Волчий интерес - Мария Зайцева

Здесь, в Империи, как говорил Дон, есть целая наука, изучающая историю драконов, их временные изменения, даже то, почему они смогли превращаться в людей, что послужило причиной… И подведена серьезная научная теория под то, откуда взялись маги. Это все тесно связано с драконами, кстати, и вопросами крови.

Так что, если верить Дону, отец все же оказался прав, считая нас с Ларом наследниками с нечистой кровью. Потому что просто так, из ниоткуда, наши способности, наше проклятие, не могли появиться. Значит, когда-то в роду были драконы… А, учитывая, что мы с Ларом знаем своих предков по именам и их деяниям вплоть до двадцатого колена, причем, не только со стороны отца, но и со стороны мамы, и никаких упоминаний о драконах там не было… Значит, кто-то из предков согрешил. И мы — результат этой преступной грязной связи…

Теперь, конечно, ничего не выяснить, все упоминания о драконах и связанных с ними магах и колдуньях, жестко вымарывались из летописей и подвергались порицанию многие столетия…

Результатом этого и стало нынешнее плачевное состояние страны…

Единый… О чем я думаю?

Волк идет следом, смотрит… Ох, как смотрит…

Ну и пусть смотрит, грязное животное.

Он всегда таким останется. А я всегда буду северной принцессой. Даже на коленях.

И нет в нем ничего магического, загадочного, ошибся брат, или привиделось ему от страха и отчаяния.

Может, просто один из ручных волков лорда Вулфа, как при дворе считали, молочных братьев его ( б-р-р… ужас…), появился на дороге, а брат и принял его в полумраке за оборотня…

Конечно, так и есть…

А то, что на Волка императора не действует моя магия… Ну что же, это тоже имеет разумное объяснение… Наверняка… Просто я его еще пока не знаю…

Но зачем он так смотрит? Мы идем по ярко освещенным залам, на улице — солнечный радостный день… И вокруг нас люди. Не особенно много, но придворные, прислуга, охрана…

Зачем он меня компроментирует?

Хочет окончательно растоптать достоинство?

Нет уж! Не позволю!

Приняв решение, резко останавливаюсь и разворачиваюсь.

И упираюсь прямо в каменную грудь не успевшего притормозить Волка!

Нечаянно втягиваю аромат, исходящий от него, дикую смесь звериного мускуса, свежести с привкусом острых нот, словно он совсем недавно что-то спиртное пил, например, вино с пряностями. По отдельности эти запахи вообще никак не работают, но все вместе, соединенные в одном мужчине, действуют совершенно убийственно.

Мне почему-то хочется вдыхать еще, а лучше, привстать на цыпочки и дотянуться до яремной впадины. Языком.

Едва осознаю это дикое, крайне непристойное желание, моментально пытаюсь отшатнуться, оступаюсь, вскрикиваю…

И в следующее мгновение взлетаю в воздух, оказываясь на руках у Волка!

— Единый… — шиплю, упираясь обеими ладонями в его грудь и дергаясь, чтоб вырваться, — отпустите! Вы с ума сошли!

— Графиня, — громко отвечает Волк, скалясь самым непристойным образом, — вам совсем плохо, я вижу! Я донесу вас до ваших покоев и вызову лорда Волеера!

— Не стоит… Трудов… — кряхчу я, оглядываясь и со страхом замечая устремленные на нас взгляды!

Ужас! Уже через несколько мгновений весь дворец будет знать, что меня носит на руках мужчина! Причем, не просто мужчина, а один из самых скандальных, самых неблагонадежных! От него, говорят, благовоспитанные отцы прячут своих дочек на выданье! А их матери караулят его у его покоев, желая попасть в постель и вкусить звериной ласки, когда Волк императора изволит показываться во дворце… И он не отказывает!

И вот такой человек несет меня на руках!

Все, от репутации клочья останутся…

Конечно, не в моем положении дорожить ею, но, Единый, это единственное, что у меня осталось! Остальное отобрали!

Имя и наследство — мачеха.

Девственность — этот зверь…

Только честь моя осталась и репутация… И того сейчас лишусь!

— Не дергайся, принцесса, — хрипит тихо на ухо мне Волк, привычно не замечая моего смешного сопротивления и перехватывая поудобней, — а то юбки задерутся… Ай, позор будет!

— Большего позора уже не будет! — мне застонать хочется от бессилия!

Он не останавливается, быстро несет меня, безошибочно находя дорогу. А впереди нас внезапно оказывается его волк, он скользит серой тенью, распугивая все живое на своем пути.

— Ой ли? — скалится Волк, сжимает меня крепче, подбрасывает, заставляя вскрикнуть от страха, что уронит, и беззастенчиво кусает в шею! Ах! Зверь! Животное! Ненавижу! — а сейчас?

— Прекратите, прекратите! Не смейте… Нет… Я не буду больше молчать… Я матушке императрице… — конечно, я этого никогда не сделаю, я же не самоубийца, в конце концов, но никаких других аргументов в голову не приходит!

— Давай, давай, принцесса, — смеется Волк, возбужденно подрагивая ноздрями, — она давно мечтает меня женить… И чтоб я настрогал кучу маленьких волчат… Хочешь быть женой Волка императора, принцесса?

— Упаси Единый! — вскрикиваю я, представляя себе этот ужас, и неожиданно позади с грохотом начинают захлопываться двери.

Волк тормозит, с интересом наблюдая за процессом, а затем разворачивается и продолжает свой путь, приговаривая насмешливо:

— Не надо так нервничать, принцесса… А то у Ежи могут возникнуть вопросы к внезапно ожившим дверям дворца…

— Ох… — ему все же удается меня полностью уничтожить, ослабить, и остаток пути я уже не сопротивляюсь.

В конце концов, что я могу сделать сейчас?

Ничего.

Моей репутации конец, моей чести больше нет, меня самой больше нет…

Только оболочка осталась, которая никому не интересна. Лишь Волку в качестве постельной игрушки…

Становится себя невероятно жалко, так, что слезы льются по щекам.

Мне стыдно за них, но остановить не могу.

А Волк, опять чуть подкинув меня ближе к лицу, мягко лижет мою щеку и жмурится от удовольствия:

— Сладкая… Мне нравится…

Я даже не отворачиваюсь… Все бесполезно… Я окончательно погибла…

Глава 23

Глава 23

— Девочка моя, ты не должна