Дзен московского олигарха - Евгения Кретова

Девушка неловко ее схватила, чуть не расплескала на дорогой ковер. Покосилась на будущего отчима: тот наблюдал за ней.

– Мне Глеб сказал, что ты специализируешься на госзакупках. Это так?

Она кивнула:

– Так. Диплом собираюсь писать. И практику проходила.

– Где?

– В Минкомсвязи… Григорий Григорьевич, послушайте. Я очень хочу помочь, и даже опрометчиво предложила свою помощь Глебу… Ивановичу… но я не чувствую, что могу быть полезна. Я видела контракт, он очень сложный. И я с таким никогда не работала. Уверена, ваши специалисты делают все, что могут.

Толмачев задумался:

– Глеб, свяжись с твоим знакомым у заказчика, узнай, кто еще интересовался этим контрактом в последнее время, в том числе не официально. Еще. Скажи Панченко – пусть сделают по одной резервной копии кода и ключа. С одной ошибкой и там, и там. Где-нибудь в последней трети.

– Куклу? – уточнил Фадеев.

Толмачев кивнул.

– Я думаю, все решится сегодня-завтра, – тихо сообщил. – Варя, я уверен, что ты можешь кое-в-чем помощь. И Глеб сказал, что готов предложить тебе место под своим началом, юристом в Службе безопасности, – у Варвары от новостей полезли глаза на лоб. – Ты будешь отслеживать риски при заключении сделок, в том числе гипотетические. Работа не судебная в большинстве своем, скорее аналитическая. Мне кажется, тебе будет интересно.

Он помолчал. За дневной суетой, постоянно под опекой Ольги Петровны, он казался бравым и не пробиваемым. Сейчас Варя отчетливо увидела, как он устал. Увидела, с каким трудом ему удается сохранять спокойствие и не отвлекаться на боль. Боль чувствовалась во взгляде, в темных кругах под глазами, в том, с каким усилием он выдавливал из себя слова.

Варвара притихла. Оглянулась на Фадеева: тот смотрел прямо перед собой, изучая узор ковра, но в тот, момент, когда девушка перевела на него взгляд, коротко посмотрел на нее, будто за руку взял.

Толмачев, помолчав, продолжил:

– Это важно, чтобы мы заранее знали, где подстилать соломинку. Нынешний контракт – только первый блок в серии предстоящих контрактов. Группа Паши Панченко, ты с ним вчера разговаривала, разрабатывает сейчас новый программный продукт, уникальный не только для России, но и в мире. Частично мы его обкатываем сейчас, поэтому так не хотим показывать итоговый продукт посторонним, тем более конкурентам. Даже часть. Не хотим, чтобы они даже примерно могли угадать направление наших разработок, – он перевел взгляд на девушку, улыбнулся: – Работа интересная, динамичная. Перспективная. С Глебом вы уже немного познакомились и, как мне кажется, поладили, – при этих словах Варвара покосилась на Фадеева, пытаясь сообразить не имеет ли ввиду будущий отчим их вчерашний поцелуй в лесу.

Но Фадеев сидел с каменным лицом и молчал.

Толмачев поймал взгляд девушки, усмехнулся:

– Что скажешь?

Варвара осеклась:

– А я что-то должна говорить? Сейчас? Даже подумать не могу?

– Ну, было бы неплохо, если бы ты сказала, интересно ли тебе это…

Девушка кивнула:

– Но ведь это будет означать, что я буду постоянно под «колпаком» охраны и службы безопасности? – с тоской уточнила.

Фадеев будто отмер на мгновение, кивнул:

– Только днем. По ночам можешь по-прежнему за бутерами бегать.

Варвара вспыхнула, но промолчала.

Толмачев привстал, потянул за уголок черную папку, которая притаилась за подушкой. Достал лист, упакованный в прозрачный файл.

