Клятва верности - Черил Энн Портер

– Откуда тебе знать, нуждаешься ты или нет? – хитро прищурилась Изабель. – Ты даже не знаешь, что за помощь.

– Зато я отлично знаю тебя. Наверняка я еще не раз пожалею, что раскрыл перед тобой свои карты.

Изабель хрипло рассмеялась. Эсмеральда, словно уловив ее настроение, подняла голову и посмотрела на Слейда, осклабившись. Казалось, она насмехается над незадачливым Гарретом.

– Не надо заранее бояться моих действий, дорогой. Ты и сам не знаешь, к чему тебя может привести твой план. Я старше и мудрее, поверь, и я не желаю тебе зла. Ты – кровь моя, и ты мой наследник. Неужели ты думаешь, что я могу тебе навредить?

– Я все равно против, – упрямо промолвил Слейд.

– Ха! А я готова поставить на кон твое наследство, что ты еще скажешь мне спасибо.

– Наследство? То, что достанется мне после тебя, или то, которое перейдет ко мне по линии Уилтон-Хьюмсов?

Не успел Слейд произнести последнюю фразу, как Эсмеральда вскочила, прислушиваясь, и в два скачка оказалась у двери, где замерла, почти превратившись в деталь обстановки – только уши напряженно приподнялись, и шерсть на загривке у нее стала дыбом. Слейд и Изабель мгновенно умолкли и уставились на дверь.

Дверь открылась, и появилась Ханна. Ее растерянный вид делал девушку какой-то особенно привлекательной. Простое серое платье из кашемира с бархатной отделкой подчеркивало темный цвет волос, забранных в обычный хвост. На лице Ханны застыла неуверенная улыбка, руки теребили завязки рукавов.

Слейд с трудом оторвал от гостьи взгляд, только для того чтобы выразительно посмотреть на бабку. Изабель тоже разглядывала Ханну. Лоб ее нахмурился, губы поджались.

И Слейд, и Изабель думали об одном и том же: как долго стояла Ханна за дверью и как много она могла услышать из их предыдущего диалога?

* * *

– Эсмеральда, иди сюда, плохая девчонка!

Ханна поморгала непонимающе и на всякий случай обернулась. Как она и думала, позади нее никого не оказалось. Старая женщина в ярко-красном шерстяном платье действительно смотрела на нее.

«Боже, неужели я попала из одного сумасшедшего дома в другой?»

Ханна взглянула на Слейда, надеясь получить поддержку, но тот, словно назло, отвел глаза, проигнорировав ее безмолвную просьбу о помощи.

Похоже, она появилась не вовремя. Они спорили. К тому же Гаррет произнес фамилию Уилтон-Хьюмсов. О чем же их спор? Быть может, миссис Гаррет возражала против присутствия родственницы Уилтонов под ее крышей?

Что ж, тогда ей лучше уехать. Ей нет места ни в одном из богатых особняков, никто ей не рад.

Ханна с вызовом посмотрела на седую женщину, развалившуюся на диване.

– Миссис Гаррет, прошу прощения, – постаралась она обратиться к ней как можно увереннее, – но вы обознались. Меня зовут Ханна, а не Эсмеральда.

Старуха засмеялась скрипучим смехом, захлопав в ладоши.

– Ну, конечно, ты не Эсмеральда, дорогая, потому что Эсмеральда – собака. – И она указала куда то вбок от Ханны.

– Собака? – переспросила девушка, тараща глаза на огромное, похожее на велюровое кресло существо, неподвижно застывшее неподалеку. Существо совсем не походило на собаку, скорее – на лошадь, если говорить о размерах. Раньше Ханне не доводилось видеть собак таких крупных пород, да еще таких… складчатых.

– Эсми, детка, иди ко мне, – опять позвала собаку женщина. – И вообще, бросай свою привычку пугать людей. Мне не хотелось бы, чтобы ты стала причиной смерти какого-нибудь впечатлительного гостя. – Собака неторопливо поднялась и подошла к хозяйке, позволив взять себя за ошейник. – Не бойся, юная леди, Эсмеральда абсолютно безопасна. Подойди сюда и позволь ей обнюхать твою ладонь.

Ханна попятилась.

– Что-то не хочется. Изабель Гаррет рассмеялась.

– Давай, давай, не бойся. Подойди же! Эсмеральда – всего лишь щенок.

– Щ-щенок? Такая здоровенная– и щенок? Вы, должно быть, шутите?

– Да нет же! Она действительно щенок мастифа. Однажды она вырастет до настоящей «здоровенной собаки», а пока ей всего… э… сколько ей, внучек?

Слейд ответил не сразу. По какой-то неизвестной Ханне причине он смотрел на нее не отрываясь, как будто впал в ступор.

– Слейд, ты оглох? Сколько нашей Эсми? – повторила вопрос Изабель.

Слейд вздрогнул.

– Десять. Десять месяцев, бабушка, – ответил он, встряхнувшись от своего странного состояния. Он сделал несколько шагов навстречу Ханне и взял ее под локоть. – Прошу простить мои манеры, я задумался. Изабель, позволь представить тебе Ханну.

– Я знаю, кого перед собой вижу. Ханна Уилтон Лолес. – Старуха снова придирчиво оглядела девушку. – Зови меня Изабель. В конце концов, скоро мы породнимся, и ты станешь моей внучкой.

– Изабель!

– Внучкой?!

Два крика слились в один.

Изабель отпустила ошейник собаки и скрестила руки на груди.

– Да, внучкой, – с вызовом ответила она. – Разве не ты, Слейд Гаррет, всего пять минут назад утверждал, что готов жениться на юной леди?

– Да, утверждал, – мрачно промычал Слейд. – Только в мои планы не входило, чтобы ты вот так запросто ляпнула про это при Ханне.

Он поделился своими планами с бабушкой? Ханну по-настоящему потрясло услышанное, и она не сразу заметила, что лицо Гаррета заливает краска.

– Да какая разница, внук? Чего откладывать?

– Вот что я тебе скажу, Изабель Уинфрид Гаррет, – медоточивым голосом пропел вдруг Слейд, сузив глаза. – Не лезь не в свое дело. Считай мои слова предупреждением.

– Вздор! – легкомысленно махнула рукой его бабка. Похоже, ее ничуть не напугал тон наследника. – Если бы ты не хотел меня посвящать в свои планы, ты бы не посвящал. Что, неприятно попадать в собственный капкан? Одно дело, когда ты управляешь обстоятельствами, и совсем другое – когда ими управляет кто-то посторонний. Разозлился? Заканчивай валять дурака и познакомь свою гостью с Эсмеральдой. Мы же не можем позволить собаке пугать твою невесту всякий раз, как девушка входит в гостиную. Они должны подружиться.

Невесту?

Ханна ужаснулась, почему-то уставившись на собаку. Эсмеральда добродушно вывалила язык из огромной пасти, чем довела девушку до состояния, близкого к обмороку. Ей казалось, что мастиф не прочь ею поужинать.

Ханна попятилась, увлекая за собой Слейда, по-прежнему державшего ее за локоть. Тот неожиданно выпустил ее руку и, угрожающе подбоченившись, направился к расположившейся на диване женщине. Но стоило ему открыть рот, как в коридоре раздались голоса и звон посуды. Все четверо, считая собаку, быстро взглянули в сторону двери.