Их заложница - Софи Вебер

Руслан сидит на диване, широко расставив ноги и откинув голову на спинку. Вне себя от радости я подлетаю к нему и сажусь рядом, обнимаю, покрываю лицо поцелуями и шепчу, как соскучилась. От моего напора он немного замирает, но вскоре отвечает на объятия.

— Забери меня отсюда, — прошу его сквозь слезы. — Хочу с тобой. Куда скажешь. Пожалуйста.

Он тяжело вздыхает и встает, достает сигарету из кармана и выходит на террасу, чтобы я не вдыхала едкий дым. Я иду следом и жду его вердикта, топчусь босыми ногами по деревянным дощечкам и смотрю на него так, будто прямо сейчас он должен вынести мне приговор. Впрочем, так оно и есть. Я не знаю, что буду делать, если он откажет мне, если не заберет с собой.

Глава 29

Ева

Он мотает головой, а я смотрю на облако сизого дыма, который он выпускает из рта. Сердце падает куда-то в пятки, и я, совершенно не думая, что делаю, подхожу к нему ближе, обхватываю со спины, прижимаюсь сильнее и вдыхаю его запах, не обращая внимания на табак. Я хочу с ним. Не важно, где, просто хочу быть рядом.

— Я не могу тебя забрать, Ева. Пока не могу.

— Все так плохо?

— Все, блять, даже хуже, чем могло быть.

Я знаю, что он мне не врет, но отчаянно хочу с ним. В то, что творится там.

— Я побуду с тобой несколько дней. Твои родители приедут через неделю.

— Не нужно их сюда вести, — я мотаю головой, оставляя поцелуй на его спине сквозь рубашку. — Им будет сложно… тут.

— Здесь ничего не нужно делать, — усмехается Руслан. — Мама скучает по тебе.

— Руслан, они... уедут потом. А я не смогу.

Наверное, он понимающе кивает. Я ловлю его движение рукой, так он тушит окурок и отбрасывает его в сторону. Поворачивается ко мне, берет меня в кольцо своих рук.

— Я тоже соскучился.

Мы как двое любовников, которые сбежали от мира на край света, чтобы побыть вдвоем.

— У тебя точно не будет проблем, если ты немного останешься?

Он смеется. Не так, как раньше, но он заряжает меня своим смехом, и я тоже улыбаюсь.

— Проблемой меньше, проблемой больше, — он пожимает плечами и тянет меня к себе, целует в шею, оставляя влажный след на тонкой коже.

— Я так соскучилась, — тянусь к нему на носочках, обхватываю руками его лицо, целуй сначала в губы, а потом, забывшись, покрываю поцелуями все его лицо.

Я так сильно соскучилась по нему, что это кажется такой мелочью. Необходимостью. Мне просто нужно чувствовать его рядом, знать, что он здесь, со мной. Что оставил все и примчался, как и обещал, по первой моей просьбе. Наверное, я не должна испытывать это чувство окрыления и счастья, ведь мне радость, а у него могут быть проблемы. Я не могу не чувствовать этой радости, хочется обнимать его, целовать, вжаться в его тело так сильно, как это вообще возможно и…

— Ты меня зацелуешь, — со смехом произносит Руслан и поднимает меня на руки.

Я визжу, хоть и понимаю, что могу разбудить половину дома и соседей. Плевать. Я хочу, чтобы они знали о моем счастье. Хочу быть сегодня эгоисткой, которой наплевать на всех вокруг, кроме своего мужчины.

Он разве твой?

Я закрываю внутренний голос на ключ и улыбаюсь Руслану, который переступает порог и несет меня наверх.

— Ты поправилась, — шутит он и смеется, когда получает по плечу рукой. — Нравишься такой, шепчет и опускает меня на пол в спальне.

Прижимает спиной к стене и становится рядом, потому что встать напротив ему мешает мой большой живот. Руслан кладет руку на мою грудь, сжимает, тянет ладонь ниже, поднимает подол платья и скользит шероховатыми пальцами по оголенной коже. Мне кажется, что ведут по моим нервам, потому что я накалена до предела.

Руслан забирается рукой под мягкий удобный лифчик, сжимает сосок между пальцами и вырывает громкий стон из моего рта. Его губы касаются моей шеи, прижимаются до боли, и я с блаженной улыбкой поднимаю голову вверх. Он поставил мне засос, понимаю с благоговением. Метка. Его метка.

Она останется со мной еще спустя несколько дней после того, как он уедет.

— Тебе… можно?

Я безоговорочно понимаю, о чем он и быстро киваю. Конечно, мне можно. Сейчас я нуждаюсь в нем. В его ласке, в сексе с ним, в том, чтобы он назвал меня своей, даже если ничего такого он и не скажет. Я как-то слишком быстро утонула в нем, погрузилась в мой океан с головой и забыла вдохнуть полные легкие воздуха, чтобы продержаться хотя бы минуту.

Не знаю, как мы перемещаемся на кровать, как я оказываюсь совершенно обнаженной перед ним и как не смущаюсь под его пристальным взглядом. Наверное, мое желание видеть его рядом куда сильнее стыда, потому что я с предвкушением развожу ноги в стороны и охаю, когда он касается меня там холодными длинными пальцами. Мне кажется, я сгорю под его касаниями заживо. Руслан ласкает, сминает, гладит, растягивает, вынуждает цепляться пальцами за простыни и требовать, выкрикивать его имя со словами:

— Пожалуйста… хочу.

Он касается меня там языком, подготавливает для себя, видимо, не понимая, что каждое движение как агония для меня, что я хочу его в себя немедленно. Бесстыже толкаюсь бедрами, Руслан отстраняется, смотрит на меня так хищно, что я сглатываю и жду, когда его член, наконец-то, наполнит меня.

Когда он входит, испытываю легкий дискомфорт и тут же напрягаюсь, но быстро расслабляюсь. Обхватываю его ногами, провожу руками по его ладоням.

— Повернить, — шепчет он. — Неудобно.

Я послушно поворачиваюсь и встаю на четвереньки. Руслан щадит меня и это чувствуется в каждом его движении. Он аккуратно входит в меня, едва ощутимо касается пальцами клитора и массирует его, чтобы я могла кончить вместе с ним. Мы, как и в последнюю нашу ночь, не предохраняемся, и я могу чувствовать его всего без преград.

Его член растягивает меня, входит медленно, задевает чувствительную точку. Поняв, что мне не