– Это доверенность на эту сделку. Все полномочия по представлению интересов «High Tech Group», включая подписание актов, соглашений, претензий, участие в совещаниях и переговорах с любым грифом секретности, – он протянул его Варваре.

Девушка с ужасом увидела на бланке собственное имя.

– Я?

Толмачев кивнул:

– На всякий случай. Специфика этой закупки не позволяет заменить меня на основании простой доверенности. Да и не всем сотрудникам я могу довериться так, как тебе. Все-таки ты моя будущая родственница и наверняка не захочешь, чтобы мать по миру пошла или молодой вдовой осталась, – он усмехнулся.

– Какие-то ненормальные у вас шуточки, – Варвара положила файл с доверенностью на стол, тревожно скрестила руки на груди. – Я могу идти?

Будущий отчим задумчиво кивнул.

* * *

Варвара прошла в свою комнату, распахнула балкон. Щеки горели, под футболку пробрался тревожный холодок. Будто сделала она непростительное. В последний раз у нее такое было, когда она тайком от матери звонила отцу: тот никогда не проявлял к ней интереса, и девушка решила, что он просто потерял ее номер. И позвонила сама. Несколько удивленных фраз, подчеркнуто-вежливое равнодушие. Она еще никогда не чувствовала себя так мерзко. И поклялась, что больше ничего подобного не допустит. И вот поди ж ты. Опять.

Сто раз говорила и себе, и матери, и детям Толмачева, что к их бизнесу равнодушна, что даром это все ей не надо. И вот уже согласилась работать под началом Фадеева. Выглядело это со стороны так себе.

– Да-а уж, – протянула девушка.

Устроилась на балконе, открыла старенький ноутбук. Местный вай-фай к нему никак не подключался – сеть то появлялась, то исчезала, поэтому Варя соединила его с мобильным – по оставленному Данькой телефону. «Надо ему позвонить», – мелькнуло в голове и тут же погасло: под постом о парне с татуировкой на бритом затылке творилось что-то невообразимое.

Ругались между собой любители татуировок с их же противниками. Причем начали бедлам юмористы-любители собак. «Надо попробовать его башку к сканеру поднести, интересно же, что за товар зашифрован». И понеслось.

Девушка, нахмурившись, начала банить особо зарвавшихся комментаторов, перешедших на личности, потом бросила это дело, пообещав ночью вернуться и разобраться. Включив режим редактирования, заменила обложки размещенных постов. И набросала новую статью.

«Вот вроде и олигарх, и дом – полная чаша с красавицей молодой женой, – тут Варвара прищурилась. На счет «молодой жены», конечно, в некотором роде лирическое преувеличение, но да ладно. – А проблемы все такие же, как у простых смертных. Конкурент-самодур, взбалмошные дети, странный салат с ананасами на ужин и сомнительные приключения со стрельбой, приведшие к больничке. Даже интернет барахлит, как у простых смертных. Хотя, казалось бы, здесь подвоха не может быть, некоторые олигархи могут и выделенный спутник себе позволить (не проверял, но так думаю), но вот пишу этот пост, вынужденный воспользоваться мобильным интернетом. О, ладно, о чем это я? Про всевозможные кулинарные изыски… Гм. Давайте поговорим о них. Мне кажется, бедные олигархи связаны этим стереотипом даже больше, чем мы. Положено любить лобстеров и артишоки – они послушно любят. Но в душе мечтают о простой гречневой каше и домашних оладьях. Потому что откуда у (условно) рязанского мужика, выбившегося в люди и разбогатевшего, может появиться любовь к ананасам в салате, лобстерам и артишокам? Правильно – ни откуда. Но положено. Вот и любят. И нечастные управляющие бегают в поисках загадочного Gata Freezer’а, чтобы угодить оригиналам и нашим с вами стереотипам. И в связи с этим предлагаю флешмоб – моду на что у олигархов запустим? Предлагайте самые невероятные продукты, которые пробовали сами или о которых достоверно слышали, пишите в комментариях!».