Загадки Лисы - Екатерина Началова

— Пожалуйста, давайте разговаривать ртом. — печально произнесла она вслух, взглянув на мужа.

Таор невольно улыбнулся.

«Всё такая же смешная».

— Не вмешивайся, Катя, — вслух твёрдо сказал Наяр. — Пожалуйста, выйди. Мы выясним отношения своими методами.

Волк согласно кивнул. Он был солидарен: нечего напрасно сыпать словами, пусть говорит сталь.

Катя фыркнула и раздраженно махнула рукой, словно отгоняя от себя это «не вмешивайся».

— Мне известны ваши «методы». Я всё же скажу. Знаю, что ты, — она обратилась к мужу, — его не прощаешь и собираешься убить. Для тебя это необходимая месть и дело чести.

— Знаю, что ты — согласен, — она повернулась к Таору. — Скорее всего, принимаешь его право мести. Для тебя это тоже дело чести.

Мужчины молчали.

— Я вас понимаю. Но не согласна! — она говорила отчаянно, обращая слова всем. — Считаю, что это дело давно пора оставить. Смерть ничего не изменит! Всеведущий Ворон вполне может прочесть Волка и узнать всё, что он думает. Если Волк казнит сам себя, разве этого не достаточно? Разве это не самая жестокая пытка? А темный Волк должен знать, что дочь Скорпиона простила и не держит зла, — Катя встретилась взглядом с Таором. — Та ошибка не зашла так далеко, чтобы стоить жизни. Я так считала тогда, а сейчас — тем более.

Сделав паузу, княгиня развернулась к двери, но остановилась, не поворачиваясь.

— Мне категорически не нравится любой исход этого боя, кроме мирного. Смерть Волка очень огорчит меня. А смерть мужа... Я не хочу пережить это снова. Надеюсь, вы оба меня услышали.

Мотнув русым хвостом, Катя вышла.

«Скорпиончик понимает, но не понимает... Думает, что мы все осознаем и мирно разойдемся. Смешная...», — Таор усмехнулся, шевельнув желваками, и прямо посмотрел в глаза Наяра. Он и не собирался сражаться, знал, что не убьёт Ворона, даже если представится возможность. Весь этот путь был просто дорогой к отложенной на время казни.

«Я должен быть умереть. Обязан. Получил отсрочку, ходил, жил как мертвец, трепыхался. Берёг жизнь только для этой встречи».

Ворон ответил тяжёлым черным взглядом. «Читает...», — с каким-то равнодушием подумал Таор, понимая, что всеведущий прочтёт все. И боль, и злость, и правду, всё...

Ему не сказать больше своих мыслей.

Ворон прикрыл глаза, некоторое время раздумывая.

— Я не убью тебя. Не хочу огорчать жену, — вслух невозмутимо сказал он, а затем открыл глаза и Таор встретился взглядом с совершенно черной радужкой, закрывшей глаза князя. Волк мгновенно понял, что это означает, но больше ничего не успел: ни подумать, ни сделать.

«Не убью тебя лично», — неумолимо уточнил Ворон уже в голове Таора. — «Ты знаешь, что у твоего преступления нет срока давности и твое раскаяние ничего не значит. Ты прав. Ты — давно мертв. То, что ты ещё дышишь — моя вина, у меня не было времени на тебя. Прошу прощения за то, что не забрал твою жизнь раньше. Но и сейчас обстоятельства в виде моего доброго птенчика не дают нам возможности исполнить необходимое по правилам. Поэтому, я пойду другим путем. Слушай мой приказ, бывший князь Таор... Когда ты выйдешь за границы города, когда случится бой на мечах, в нужный момент ты опустишь оружие и позволишь убить себя. Тебя ждёт славная смерть воина или шанс на жизнь, если Порядок пощадит тебя. Это моя компенсация за твоё ожидание. А сейчас ты без вопросов примешь мое решение и забудешь всё, что я сказал».

— Дальше. Я прочёл о цели твоего путешествия, — бесстрастно продолжил князь. — Мне она не нравится. Но она лично меня не касается, поэтому вмешиваться я не буду.

Таор только стиснул кулаки. Наяр смотрел на него без улыбки.

— С некоторыми обстоятельствами приходится смириться, — он развернулся к двери. — Это всё. У меня больше нет к тебе мести, Волк. Жди. Мы поговорим с Лисой.

Глава 31

Черноглазый князь прощупывает меня взглядом. Есть ли в этом вороньем князе хоть что-то человеческое? На лице — ни одной эмоции. Он молчал всё время, пока я рассказывала о своей беде Кате. Я ощущала лишь его внимание, тяжелое, словно бетонная плита.

А Катерина — полная противоположность: теплая, легкая, открытая, лучится улыбкой, блестит глазами, внимательно и сочувственно слушает, активно расспрашивает. Достаточно нескольких минут общения, чтобы она начала казаться мне красавицей. Я вдруг поняла, что уже доверяю ей так, словно передо мной лучшая подруга, которой можно рассказать всё.

Как она живёт с таким мужчиной? Кажется, что воздух в комнате сгущается от одного молчаливого присутствия князя Воронов.

Неужели, ее «счастье» напускное? А может вечером они расходятся по разным комнатам, едва разговаривают, и по их огромному дому она бродит в одиночестве, мечтая хоть об одной живой теплой душе?

— ...мы же поможем, Алисе, Яр? — княгиня вопросительно посмотрела на мужа. — Сейчас.

Её голос звучит по-женски требовательно. Я напряженно покосилась на князя.

«Вряд ли я дождусь помощи от её сурового мужа».

— Как ты хочешь помочь Алисе, Катя? — очень спокойно уточнил князь. Он прикрыл глаза, размышляя.

— Как? Взять Алису и переместить её к Кирелу, — совершенно легко сообщила княгиня, сопроводив свои слова небольшой пантомимой, из которой следовало, что это крайне простая процедура.

Так-то я говорила только о помощи для встречи с Верховным магом, когда выполню свое обещание... Но Катя не разменивалась по мелочам.

— «Взять и переместить»... — подняв брови, повторил её муж и бесстрастно продолжил, играя длинными пальцами на подлокотниках темного деревянного кресла. — Она поклялась на крови, что исполнит контракт. Чем карается нарушение, помнишь? Откажется — и ее жизнь больше ей не принадлежит. Сначала Алиса должна исполнить обязательства. Мы не можем вмешиваться. После — да.

Я покорно качнула головой, соглашаясь. Князь Воронов говорит спокойно, но при этом каждое его слово звучит внушительно и уверенно, так что возражать решительно невозможно.