Девушка с верхней полки - Макси Фэй

Время летело стремительно, как и наш поезд по рельсам. В делах, в заботах, в разговорах с пассажирами. Я его не замечала, делала то, что должна была, привычно улыбалась, старалась не злиться. Хотя это становилось всё сложнее. Любой проводник согласится, что самое раздражающее – это постоянно одни и те же вопросы пассажиров:

– А какая следующая станция?

– Девушка, ну когда уже стоянка будет? Мы покурить хотим.

– А мы здесь долго стоять будем?

Иной раз так и хотелось заорать:

– Да блин, разуйте уже глаза: расписание – на стене, я его наизусть не знаю!!!

Может, и должна была бы, но не знаю. Или примерно за час до остановки начинают подходить с ещё более нелепым вопросом:

– Дарья, а на какой путь мы приедем? Мне надо мужу/жене/детям/друзьям сказать, где встречать.

А я знаю? Это решают перед самым прибытием на станции, они распределяют, куда удобнее кого поставить, а потом сообщают машинисту. Но не проводнику!

Иногда люди просто подходят к служебке или останавливают меня посреди вагона поболтать. И я всё понимаю, им скучно, но ведь я-то на работе, и дел невпроворот. Или все основные дела я уже сделала и собираюсь перекусить, а он стоит и не спеша так мне рассказывает, что вот в прошлом месяце он ездил туда-то, и там вагон был такоой, а проводница такаая! А два года назад на железной дороге всё совсем по-другому было…

А с другой стороны, все эти пассажиры отвлекали меня от мыслей о Диме. Его очень не хватало. Подбадривающей улыбки, поцелуев украдкой, будто бы случайных касаний, когда мы пытались разойтись в узких коридорах. Всё это выглядело невинно, но меня каждый раз бросало в дрожь от удовольствия, когда он легонько проводил рукой по моему бедру или задевал запястье. И эти чёртовы презервативы! Осталось ещё две пачки, и они постоянно попадались мне под руки, когда я доставала что-то из сумки. Попадались и напоминали, как хорошо нам было вместе… под стук колёс, в тесном купе, на узенькой полке вдвоем. Теперь мне везде было слишком много места, слишком пусто.

Постоянно ломалось что-то в вагоне. То сигнализация срабатывала, то туалет засорялся, то свет мигал. Приходилось вызывать ПЭМа и потом стоять с ним рядом, подавать инструменты, помогать, отгонять любопытных пассажиров. Напарники смеялись, что зря я не положила печенюху вагонному, что это он мстит. Я упрямилась и доказывала им, что это всё выдумки, а неприятности продолжались.

На третий день случился вообще кошмар: с верхней полки свалился мужик. В девять утра ко мне в служебку прибежала напуганная девушка и позвала разобраться в ситуации. Я протиснулась через образовавшуюся толпу и застыла. На полу лежал абсолютно голый мужик, спиной кверху, и негромко так похрапывал. А вокруг стоял характерный запах перегара.

– Да что ж творится-то! Среди бела дня! Совсем совесть потеряли! – причитала старушка на боковом сиденье.

– Да он в дупель пьяный, упал и не проснулся даже, – пояснял щуплый мужичок.

– Как его в поезд-то пустили в таком виде, вчера на этом месте никого не было!

На последний словах все воззрились на меня, и я поняла, что нужно срочно что-то делать. Схватила простыню с верхней полки и прикрыла массивную тушу. А потом попыталась аккуратно разбудить.

– Сейчас разберёмся! – уверенно сказала пассажирам и побежала в соседний вагон.

Ворвалась к Костику и закрыла дверь изнутри.

– Вау! – взметнулись брови парня вверх. – И что это значит?

– Ты кого ночью в мой вагон запустил? Разве не видел, что он пьяный совсем?! – набросилась на парня.

– Да ладно тебе, Даш, проспится и всё нормально будет!

– Ага, проспится! Он там голый на полу лежит посреди вагона, говорят, сверху упал.

– Почему голый? – удивился парень.

– Да я-то откуда знаю! – ну что за глупые вопросы! – Разделся, наверное, перед тем, как спать лечь. Иди теперь сам и разбирайся, я его ни разбудить, ни поднять не смогу.

А кода мы вдвоём прибежали в четвёртый вагон, на месте происшествия уже был начальник поезда. Вот надо было ему именно сейчас обход делать?

– Это что у нас тут за кордебалет? – сурово спросил он нас, как котят нашкодивших.

– Ночью в Тайге сел, выглядел нормально, – невозмутимо ответил Костик.

– Меня позвали, когда с полки упал, разбудить не смогла, только простынкой прикрыла, – пискнула я.