Мой запретный - Виолетта Роман

-  Я не хочу! Не хочу быть зазубриной, слышишь?! Я хочу нормальную жизнь, мудаков в моей жизни хватает!

Его рука резко дергается вперед.  Огромная ладонь закрывает мне рот.

Лицо Варламова снова близко, а в глазах злость. Всегда синие, светлые, сейчас они темнее ночи. 

- То, что ты увидела – тупое совпадение,- тихим голосом. -  И если бы осталась в тот день на полминуты дольше, а не убегала прочь, ты бы увидела, как была послана Яна. Далеко и надолго... Да, я мудак, не спорю...

Лука опускает взгляд вниз. Хмурится.

- У тебя кровь, Ослик, - его голос меняется. Теперь он взволнован. Мужчина прищуривается, возвращая разгневанный взгляд к моим глазам.

-  Как ты собираешься быть самостоятельной, если даже врезать мне по морде  у тебя не выходит без последствий ? – Лука обхватывает пальцами мое запястье, поднимая его в воздухе.  И я вижу, как с ладони вниз по предплечью стекает красный ручеек. Мне вдруг становится не по себе. Я пытаюсь одернуть руку. Но он не дает.

-  Нужно обработать рану.

Вид собственной крови немного остужает мой пыл.

- У тебя ведь должна быть аптечка.

Кровь капает мне на одежду. Ее так много! Мне действительно становится страшно.

- Ты хочешь выпить? Могла бы сделать это в ресторане.

Удивленно смотрю на него. Лука улыбается так, будто ничего плохого не произошло. Удивительно, но его настрой успокаивает меня.

- При чем тут это?

На этот раз Варламов улыбается мне до ушей.

- Потому что в моей аптечке кроме бутылки вискаря ничего нет.

Конечно. Разве я могла подумать иначе?

Вырываю руку из его хватки.

- Стой.

Сижу неподвижно. А он, ни слова больше не проронив, просто берет и стягивает с себя футболку. Я не успеваю возразить, Варламов хватает мою руку и белоснежной тканью перетягивает рану.

- Вот так, - прижимает раненую руку мне к груди. – Держи, я сейчас в аптеку сгоняю, вон она, - указывает в лобовое.  И, схватив свой бумажник, выбегает из машины.

Рука начинает болеть. Шок прошел  и достаточно глубокий порез дает о себе знать. Прикрываю глаза, опираясь головой о сидение. Все кружится, в ушах шум, а сердце навылет.  Вдруг раздается пиликанье телефона. Внизу, на подставке для стаканов его мобильный. На подсвеченном экране высвечивается фотка. Мне кажется, или там голая девушка? Бросаю беглый взгляд в лобовое – Луки еще нет.  Знаю, что не должна это делать, но тянусь трясущейся рукой к телефону. А когда поднимаю его, мне хочется закричать в голос.  Обида душит петлей.  Нужно быть дурой, чтобы верить ему! Он не изменится. Ни за что и никогда.

Бросаю телефон на водительское, выхожу из салона. Я хочу уйти до того, как он увидит меня.  Больше никаких разговоров, никаких касаний.

Но не успеваю я добраться даже до конца здания, дверь аптеки открывается и по ступенькам сбегает Лука. Он смотрит на машину и когда понимает, что салон пуст,  тревожно озирается по сторонам. И, конечно же, он видит меня, замершую в углу здания. Его глаза сканируют мою фигуру, а когда Варламов поднимает их к моим, то все понимает. Его губы кривятся в усмешке. Но на это раз она горькая.

- Сюда иди, - сухая команда.

И мне ведь хочется это сделать! Но на деле отрицательно качаю головой. Лука отводит взгляд в сторону, вижу, как дергается его кадык, когда он сглатывает. А потом, будто психанув, он срывается ко мне, буквально в несколько шагов преодолевая расстояние между нами.

- Руку дай... – рычит.

А я понимаю, если дам коснуться – пропаду к чертям. Но снова и снова перед глазами голая Яна. Лучше бы мне этого не видеть никогда.

- Слушай, не надо. Я пойду, - жалкий шепот слетает с губ.

Он делает еще один шаг, и теперь мы вплотную друг к другу. В его глазах – злость.

- Да я понял, что ты пошла. –  Лука резко хватает мою руку, тянет на себя. Крепко удерживая за запястье, разматывает окровавленную ткань футболки. Я молчу. Позволяю ему делать это. Сейчас мне действительно нужна его помощь. Мне страшно.

Расставив на капоте машины лекарства, он открывает бутылек и заливает рану перекисью. Жидкость пузырится, кожу начинает сильно щипать.  Варламов дует и делает это так заботливо-нежно, что в груди щемит. Его пальцы сильные, они держат крепко, но не причиняют мне боли, а совсем наоборот. От его касаний мне легче. На протяжении всего времени он так сильно напряжен! И взгляд такой, сосредоточенный.

- Нормалью все, зашивать не нужно. Просто сосуд большой задела.

Варламов заклеивает рану пластырем. Отпустив мою руку, молча собирает все бутыльки и направляется к багажнику, убирая все лекарства туда. А я на месте стою, будто громом пораженная. В руках все еще футболка Луки. Он оголенный по пояс, и я вижу каждую его мышцу напряженную.  Пялюсь на шею его, покрытую татуировками.  Сердце в груди стонет, и мне хочется броситься следом. Прижаться  к нему, и вдыхать... И представить, будто все может получиться. А он словно чувствует мои сомнения. Закрыв крышку багажника, ко мне подходит. Скулы напряженные, взгляд острый такой.

- Я одного не пойму, - кривится. Руку к подбородку подносит, в пол смотрит. Вижу, что обидела его.

- Так ты с ним все-таки? С тем идиотом?

Даже если и не так, разницы ведь нет! Я только что получила доказательства, они в телефоне Варламова. С ним ведь постоянно будет как на вулкане. Каждый день ждать измены, жить в сомнениях. Мои нервы не выдержат и недели такой жизни. Нет. Это совсем не про меня.

- Да, я с ним, Лука.

Я пытаюсь уйти, но Варламов снова не дает этого сделать. Его крепкая хватка огнем по коже.

- Не спи с ним, слышишь? Спи со мной... – хрипло так, в глаза.

И так больно от его слов. Если бы он знал, что внутри меня. Если бы знал, как сильно я хочу попробовать, как сильно хочу довериться ему.

- Как ты меня бесишь... – цежу сквозь зубы, скрывая подкатившие к горлу слезы злостью.

А он спокойный такой. Смотрит мне в глаза, душу свою открывая. "Вот он я. Бери. Просто  будь рядом". Он с ума меня сводит! Голова кругом! Я не знаю, чему верить, я не знаю, как быть! Я просто хочу уйти и остаться наедине с собой.

- Почему? – тихим голосом, а сам пальцем большим круги на моей коже рисует. Его так много. И внутри меня настоящий раздрай.

- Только что в машине ты сказал, что у тебя нет ничего с Яной.

Кивает.

- Так и есть.

- Так какого черта она шлет тебе свои голые сиськи?! Какого черта пишет, что хочет повторить ту ночь?!

Варламов замирает на секунду, словно обдумывает мои слова. А потом вдруг начинает смеяться. И это ранит меня. Все у него так – несерьезно. Все будто игра. В один момент он с тобой, а в другой в чужие глаза также смотрит. Я знаю, что не красавица, знаю, что такой как он окружен вниманием горячих кукол. Но если бы я была особенной для него, разве он вел бы себя так?!