Цвет ночи - Алла Грин

Видимо, вопрос о моей кончине ошеломляет его, и он на секунду отстраняет меня от себя, чтобы осуждающе заглянуть в глаза.

— Ты же знаешь, что так делать нельзя, — размеренно отвечает он.

— Но ты не будешь по мне скучать? — вопрошаю я.

— Конечно, буду.

Теперь уже откачнулась я сама.

— Тогда как ты можешь? — спрашиваю возмущённо, нахмурив брови.

Мне на самом деле обидно. Он что, даже не попытается меня найти? Я ничего для него не значу?! Не правда. Не правда. Бог он там или цмок, или всё сразу, но он любит меня. Я знаю.

— А разве не это предполагалось с самого начала, когда ты не знала, что есть навь? — поучительно спрашивает он.

Видят все боги, кстати, собравшиеся в этой комнате, но я не желала, чтобы мои глаза становились влажными. Однако, ресницы предательски намокли.

— Но теперь-то я знаю.

Он рассмеялся. А я начинаю хныкать, как маленькая. Ничего не могу с собой поделать. Я устала, очень устала. Моя нервная система объявляет моему образу жизни, полному страха, кошмарных снов, и боли от потерь, протест, выходя из-под контроля.

Ян останавливается и берёт моё лицо в ладони, большими пальцами вытирая слёзы со щёк, и произносит, глядя мне прямо в глаза:

— Я буду очень скучать по тебе, Ава. Правда, очень сильно.

Я верю ему. Нос начинает щипать и я сама льну к нему, чтобы спрятать лицо в ткани камзола, чтобы он не видел слёзы, которые всё равно катятся сами по себе.

— Думаешь, я хорошая душа? — выдыхаю приглушённый вопрос в его грудь.

Ян заботливо гладит меня по волосам.

— Думаю, нет, — отвечает он. — Ты вредная. Кто знает, что ты натворила в прошлых жизнях.

— Ну Ян… — протягиваю я, и теперь наяву, как и в своём сне, и плачу и смеюсь.

С губ Яна тоже срывается смех.

— Ладно, если ты попадёшь в пекло из-за своего чудесного характера, мы встретимся. Я обещаю. Не то, чтобы я спасу тебя оттуда, просто, так и быть, наступлю себе на горло, согласившись на службу там, чтобы перевоспитать тебя и отпустить.

Делаю вид, что обижаюсь, шутливо ударяю его в грудь. Он накрывает мою руку и прижимает мою ладонь к себе. Наши глаза опять встречаются, когда лица замирают друг напротив друга.

— Иногда мне кажется удивительным то, как я привязан к тебе. А ты ко мне, Ава. Но так нельзя, понимаешь?

Мне хочется отрицательно покачать головой из стороны в сторону. Как будто этим я смогла бы изменить порядок вещей во вселенной, заставив саму Тьму переписать древние законы из-за меня. Но я говорю:

— Да.

— Когда-нибудь твоё место будет в вырае. Я бы этого хотел. Даже если ради этого придётся расстаться с тобой навсегда.

Звучало ужасно удручающе. Чтобы заново не начать рыдать, я спрашиваю снова, пытаясь добиться того ответа, который меня устроит:

— Придёшь ко мне в гости с Велесом?

Ян мягко улыбается. Я чувствую, что он сдаётся.

— Тогда обещай, что ты окажешься именно там и довольно скоро. В смысле после этой жизни. После долгой жизни.

Меня настигает облегчение.

— Ладно. Возможно, могло бы получиться.

— Хорошо.

Моё место будет в ирии, его — навсегда в нави. Ему нет места там, а мне здесь. Свет и тьма не соприкоснуться. Нам неизбежно придётся расстаться. Это необходимо принять.

Он поцеловал меня в лоб, и оборвал наш танец. Мы стояли в центре бального зала, заполненного цмоками в человеческих обличиях, и Ян взял меня за руку, провожая к тому месту, отделённому светлыми колоннами, где нас ожидали Константин, Валентина, Велес, мой Кинли, Гай, и кто-то ещё, на кого я сразу не обратила внимания.

Пока мы медленно идём, я спрашиваю у Яна:

— Интересно, кем я была до этого? Ну, в смысле, в прошлых жизнях?

— Не стоит задумываться о таких вещах, — предостерегающе отвечает он.

— И какого тебе общаться со мной, зная, что я ненастоящая? — с лёгкостью, без задней мысли, выпаливаю я.

Шаг Яна замирает.

— Ты настоящая, — возражает он. — Эта часть тебя, которую я вижу, настоящая. Но эта же часть и напоминание, что не только вам, Ава, нужно держаться от нас подальше, но и нам от вас. Люди для нас даже более опасны, чем мы для людей.

Мне становится не по себе. Если Алена и правда была человеком, неужели у Константина не возникало мыслей о том, что после смерти, она вспомнит другие свои жизни? Как они собирались выйти из данной затруднительной ситуации? Или они не знали, как из неё выйти, и именно поэтому Ян и говорил, что мы — опасны для них?

— Для меня абсолютно не важно, кем ты была. Эта личность, которую ты имеешь сейчас, навсегда останется с тобой. Но я бы с радостью узнал остальные, как бы выразиться… осколки души. Хотя, — он оценивающе на меня посмотрел сверху вниз, — кто знает, сколько тебе на самом деле лет. Ты действительно могла успеть натворить многое, если уж перерождаешься огромное количество раз.

— Возможно, я старше тебя? — спрашиваю я, смеясь.

До этого я задумывалась лишь о возрасте Яна, ужасаясь, но никогда не размышляла о своём.

— Это вряд ли.

Он возобновляет шаг, и, держа мою ладонь, тащит меня за собой.

— Так сколько тебе? — допытываюсь я.

— Поверь, ты не хочешь знать.

Со сверкающими улыбками на лицах мы возвращаемся к остальным и замираем рядом. Я держусь за предплечье Яна, обвивая его обеими руками. Но, когда вижу незнакомого мужчину и женщину, а к тому же двоих маленьких детей рядом с ними, то машинально отпускаю его.

— Это мой брат, Алексей, — представляет мне незнакомца Ян. — Его жена Вольга, и их дети. Они полулюди, полудраконы, поэтому выглядят как человеческие детёныши.

Мой взгляд, минуя Алексея, первым делом взмывает на Вольгу — женщина невысокого роста, довольно худенькая и миниатюрная, с длинными чёрными волосами и ореховыми глазами, похожими на мои, но светящимися ярким цветом, пылающим рыжиной. Драконьим светом. Она явно не человек. Вероятно, когда Ян говорил о полудраконах, он имел в виду не только детей? Жена его брата тоже была полудраконом.

Теперь Ян представляет меня для них, охарактеризовав меня как «ту самую девушку, о которой он им тогда рассказывал».

Возвращаясь к Алексею, я теперь рассматриваю его, стараясь делать это не слишком явно, но моментально отмечаю оттенок его коротких волнистых волос — цвет пасмурного неба, точно такой же, как и у Александры. Да и в целом, он был