиня, Люси! – шепнул он мне на ухо. – Ты не злишься на меня? Я пытался ей объяснить, но она просто не хотела меня слышать. – уткнулся носом мне в шею блондин, втягивая мой запах.

Я улыбнулась и Миллер облегчённо выдохнув, прикусил мне мочку уха.

Я прекрасно знала, что Эрик смотрит, но голову в его сторону не повернула, даже глаза не скосила, а очень хотелось. Мы так и просидели весь матч. Коди держал меня за руку, иногда комментировал игру, заставил меня съесть две шоколадки. В прямом смысле тыкал мне батончиком в лицо и не убирал руку до тех пор, пока я не откусывала последний кусок шоколада. И с нескрываемым блаженством смотрел как я жую, вгоняя меня в краску. Это ужасно, сидеть и жевать липкий шоколад с орехами, который прилипает к дёснам и застревает в зубах, при этом на тебя с двух сторон, не моргая и не стесняясь пялятся парни. Каких усилий мне стоило не рявкнуть на обоих, чтобы отвернулись «зубами к стенке».

Когда команду города объявили заслуженными победителями, думала, что оглохну от криков фанатов… или задохнусь, потому что Коди захапал меня в свои объятия и на эмоциях тряс как куклу, да так, что было слышно, как булькает вся жидкость в моём желудке .

Вдоволь порадовавшись и обсудив победу, мы всей компанией вывалились на парковку, жадно вдыхая свежий уличный воздух.

Анька поставила меня перед фактом, что ночует у меня, а я поставила перед этим фактом папу.

Когда мы распрощались с друзьями и опять той же четвёркой сели в машину Коди, на улице уже был глубокий вечер. Миллер с Дэвисом друг с другом не разговаривали, Анька переписывалась в интернете со знакомыми и рассказывала о впечатлениях после хоккея, а меня так сильно вырубало, что я и не заметила, как склонила голову подруге на плечо и мирно захрапела. Проснулась от того, что меня ласково гладят по руке. Не открывая глаз, я услышала тихий голос с хрипотцой:

- Прости…

Дальше всё как в тумане. Послышались приближающиеся шаги и голоса,  открылась дверь машины, прохладный ветерок, поцелуй в висок, шёпот Коди: «Сладких снов, мой ангел…», чьи-то руки подняли меня и куда-то понесли, хлопнувшая дверь и следом звук отъезжающего автомобиля, меня положили на что-то мягкое, сняли обувь, погладили по голове, затем ощущение долгого полёта в неизвестность и передо мной появились тёмные глаза…

Глава 18

Сон медленно выпускал меня из своих объятий. Я лежала на боку с закрытыми глазами и пыталась определить, что за монотонные звуки раздражают мой мозг с самого утра.

Когда же, наконец, наступит то время, когда по утрам я начну просыпаться, а не воскресать?

С трудом открыв глаза, обнаружила, что это мой мобильный отчаянно пытается донести до своей безответственной хозяйки, что пришло новое сообщение.

Мой тайный поклонник уже проснулся:

«Ты – моя первая мысль утром и последняя – ночью…»

«Сочувствую.» – ответила я ему и поползла в душ.

Простояв под отрезвляющими прохладными струями воды, вспомнила, что у нас ночует Анька. Но подругу я в комнате не обнаружила, значит она уже проснулась и где-то шляется. Мельком взглянув на часы и убедившись, что до университета оставалось ещё свободных пару часиков, я, наспех приведя себя в порядок и одевшись, спустилась вниз. В гостиной работал телевизор, а с кухни доносились голоса. Много голосов. Мужских. Я пошла на шум и застыла в проходе. Анька стояла у плиты и что-то готовила, а вокруг неё столпились мой отец, Коди, Энтони и Сэмми Браун. И все что-то оживлённо обсуждали.