Соблазнить ботаника: миссия невыполнима - Дана Алексеева

Она называла себя фригидной? Жалкая ложь. Вот одной рукой я обхватываю ее упругую задницу, а другой сжимаю вздымающуюся грудь – она постанывает, и я останавливаюсь, вглядываясь в ее глаза, которые жаждали продолжения.

Но через секунду пелена с ее глаз слетела, и она поняв, что произошло, отвела взгляд и вытерла ладошкой влажные и искусанные мной губы.

- То есть вообще никакого удовольствия, да? – провокационно поднял бровь.

- Один поцелуй ничего не значит. – по-детски отмазывается она, а я цепляюсь к словам.

- Хочешь попробовать что-то большее? Я готов.

- Зато я не готова. Давай закроем эту тему, а? Было и было. Это ничего не меняет. И вообще, я замерзла…

Она поежилась в своей тонкой кожанке, переминаясь с ноги на ногу и упираясь взглядом в землю.

Мы сели в машину, и я накинул свою куртку на ее голые бедра, которые покрылись мурашками.

- Вовсе не обязательно… Но спасибо.

- О, второе вежливое слово за вечер, ты можешь удивлять. – усмехнулся я, а Ханна лишь хмыкнула на мое замечание и прислонилась головой к стеклу и закрыла глаза.

- Устала?

- Есть немного. – промурлыкала она.

- Где живешь? Если хочешь, чтобы отвез тебя к себе, то намек понял…

Я ведь вез ее, а она даже не переживала куда, собираясь уснуть в машине.

- Черт, - опомнилась она. – Конечно, ко мне домой.

Она назвала адрес, а я выстроил маршрут наиболее долгий, чтобы подольше с ней побыть наедине. Мне нравится ее голос, когда она не кричит и ее спокойное лицо, когда не бесится, а устало улыбается.

- Совсем скоро, это уже будет не мой дом. – грустно сказала она и поджала губы. -  Через два дня нас вышвырнут за неуплату.

- Живешь с родителями?

- С папой. Он безработный. – сделал паузу и добавила. - И я с недавнего времени тоже.

Я сильнее сжал руль и напрягся. Получается, я действительно гад, раз по моей вине, семья лишиться крыши над головой.

- Я дам тебе деньги. Сколько?

- Мне от тебя ничего не надо. – гордо заявила она. - Не надо строить из себя благодетеля.

- Ты тоже не строй из себя…  Сейчас не тот момент, чтобы задирать нос, тебе не кажется?

Я достал из портмоне деньги и положил их на колени Ханне. Она смотрела на них, но не притрагивалась.

- Здесь больше, чем нужно. – шмыгнула носом она.

- Хозяин может надбавить процентов за задержку. – коротко пояснил я, хотя просто достал из портмоне все, что было.

- Спасибо, - прогнусавила она. – Как только будет возможность, сразу отдам.

- Мне ничего не надо возвращать, Ханна. Успокойся. Я действительно поступил по-скотски, когда не встал на твою защиту в ресторане. А деньги  - это лишь то малое, чем я могу загладить свою вину.

В салоне повисло молчание. Внутри все ныло от чувства вины и от невозможности вернуть время вспять. Я посмотрел на Ханну – она уставилась на дорогу и не моргала, думала о чем-то. Наверно, о том, какой же я урод. Правильно она мне врезала, надо было добавить с ноги, чтоб пробить мою тупую башку. Злюсь и от этого начинаю нервно подрагивать коленом.

- Извини, что решила соблазнить тебя за деньги. – тихо сказала она и добавила. – Это была тупая идея. Сейчас я бы так не поступила.

- Даже за миллион?

- Долларов или рублей? – уточнила она и посмеялась. – Шучу. Нет, больше не буду ставить на живого человека. Потом он окажется каким-нибудь серийным маньяком и все, капец.

- Очень мудрое умозаключение. – хохотнул я. -  Хана, Хана… И откуда ты такая взялась? Родителям с тобой явно было некогда скучать…

Хочу отшутиться, чтоб напряжение спало, но она стала очень серьезной, а на ее лицо легла печать грусти.

- Моя мама умерла, когда я еще была маленькой,  и тогда она была занята работой, как и папа, так что я была предоставлена сама себе и вытворяла разные, порой ужасные вещи.

- Что стало с мамой?

- Она разбилась на машине. Ругалась по телефону с папой и забыла о дороге… Она была вспыльчивая и эмоциональная, как и я. Вообщем,  с десяти лет мы с папой живем одни.

- И как он после этого?

- Пьет. До сих пор. Потерял хорошую работу и частичку моего уважения к нему. Так не поступают сильные мужчины, не такой пример он должен подавать.  Он пытается «ожить», но все тщетно. Скоро я съеду от него, возможно даже в другой город или страну, хочу начать новую жизнь.

- Хочешь просто сбежать?

- Здесь меня ничего не держит, и вообще не хочу привязываться к одному месту или к одним людям, я мечтаю путешествовать и узнавать новые места, а еще хочу стать моделью. Я знаю, что они ездят по разным странам в процессе работы.

- Поэтому пошла изучать иностранные языки?

- Да. Хоть и плохо с ними справляюсь…

- Просто кто-то очень ленивый. – намекнул я ей.

- Так говорила и моя мама. Она была трудягой и учила меня добиваться поставленных целей и ни в коем случае не оседать на дно. Иногда мне кажется, что она не любила моего отца, она думала, что брак сдерживал ее от мечт, которые она хотела осуществить, но так и не смогла. Я помню, как они  с папой ругались… Почти все-время. Поэтому я не хочу связывать себя по рукам и ногам, завязывая серьезные отношения, чтоб под этой тяжестью не «осесть на дно», понимаешь?

Я промолчал. Нет, не понимаю ее, Ханна смотрит на ситуацию только с одной стороны. Словно отец и мать были единственным образцом семьи, и у нее все должно быть точно так же и ни как иначе.