Свет твоих глаз - Ирен Беллоу

В Штатах Клэр уже оказалась вовлеченной в скандал из-за ее бывшего босса. И, несомненно, она не стала бы сообщать Хаммеру, чего ей стоило уговорить владельца «Касы» впустить в ресторан ораву киношников. Сексуальный скандал Клэр совершенно ни к чему. В Голливуде за такую новость ухватились бы все газеты, и на ее карьере продюсера можно было бы ставить крест. Нет, более вероятно, что она сообщила Хаммеру о согласии хозяина ресторана и это каким-то образом дошло до Ребекки, а та уже сделала свои выводы.

Сделал свои выводы и Рон. Во-первых, ему придется иметь дело с Ребеккой, чье самолюбие уязвлено его отказом. Во-вторых, Клэр действительно намерена выполнить свою часть сделки.

Второе приятно волновало, первое – беспокоило. Ребекку нельзя недооценивать, она способна нанести удар в спину. Ни ему, ни тем более Клэр скандалы не нужны.

Черт побери, не хватало им только этой злобной фурии!

– Я просто не могу понять, чего он хочет. – Клэр сделала глоток пепси из бутылки и посмотрела на идущего рядом Винсента. Она только что ввела его в курс событий последних двух дней и теперь надеялась получить полезный совет. – Он сводит меня с ума.

– А как по-твоему – чего он хочет? – Винсент остановился, разглядывая витрину.

– По-моему, он хочет меня. Но при этом упорно не желает признавать очевидное.

– Наказание?

– Похоже. И знаешь, у него очень неплохо получается.

– Мы немножко огорчены, да?

– Не знаю, как «мы», а я уж точно свихнусь, если так пойдет и дальше.

– Думаю, приятель просто дает твоему либидо возможность проявить себя в полной мере, – заметил Винсент, переходя к другой витрине. – Слушай, эта рубашка стоит столько же, сколько целый костюм у нас в Нью-Йорке!

Клэр уже успела привыкнуть к лондонским ценам, к тому же ее интересовало другое.

– Ну, это еще слабо сказано.

– Да? – Винсент недоверчиво усмехнулся.

– Что ты хочешь сказать своим «да»?

На его лице появилось по-детски невинное выражение.

– Ничего. Абсолютно ничего. Просто сомневаюсь, что вся проблема в твоем либидо.

Клэр нахмурилась и, покачав головой, зашагала дальше.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

Винсент нагнал ее и пошел рядом.

– Не горячись. Может, проблема не только в том, что ты не имеешь возможности выплеснуть сексуальную энергию. Похоже, между вами еще что-то есть.

Первой реакцией Клэр было категорическое несогласие, и она уже открыла рот, чтобы заявить об этом. Но что-то помешало. За последние дни в отношениях с Роном произошло столько всего, что анализировать не хотелось.

– Клэр?! – окликнул ее Винсент.

– Э-э… да. То есть я не знаю. Наверное, когда я во все это ввязалась, то думала, что просто сделаю то, чего хочет Рон. Ради бизнеса, понимаешь? Я была готова на все, чтобы только застолбить для Хаммера «Касу».

– Я что-то не пойму. Хочешь сказать, что сейчас ты занимаешься не этим?

– Не совсем. То, что начиналось просто – услуга за услугу, – превращается в нечто совершенно непонятное, сложное. – Она отпила еще пепси. – Что бы ни потребовалось, я все сделаю. В этом отношении ничего не изменилось.

Даже сейчас, находясь вдалеке от Рона, от его мистических чар, Клэр не могла не думать о нем. Глупо, но ее вдруг потянуло поплакать. Она отвернулась, достала из сумочки платок и только тут обнаружила, что они остановились у ювелирного магазина. Прямо перед ней в витрине лежало невероятно красивое и ужасно дорогое ожерелье с изумрудами и бриллиантами.

Клэр увидела озабоченное лицо Винса, отразившееся в стекле. Она попыталась улыбнуться, надеясь, что улыбки будет достаточно и он не станет донимать ее расспросами.

– Хочешь поговорить?

– Нет, извини, Винс.

– Перестань, девочка. Это же я. Помнишь? Парень, помогший тебе пережить Рика О’Нила.

– Это не ты. – Она покачала головой.

– Я. Правда. Настоящий Винс. Посмотри. – Он подергал себя за волосы, за щеки. – Видишь? Никакой маски.

Клэр рассмеялась, хотя ей было совсем не до смеха.

– Дело не в тебе, а во мне. Не знаю, смогу ли объяснить свои чувства.

– Не сможешь? Ты? – Он усмехнулся. – Ну уж я-то знаю тебя лучше.

– Ладно. Объяснить я бы, наверное, смогла. Только вот что со мной творится… – Клэр умолкла, пытаясь подобрать слова.

– Подожди-ка. – Винсент обнял ее за плечи и подвел к скамье. – Давай попробуем разобраться.

– Что? О, доктор Фрейд, извините, не узнала.

– Годы берут свое, кхе-кхе. – Он откинулся на спинку скамейки. – Серьезно. Расскажи обо всем доктору Винсенту.

– Похоже, ты не оставишь меня в покое, пока я все не выложу, да?

– Верно.

Клэр развела руками. Что ж, хуже не будет, и, кто знает, может быть, Винс действительно посоветует что-то дельное.

– Знаю, многое изменилось. В этом нет ничего удивительного, ведь прошло как-никак шесть лет, и еще я знаю, что у Рона есть какой-то план. Он сам сказал.

– Секс за услугу. Не очень-то характерно для британца. Скорее в духе Голливуда.

– Будь серьезнее. – Она ткнула его локтем в бок.

Винсент провел ладонью перед лицом, и комическое выражение сменилось бесстрастным.

– Так лучше?

Клэр закатила глаза, но воздержалась от комментариев – она уже давно привыкла к выходкам Винса.

– Дело в том, что хотя Рон и поставил перед собой цель помучить меня, но новая маска держится плохо и, когда она временами сползает, я вижу прежнего Рона. Того, которого я знала. Того, который любил меня и никогда не вел со мной никаких игр. Того, которому и в голову не пришло бы нарушать кодекс поведения джентльмена, если бы я его не бросила.

– И ты по-прежнему его любишь.

– Я не знаю. Это не важно. Даже если я его люблю. В данный момент мне не нужны никакие отношения. Я их не ищу. Все, что меня интересует, – это моя карьера. И я не делаю секрета из своих целей. Об этом знаешь ты. Об этом знает и Рон.

– А разве нельзя совместить одно с другим? Карьеру с тем, что ты называешь отношениями?

– Нельзя. Потому что я знаю себя. У меня появился шанс получить настоящую работу. Впервые после фиаско с О’Нилом. Другого не будет. И я не собираюсь упускать последнюю возможность. Кроме того, сам по себе Рон Фримен вообще не проблема. Моя проблема – секс.

– Секс – проблема?! – фыркнул Винс. – В наше-то время? Не смеши меня, Клэр.

– Да, от тебя дождешься помощи.

– Извини. – Он напустил на себя вид кающегося грешника, приложил руку к груди и заверил: – Честное слово, больше не буду. Рассказывай.