Он для меня под запретом - Ася Сергеева

Спустя минуту после разговора с Долинским меня сам набирает папа. Ну наконец-то! Сейчас ему все расскажу.

— Папа, знаешь, что они мне устроили? — первая начинаю от переизбытка желания папе открыть глаза на злющих ведьм.

— Лика, я все знаю, — слышу усталый голос отца. — Я вышел после генеральной репетиции и увидел множество звонков. Зачем ты избила Лилю? Зачем нападала на Виту? Лиля просто взяла кулон посмотреть, а ты ей лицо разбила. Она мне прислала фотографию с бланшем под глазом и кровоподтеками. Ну что на тебя нашло, дочь?!

— Все было не так, они мои вещи забрали, они сами…

Папа перебивает:

— Лика, ну зачем ты выкручиваешься? Я же тебя просил не провоцировать ссоры. И что теперь? Мне бросать оркестр и ехать домой разбираться?

Хорошо, что со мной рядом медведь, сжимаю его крепче свободной рукой и обиду глотаю, так легче, ненамного, но все-таки.

— Папа, делай что хочешь. Только домой я уже не вернусь. Никогда. Больше вам не буду мешать и ничего провоцировать.

Нажимаю на сброс вызова. Папа перезванивает, но я уже не беру. Надоело доказывать то, во что родной человек не верит.

Сегодняшний день из лучшего превратился для меня в день перемен. Тетя Женя, конечно, скажет, что все только к лучшему. А я боюсь загадывать. Кажется, я папу совсем потеряла. Кто знает, что еще меня ждет...

В столовой, придя в себя после общения с папой, вернее, обвинений меня же, рассказываю Долинским более понятно, что произошло и почему. Все вместе приходим к выводу, что причину напасть они бы и позже нашли. В этот раз сработал Артем для них красной тряпкой. Но и до этого ведь несладко жилось.

— Вот подлые гадины! — не сдерживается тетя Женя. — Как же я просила твоего отца отдать тебя нам после того, когда Ани не стало. Но он ни в какую, угрожал мне, что запретит с тобой видеться. Мы хотели тебя удочерить, и я обещала подруге никогда не бросать тебя в беде. А вот как получилось, не смогли уберечь от злобной мачехи с ее мерзкой дочуркой.

— Вы чего, тетя Женя? Если кто и помогал мне, то вы. Да и вообще ваша семья для меня была все эти годы лучом света. Не знаю, что бы я делала без вас.

— Теперь ты будешь жить у нас. Мы не отдадим тебя зацикленному на своем оркестре отцу, который не видит, что происходит у него перед носом, — твердо заявляет дядя Лев.

Зная папу, он меня мог не отдать Долинским, чтобы не подпортить свою безупречную репутацию. Для него больше всего имеет значение авторитет среди коллег в оркестре. Но мне неловко становиться для Долинских обузой. И так они меня спасали сколько раз.

— Я только до осени у вас, если можно, — смущенно лепечу. — С начала второго курса постараюсь выбить себе место в общаге. Хотела сразу, но мне отказали. У них места только для иногородних даются, а я же по прописке местная. И так вот пролетела.

— Вот еще! В общагу мы тебя сами не пустим. Ты же нам как дочь, Ликуся. Хватит уже скромничать, мы же все свои, — тетя Женя возражает, но так это делает, что напоминает Артема. Он тоже часто повторяет, что мы не чужие, и, наверное, видит во мне что-то вроде младшей сестренки. Но только я в последнее время на него реагирую далеко от дружеских или родственных чувств. Это пугает и не оставляет в покое.

Еще немного всплакнули за столом. Поели вкусный торт. Я еще успела быстро принять душ и даже не заметила, как уснула. Помню, что тетя Женя рядом сидела с доброй улыбкой, а с другой стороны кровати – подарок Артема, медведь.

С утра просыпаюсь от шума голосов. Пока ничего непонятно. Быстро поднимаюсь, бегу в ванную. Надеваю свое постиранное белье, хорошо, что высохло, а то другого нет ведь. В комнате полностью одеваюсь и выхожу.

— О, ты проснулась уже! — первым встречаю Артема.

— Привет. И ты тоже приехал? — удивляюсь спросонья. Взбодрилась при виде Артема за миг.

— Ага, я за городом был, когда ты звонила. Пока доехал, ты уже спала.

И без предупреждения берет меня за плечи, внимательно вглядываясь в лицо. Затем вокруг поворачивает и возвращает обратно. У меня дар речи пропал, что вообще происходит?

— Я должен был сам убедиться, что с тобой все в порядке, — бормочет словно сам себе. — Идем со мной, нужно, чтобы ты кое-что проверила.

Захожу в гостиную и вижу разложенные на диванчике мои конспекты, блокноты, все учебные вещи. Ноутбук – подарок Долинских – и всякие мелочи с моего письменного стола. Даже треснутая рамка с фото, где я с мамой, на нее «случайно» наступила мачеха. Тетя Женя стоит рядом и проверяет мои документы, говорит, что все есть, ничего не забыли.

— Но как это всё попало сюда? — поражаюсь я, не посылкой же передали в течение ночи. Да и кто бы стал, наоборот, могли назло спрятать или испортить.

— Скажем так, мы нанесли визит по твоему бывшему адресу, — хмыкает, довольно потирая руки, Артем.

— С самого утра?

— Артем рвался туда еще ночью, но мы до рассвета отложили визит, — уточняет его отец.

— И что, они вас пустили и дали мои вещи забрать? — мне слабо верится. Мачеха в жизни на рассвете не встанет.

— Ну, не совсем, — смеется Артем. — Сначала дверь пришлось выбить. Потом я случайно скрипкой разбил пару окон. Кстати, плазма упала сама, ну и бар с дорогим пойлом твоей мачехи превратился в осколки. Зато Лиля с мамашей кинулись нам помогать, сами твои вещи подавали.

— Так ты же запугал их, что они, заикаясь, падали на колени и о пощаде молили, — будто с укором, но при этом посмеиваясь, добавляет дядя Лев. — Хорошо, что я с тобой поехал. И не думал, что мой сын такой зверь.

— А что теперь будет? Вдруг они жаловаться побегут?

Плюхаюсь на диван, представляя квартиру после визита Артема с отцом.

— Это вряд ли, мы им сразу назвали статьи, которые на них же повесим. Ну, и к тебе они больше