Я – страж пламени! - Викки Латта

Подошвы сапог были упругими. Я бежала практически бесшумно и потому врезалась, как в стену, в беседу этих двоих. Причем голоса доносились из-за поворота, так что я услышала их раньше, чем увидела Стилла и Толье.

— …оставь Ники, — прозвучал твердый голос Мора. И это заставило меня остановиться. — Что ты ей можешь дать? У тебя помолвка с Анабель. И если ты решишь отказаться от женитьбы, это дорого обойдется твоей семье. Очень дорого. Я в курсе условий добрачного контракта… Так что еще раз спрошу: что ты можешь предложить Ники? Место своей любов…

Толье не договорил. Его голос оборвался, сменившись глухим звуком. С таким тело впечатывают в стену.

— Заткнись, — прорычал страж, явно сдерживая злость. — Это не твое дело!

— А может, как раз мое?! — судя по интонациям, прижатый к стеллажу Толье ничуть не испугался. — Может, я имею на нее виды?

— Любишь? — всего одно слово, хлесткое, как пощечина.

— А это имеет значение?! — прорычал Мор, явно теряя самообладание. — Я в силах дать ей то, что ты не сможешь никогда. Статус. Положение. Уважение. Моя семья, в отличие от твоей, будет только рада, если в род войдёт сильный маг. Мой отец не помешан на сословных предрассудках, в отличие от твоего. Так что если ты действительно любишь Ники, то должен отойти и не мешать ей быть счастливой…

Я не выдержала, выглянула из-за угла и увидела, как кулак Дэна впечатывается в каменную кладку рядом со скулой Мора. Это жест отчаяния и бессилия того, кто признает правоту слов противника. Толье расчетливо и точно бил по самому больному.

В оглушающей тишине страж отнял руку от стены, и в том месте, где костяшки в нее врезались, остался кровавый след.

— А меня вы ни о чем не забыли спросить? — Я вышла из-за своего укрытия. И, только произнеся фразу, поняла, что, собственно, делала.

Судя по выражению лиц этой сладкой парочки, они даже и не собирались. И выглядели как любовники, застигнутые на горяченьком рогоносцем-супругом, роль которого досталась в этом раскладе мне.

Последовавшая за этой сценой фраза Мора лишь убедила меня в этом.

— Ники, ты все не так поняла, — в духе классического горе-любовника выдохнул он.

— У вас свидание, а я помешала? — иронично поинтересовалась у него.

— Нет, — замотал головой приятель.

— Тогда я поняла все правильно, — резюмировала я и задала главный вопрос: — Мор, а теперь скажи честно, так ли тебе была нужная моя помощь, как ты говорил?

Потому как только что выяснилось: один расчетливый интриган стребовал с меня клятву и втянул в политические интриги не только из-за высоких целей, но и из-за своих личных.

— Мне нужна ты, — глядя на меня и только на меня, ответил Толье. — И твоя помощь. Потому что я не врал, когда говорил, что от этого зависят жизни сотен тысяч людей.

Гад! Вот как у него так получалось не лгать, но обманывать? Меня — так точно. Но если Мор прав… хотя бы на сотую долю, то получается, что от того, сумеем ли мы доказать, что его отец не причастен к исчезновению Лирин, зависит будущее канцлера. А будущее такого человека неразрывно связано с будущим целой страны.

Поэтому мы должны переиграть заговорщиков, решившихся на шантаж лорда Толье. Так что дело превыше.

Поэтому я глубоко вдохнула, стараясь в мыслях не держать на приятеля зла. Только нацеленный на него боевой пульсар и злого рвущегося волкодава. И да, никакой агрессии!

Последнее я повторяла про себя как мантру, пока рассказывала о догадке с именами. И если Мор засомневался, то Дэн без лишних слов подошел к газетам и начал выписывать в столбец даты. При этом Стилл был невозмутим. Лишь яростно вдавливаемый в бумагу карандаш выдавал его злость.

А затем он начал перелистывать газеты в поисках имен. Я присоединилась к стражу. А за мной и Толье.

И спустя полчаса у нас напротив дат был столбец женских имен по названиям магических катаклизмов: Стальвия, Анабэль, Милинда, Олиния.

— И что нам это дает? — озвучил наш общий немой вопрос Дэн.

Мор озадаченно почесал затылок и…

— А хрен его знает, — растерянно отозвался он. — Возможно, тетя узнала что-то о них…

— Вот только кто эти самые они? — Я повернула листок с себе, разглядывая твердый уверенный почерк Дэна.

— Если исходить из логики, что твоя тетя, будучи студенткой, почти все свое время проводила в академии, то логично предположить, что эти имена принадлежат тоже адепткам… — отозвался страж. — Только зачем их шифровать?

— А вот залезем в архив с личными делами и узнаем! — обрадованно заключил Мор.

А я же, глядя на этого энтузиаста, в которого меня угораздило с размаху вляпаться, подумала, что такими темпами к окончанию академии (если таковое вообще случится) у меня будут сразу две профильные специальности: стража и взломщика.

— Ты предлагаешь пересмотреть личные дела всех Анабелей, Милинд и далее по списку? — мрачно уточнил Дэн.

— Ну да, — кивнул Мор как само собой разумеющееся.

— Толье, если на тебя снизошло высокое одурение поисков, это не значит, что и на других тоже.

— Ты, наверное, имел в виду высокое вдохновение?

— У нормальных сыщиков — вдохновение, — возразил страж, — а у тебя явно одурение. Ты хоть представляешь, сколько документов придется перелопатить? И за сколько лет? И не факт, что мы не пропустим нужных нам, потому что мы не знаем точно, что именно ищем…

В словах Дэна был резон. Я тоже не представляла, по каким параметрам отбирать нужных нам девушек.

— Предлагаю сделать перерыв и все обдумать, — выдохнула я. И едва это произнесла, как осознала, насколько я голодна.

Потому поиски решено было прервать. Мор опять отправился отвлекать на себя хранителя отдела периодики, а мы со Стиллом под прикрытием внушительного фантомного декольте приятеля поспешили покинуть зал, предварительно вернув все подшивки на полки.

Едва оказались на улице, как выяснилось, что время уже близилось к ужину. Пришлось поспешить, чтобы на него не опоздать. Потому что спасать великого канцлера, а с ним и всю державу на голодный желудок было как-то не с руки.

В столовой мы сели рядом и по достоинству оценили мясное рагу, тарелки с которым материализовались перед нами. Как выяснилось, я была дико, просто зверски голодной. И видимо, это заметил и Мор, который даже чуть отодвинулся.

— Что-то не так? — Я посмотрела на приятеля.

— Знаешь, ты так