Горячие дни - Джейн Энн Кренц

— Мартин Крокер вызывал к себе простую библиотекаршу?

В голосе Лютера слышалось раздражение. Он ей не поверил.

— Мистер Крокер обладал даром стратега. Такие люди очень любят информацию, полученную в результате расширенного и углубленного поиска. Чем больше у них фактов и деталей для принятия решения, тем лучше. Я и выполняла для него такую работу.

Грейс понравилось, как прозвучала эта фраза. Пусть смотрит. Каждое слово — правда.

— Продолжай, — сказал Лютер.

— За все годы, что я работала в штаб-квартире в Майами, я виделась с мистером Крокером много раз. — Снова правда.

— В его кабинете на последнем этаже, — без всякой интонации произнес Лютер.

Проклятие. Так верит он или нет?

— Я пытаюсь донести до тебя мысль, что у меня было достаточно возможностей изучить его ауру, — сказала Грейс. Правда.

— И что же побудило тебя к этому?

Вопрос на пару секунд выбил Грейс из колеи. Действительно, с какой стати простой библиотекарше интересоваться аурой своего босса?

— Наверное, то, что он был Мартином Крокером, — ответила она. — В том мире, где он вращался, он считался звездой. А еще он был моим начальником.

— Как я понимаю, ты составила его профиль?

Грейс кивнула и устремила взгляд вдаль.

— Он был сложным человеком. Управляемым.

— Тебя влекло к нему?

— Не в том смысле, что ты думаешь. — Опять правда. — Но можно сказать, что я восхищалась им. Все в компании преклонялись перед его деловыми способностями. Как-никак он был Мартином Крокером. Он построил империю.

— Ну, дальше.

— В последние месяцы своей жизни Крокер работал над одним большим проектом. И он запросил кое-какие исследования.

— И все их проводила ты?

— Да. Я многократно бывала у руководства и несколько раз видела Крокера. И увидела, что за это время его аура изменилась. В ней появились волны темной энергии. Крохотные, почти незаметные. Но с каждой неделей они увеличивались.

— И что, по-твоему, происходило?

Грейс стиснула кулаки.

— Я решила, что у него какое-то психическое заболевание. Что-то в этой темной энергии пугало меня до дрожи в коленках.

Лютер на мгновение задумался.

— Ладно, я верю, что тебе было страшно.

— Однажды, когда меня вызвали к руководству, я увидела в кабинете Крокера двоих мужчин. И оба излучали очень нехорошую вибрацию. Ее нельзя было не заметить, особенно когда обладаешь даром читать ауру.

— Ты проверила их схемы?

— Естественно.

— И? — поторопил ее Лютер.

— И увидела в их полях ту же самую темную энергию.

— И что ты сделала?

— Стала обновлять резюме. Что же еще? Я достаточно повидала на своем веку, чтобы понять, когда надо делать ноги. Но прежде чем я нашла новую работу, пришла весть, что во время поездки на свой частный остров Крокер исчез. Все строили массу предположений. Если посмотреть, то практически у каждого была своя версия. Появились слухи. Часть из них попала в газеты.

— Какие слухи? — спросил Лютер.

— Что Крокер был связан с наркобаронами и между ними произошла ссора. Вот тогда я и подумала, что Крокер сам занимался наркотиками. — Ладно, здесь только крохотный намек на правду.

— Твоя версия состояла в том, что наркобароны избавились от него?

— Этот вывод не был таким уж неожиданным, — сказала она. — Как-никак штаб-квартира «Крокер уорлд» находится в Майами.

Лютер довольно долго молчал, при этом его лицо ничего не выражало. Грейс мысленно повторила свой рассказ. Вроде бы все стыкуется. Звучит вполне удовлетворительно, особенно если учесть, что у нее было всего несколько минут, чтобы придумать всю историю. Помогло, конечно, то, что большая часть из рассказанного была правдой, в том числе и слухи об участии Мартина в торговле наркотиками.

Грейс рискнула взглянуть на ауру Лютера. И ее сердце упало. Кое во что он поверил, но не во все. Может, действительно пора воспользоваться одной из нескольких личностей, которые она сконструировала на основе личных дел в генеалогическом отделе Общества, и исчезнуть? Какое счастье, что у нее нет собаки. К удивлению Грейс, эта мысль расстроила ее. Одна ночь с Лютером — и она уже начала строить картины счастливой жизни. И это при ее-то опыте!

— Я звоню Фэллону, — сказал Лютер.

И достал свой телефон.