Амира. Наследники - Екатерина Орлова

– Видишь, ничего сложного. – Мал скатывается с доски в воду, выныривает и хлопает по ней. – Давай, Амира.

– Как, по-твоему, я должна забраться на нее? – спрашиваю, когда он подплывает ближе.

– С моей помощью, – отвечает Малоун, но в его голосе больше нет игривости. Он низкий и вкрадчивый. Этот намек голосом заставляет бабочек в моем животе вспорхнуть и подняться выше, а потом снова ухнуть вниз. – Только тебе придется дать мне разрешение.

– На что? – выдыхаю я, когда он оказывается совсем близко, и под водой наши ноги периодически касаются друг друга.

– На прикосновения, – еще тише отвечает Малоун, и моя голова непроизвольно крутится по сторонам, чтобы убедиться, что мы все еще одни в этом бассейне. Снова чувствую себя раздетой. Как завороженная смотрю в его потемневшие глаза и медленно киваю, даже не осознавая до конца, на что соглашаюсь.

Он шумно выдыхает, и я чувствую это дыхание на своей щеке. Вся эта обстановка настолько интимная, что по коже бегут мурашки. Меня сковывает страх, но не настолько, чтобы оттолкнуть Малоуна. Почему-то именно с ним мне не страшно нырять в этот омут, потому что я каким-то образом знаю, что он подхватит и не даст утонуть.

– Держись за доску, – севшим голосом командует Мал, и я тут же выполняю его команду. – И за меня, – добавляет он с хрипотцой и, взяв мою правую руку, кладет ее себе на плечо. Голое плечо! Пытаюсь отдернуть ее, но Мал удерживает мою ладонь своей. – Дыши, моя принцесса. И привыкай.

Его руки ложатся на мою талию, и я непроизвольно втягиваю живот, как будто это избавит меня от прикосновения, но ладони Малоуна сжимаются сильнее.

– Вторую руку на доску, Амира, – его голос как тягучая, теплая патока, которая вливается в меня и начинает курсировать по венам. Снова выполняю его приказ, оказавшись спиной к Малоуну. – Теперь и правую клади на доску. Я сейчас подниму тебя, и твоя задача – подтянуться. – Прикрываю глаза, потому что выдержать этот голос в сочетании с руками на талии и близостью его тела просто выше моих сил. – Давай, – командует он, а у меня в голове это звучит как побуждение к чему-то другому, и я невольно подаюсь назад, прижимаясь спиной к груди Мала. Дергаюсь, осознав свой поступок, но его рука уже крепко обхватывает меня за талию, и я перестаю дышать.

Мы замираем на несколько секунд. Я чувствую, как резко поднимается и опускается его грудная клетка, как Мал крепко притягивает меня к себе и… я не должна этого чувствовать, но чувствую. Ягодицы упираются во что-то твердое и по ощущениям живое. Оно дергается. Не знаю как, но я понимаю, что то, что мы сейчас делаем, это не просто запретно. Это запредельно. Это очень-очень неправильно. И в то же время кажется самым правильным. В объятиях Малоуна я чувствую опасность и в то же самое время спокойствие. Не знаю, как это возможно, но это так.

– Готова? – Мал первым приходит в себя и немного отодвигается от меня.

– Ты все это время держался за меня? – спрашиваю, слегка повернувшись.

– Нет, – усмехается он, разряжая обстановку. – Я достаю до дна ногами.

– О, поняла. Ладно, – выдыхаю, – готова.

Мал перехватывает меня за талию, а потом рывком поднимает вверх. Я подтягиваюсь на руках и наконец залезаю на доску. Хотелось бы сделать это как-то изящнее, но я даже не представляю себе, как это можно провернуть, когда доска так сильно качается на воде.

А дальше начинается обучение. Я сижу на доске, лежу на ней, пытаюсь встать, но несколько раз падаю. Гребу, учусь чувствовать ее и управлять. Правда, в лежачем положении это легко, чего не скажешь о положении стоя.

– Все, последний раз! – провозглашаю, смело выпрямляясь на доске, и у меня наконец получается.

– Умница! – восхищенно выкрикивает Малоун, глядя на меня светящимися глазами, а я хохочу без остановки, потому что у меня и правда получается.

Ложусь на доску и доплываю до лестницы, перебираясь на нее так же неуклюже. Но я обещаю себе, что непременно научусь делать это красиво. Наверняка девушки, с которыми катался Мал, умеют грациозно заскакивать на доску и спускаться с нее.

– Нам пора возвращаться, – произношу с грустью в голосе, окидывая взглядом бассейн, – а я так и не увидела, как ты катаешься.

Мал усмехается и подмигивает мне, а потом седлает доску и гребет к противоположному краю длинного бассейна. Он делает это так быстро и проворно, что в считанные секунды оказывается у дальнего бортика. Подплывает к углу и нажимает какие-то кнопки, после чего вода начинает бурлить, и Мал едва успевает заскочить на доску, как бурление превращается в водный тоннель, в который Малоун ныряет с широкой улыбкой. Мне приходится спешно обогнуть бассейн, чтобы заглянуть в трубу, образованную искусственной волной, из которой через мгновение выныривает Мал и двигается по мелкой ряби к тому концу бассейна, у которого я только что была.

– Вот это да, – восхищенно тяну я, глядя на него широко распахнутыми глазами.

Мал спрыгивает в воду и, подтянув доску к бортику, забрасывает ее наверх, затем сам подтягивается и запрыгивает, резко развернувшись и присев на край. Мал встряхивает волосами и улыбается.

– Я под впечатлением, – произношу, подходя ближе.

– Это меньшее, что я умею. Вот полетим навестить моих родителей на островах, и там-то я смогу похвастаться всеми своими умениями, – он играет бровями, и меня снова посещает то самое чувство, когда я понимаю, что он говорит далеко не только о покорении волн.