Тренер - Девни Перри

Я только что попала в беду. Воображаемый розовый листок с таким же успехом мог появиться из воздуха.

У меня защипало в носу. Горло обожгло от подступающих слез.

— У тебя и так забот предостаточно, — сказал Курт. — Сосредоточься на своих программах.

— Поняла. — Я кивнула, затем указала на лестницу, мне нужно было убраться отсюда, пока он не увидел, что я плачу. — Мне нужно попасть на другую встречу.

Не сказав больше ни слова, я прошла мимо него, перепрыгивая через каждую ступеньку на бегу. Затем я взлетела по лестнице, ища убежища в своем кабинете. Оказавшись внутри, я закрылась, привалившись к двери.

— Ой. — Я всхлипнула, мои глаза наполнились слезами.

Сколько времени мне потребовалось, чтобы получить этот кабинет вместо каморки? Годы. Я надрывалась, чтобы получить этот кабинет с окном, письменным столом и настоящей дверью. Я надрывалась, чтобы утвердиться в качестве лидера в этой команде.

Я надрывалась девять лет.

Форд пробыл в Мишне меньше месяца.

У меня не было ни малейшего сомнения, что там, где дело касалось Курта, в соревновании между Фордом и мной я вышла бы проигравшей.

Милли Каннингем, помощника спортивного директора, было легко заменить.

Форда Эллиса — нет.

Я не потеряю работу, только не из-за Форда. Не из-за поцелуя, каким бы хорошим он ни был. Поэтому я оттолкнулась от двери, выпрямившись во весь рост. Затем подошла к пластиковому контейнеру на своем столе, долго разглядывая недоеденный кусок шоколадного торта.

Потом я взяла и выбросила его в мусорное ведро.

Глава 14

Форд

Я опоздал на тренировку.

Ты собираешься игнорировать меня вечно?

Я отправил это сообщение в 7:13 утра. Учитывая, что был полдень, а Милли не ответила, думаю, я получил свой ответ.

Прошла неделя с момента нашего поцелуя. Неделя ничего. Милли превратилась в привидение.

И меня это чертовски достало.

Я провел рукой по подбородку, щетина, которую я не сбрил этим утром, царапала ладонь. Я был плох в поцелуях? Было ли это грандиозным разочарованием, и причиной того, что она игнорировала меня?

Нет. Ни за что на свете.

Черт возьми, это был отличный поцелуй. Так в чем же была ее проблема?

Конечно, может быть, я был немного резок. Назовем это отчаянием. Сиенна была единственной женщиной в моей жизни в течение многих лет, и даже тогда наша сексуальная жизнь была не совсем активной.

Ну… ее была.

Я, с другой стороны, годами не прикасался к женщине. Искушения не было. Мы с моим кулаком прекрасно ладили. Вот только одна мысль о губах Милли заставляла меня возбуждаться. И неважно, сколько раз я принимал холодный душ на этой неделе, дроча на мысленный образ ее лица, этого было недостаточно.

Она щелкнула выключателем.

Черта с два я собирался позволить ей игнорировать меня.

— Я не буду страдать один, — пробормотал я, отодвигаясь от своего стола.

Первая тренировка за день началась пятнадцать минут назад. Милли, вероятно, думала, что я на поле. Может быть, она ослабит бдительность. Может быть, она будет в своем кабинете, думая, что там безопасно.

Вместо того, чтобы выйти за дверь на солнечный свет, я широкими шагами направился по коридору к лестнице. Я как раз собирался протиснуться в дверь, когда услышал свое имя.

— Форд. — Паркс бросился ко мне. Выражение его лица говорило о том, что я не доберусь до офиса Милли. Черт.

— В чем дело?

— У меня проблема. Раш пропал.

— Пропал? — Я моргнул. — Что значит пропал? — Я сомневался, что кто-то попытался похитить двадцатиоднолетнего мужчину ростом шесть футов три дюйма (прим. ред.: примерно 190 см.) и весом 220 фунтов (прим. ред.: примерно 100 кг.).

— Сегодня его никто не видел. И он не отвечает на звонки.

Блять.

— Хорошо, — протянул я. — Но вчера он был на тренировке. Кто-нибудь видел его с тех пор?

— Нет. Его сосед по комнате сказал, что он так и не вернулся домой прошлой ночью.

— Черт. — Я провел рукой по волосам. Это было не то, в чем я нуждался сегодня. — С кем он живет?

— Маверик Хьюстон. Игрок. Он тот, кто сказал мне, что Раш пропал.

— Какой номер у Раша? — Я достал свой телефон из кармана, разблокируя экран, как раз в тот момент, когда за спиной Паркса раздались шаги.

— Тренер. — Хьюстон подбежал к нам, его грудь вздымалась при дыхании. А каштановые волосы были влажными от пота.

Возможно, нам нужно было удвоить подготовку.

— Нашел его? — спросил Паркс.

Хьюстон покачал головой, все еще тяжело дыша.

— Нет, но его машина припаркована у стадиона. Там пусто. Побежал обратно, как только увидел это. Может быть, он где-то в здании?

Я поворчал, не в настроении разыскивать пропавшего квотербека.

— Есть идеи, почему он не пришел на тренировку или не пошел домой прошлой ночью? Он был на вечеринке или что-то в этом роде?

Это была предсезонка, но мы уже внедрили некоторые правила с командой, включая комендантский час в полночь. Не пить. Не проводить время в барах в центре города. Любой, кто нарушал эти правила, отправлялся на скамейку запасных. На неопределенное время.

В этом году я провел жесткую черту, и лучше бы никому не переходить мне дорогу.

— Я сомневаюсь в этом, тренер, — сказал Хьюстон. — Раш не любитель вечеринок.

Ну, это уже кое-что.

— Он вчера плохо себя вел?

И Хьюстон, и Паркс покачали головами.

Раш казался мне хорошим, но я не очень хорошо знал этого парня. Пока нет. Он был старшекурсником, но у него оставался еще год права на участие, так что я проведу с ним еще один сезон. До сих пор я общался с ним только на тренировках и в тренажерном зале в те несколько раз, когда ходил на тренировку. Я хотел проводить время с ребятами. Из всего, что я видел, Раш был чрезвычайно сосредоточенным и преданным делу.

Большего тренер и требовать не может от своего стартового квотербека.

Разве что прийти на гребаную тренировку.

— Вы, ребята, отправляйтесь на поле, — сказал я. — Я посмотрю, смогу ли я его разыскать. Пришли мне его номер телефона?

Паркс кивнул, затем дернул подбородком, чтобы Хьюстон следовал за ним на улицу.

Я бросил тоскующий взгляд на дверь, ведущую на лестничную клетку, затем развернулся и поплелся в раздевалку.

Там пахло металлическими шкафчиками, потными бутсами и резким одеколоном. Но подспудно пахло свежей краской и отбеливателем.