Солнечный свет - Юлия Бровинская

– Без проблем, – кивнула, – давай поговорим. Мне самой интересны твои планы на меня. Отпустишь ли ты меня, как обещал.

Брэт тяжело вздохнул, точно готовясь к трудному разговору.

– Похоже, ты еще не в курсе, Санни… профессор Каневский женился год назад…

Я молча смотрела на него в полнейшем недоумении, совершенно не представляя в тот момент, о чем или о ком он говорит. Забыла я фамилию Владимира и то, что когда-то планировала связать свою жизнь с ним. За последние годы я свою участь уже совершенно другой представляла. Брэт погибнет и я свободна! Думать забыла о профессоре и своем обещании ему встретиться в Миллениуме.

– Владимир Каневский, – медленно произнес Брэт, наблюдая за моим выражением лица.

И тут я вспомнила, о ком он говорит. Едва не выдала понимающее долгое – А-а…

Но вовремя себя остановила. На реакцию влюбленной девушки совсем не похоже было бы.

Не только, я забыла о Владимире, оказывается, но и он обо мне тоже. Постаралась изобразить грустное лицо, но видимо не очень хорошо получилось. У Брэта глаза довольные стали. Заговорил со мной дальше в более расслабленной манере.

– В Миллениуме, Санни, тебя ждут только в качестве моей женщины. Я не намерен нарушать свое обещание и удерживать тебя насильно, но отпустить тебя сразу по приезду я не могу.

– Почему?

– Это будет неправильно.

– Почему? – глупо повторила я вопрос.

– У тебя нет жилья, работы, семьи чтобы она позаботилась о тебе то время, пока ты устроишься на новом месте. Я все это дам тебе, вместо нее.

– А что взамен?

– Просто живи со мной рядом. Составь мне компанию в дневное время.

Брэт не надолго замолчал, ожидая моей реакции, но так и не дождался. Я мрачно смотрела перед собой в пространство, понимая, что я он прав. Без посторонней помощи мне будет не легко, если не сказать, совсем плохо. У меня ни одного кредита на счету нет. Мойра в мои вещи даже ту скромную сумму, что выдавалась пансионеркам для выхода в город, не положила. Забрала платежную карту. А из вещей, у меня только то, что на мне – платье для выхода на смотрины и одна смена одежды да нижнего белья в дорожной сумке. Как намеренно меня к вампиру привязала посильней.

– Поскольку я не хочу навязывать тебе свое… свою близость, – продолжил говорить Брэт, при этом старательно подбирая слова, – … ты свободна в этом… в своем выборе мужчин. Он на миг умолк, быстро глянул на меня и снова опустил глаза.

Решил, что я об этом размышляю?

– У меня лишь одна просьба, – говорил дальше он. – Пусть это будет не у нас дома. Чтобы не было его…его запаха…– Поднял голову и посмотрел на меня долгим взглядом.

Что мне сказать на это? Что отношения с мужчинами это не сфера моих интересов? Что мечтой всей моей жизни является месть вампиру с лицом Брэта, а не романтические отношения с противоположным полом?! Но, конечно же, я подобного не сказала.

– Хорошо, – пожала плечами и встала. – Мы скоро выезжаем?

– Когда позавтракаешь.

Я направляюсь на кухню. Достала с холодильника, спрятанный с вечера контейнер с едой. Холодное блюдо уже не настолько вкусно, но я не привередливая. Пока стояла перед холодильником, в комнату зашел Брэт.

– Выйди, пожалуйста, – попросил он меня.

Я сначала не поняла зачем, а потом, кивнув, удалилась в гостиную. Он голоден, а в холодильнике запас крови.

Аппетит у меня тут же пропал. Поковыряла вилкой холодный картофель и с досадным вздохом захлопнула крышку контейнера.

Когда вампир появился из кухни, я сказала ему, что мне нужны мои вещи. Хотела переодеться перед дорогой. Сменить помятое вечернее платье. Брэт кивнул и ушел. Моя сумка осталась в его челноке. Покопавшись в ней вчера пока на парковке стояли, я почему-то не решилась его попросить взять ее с собой, а он не догадался.

Он вернулся не только с ней. Еще он нес небольшой портативный холодильник. Поставив передо мной мою поклажу, снова скрылся на кухне, где, как не трудно догадаться, переложил запасы пакетов с кровью из большого холодильника в переносной.

Я заперлась в ванной, привела себя в порядок, переоделась. Сменила вечернее платье пансионерки на летние брючки и майку-топ. Вот, какие вещи мне положили. Не густо. Но теперь можно ехать дальше. В такой одежде путешествовать все же комфортнее.

Последний раз глянула на себя в зеркало. Мое отражение посмотрело на меня тревожным взглядом зеленых глаз.

Что ждет меня в Миллениуме…?

Конец первой книги.