Развод. Ошибку не прощают - Хелен Кир

— Значит, ты все решила?

Унимаю дрожь и киваю. Мне жаль, но потерявши голову по волосам не плачут. Решила значит решила. Невозможно безболезненно пилить руку, лучше отсечь сразу.

— Да. Все. Назад не повернуть.

— Ир, — поворачивается он. — Хочешь за меня замуж?

Его вопрос взрывает меня. Наполняюсь тихой яростью. Он тоже меня не слышит и никогда не услышит. Стоит и вымораживает свое. Подать желаемое здесь и сейчас нужно несмотря ни на что. Наглые самоуверенные мужики. Плевать им на тебя, глухи к душевным терзаниям женщин. Что же за гады такие?

— Я. Хочу. Уехать.

Тихо, но твердо по словами высекаю искрой. Молча начинаю перекладывать вещи ровнее. Хочу покинуть дом и приступить к запланированному делу.

— Определилась с жильем, я так понимаю? Где?

— Салам. (выдумано — прим. Авт.)

Коротко информирую, не желая продолжать тему. Меньше всего мне хочется распространяться о дальнейшей жизни. Пусть они меня уже потеряют и забудут.

— Помочь с арендой?

— Нет. Ничего не нужно. И с продажей квартиры сама справлюсь. Ничего мне ни от кого не надо! Сэм, услышь меня. Дай мне уехать. Уволь, пожалуйста, умоляю. Я рассыплюсь слышишь? Подумай, сколько держалась и не истерила. Мне подкатывает, понимаешь? Сегодня впервые пожалела, что замуж вышла. Жила бы старой девой и ни черта не знала.

Меня забирает все выше. Терпеть становится невозможно. Это моя первая официальная истерика после измены Андрея. Первая! Двужильность рассыпается и развеивается по ветру. Устала-задолбалась-надоело!

— Успокойся. Я закажу авиабилеты. Скоро улетишь.

Согласно киваю и прошу оставить меня. Мрачный Семенов покидает мою комнату и уходит. Он садится около бассейна и бездумно смотрит на воду. Долго сидит, потом после звонка выкатывает машину и уезжает. Сэм отсутствует даже когда за нами приходит такси, чтобы отвезти в аэропорт. Так лучше. Для нас всех лучше.

Скотиной неблагодарной себя не чувствую. Спокойно принимаю обстоятельства. Думаю лишь о том, что скоро все закончится. Пока едем на все лады костерю Ковалева про себя. От бессилия кулаки сжимаются. Сволочь! Дочь он собрался забрать? Кто ее отдаст еще?

Нежно целую Варю в висок и приглаживаю косу. Маленькая моя единственная доченька.

Все сжег Андрей в душе, никогда не прощу такие слова. Уничтожу. Не дам больше ни на шаг приблизиться к нам. Игра в благородство закончена.

За своими мыслями не замечаю полета и приезда домой. Все как во сне. Я убита и растоптана, но четко знаю, что делать дальше. Покормив Варю, набираю знакомому риелтору и прошу срочно выставить квартиру на продажу. В горячке ставлю стоимость ниже рыночной, и покупатели находятся буквально на следующий день.

Основная ошибка — я лишаю себя жилья сознательно, но рациональность покидает меня, оставляя место лишь злобе и тлеющей мести. Вопрос — кому?

Глава 31

Год спустя.

— Ирэн! — кричит соседка. — Ирэн! Твоя группа скоро будет. Эй, Барбара! — мгновенно меняется тон на сладенькое сюсюканье. — Какая ты красивая, бэби! Я принесла тебе фруктов.

— Рози! — несусь на балкон. — Пожалуйста, я просила. Ей нельзя много.

— Ох, Ирэн, ну что ты за зануда? Такая милая детка, как не принести ей сладкого.

— Рози! — предупреждающе выговариваю.

— Окей, одна ягода, — показывает темную ладонь. — Только одна.

Варвара получает сочную ягоду и кушает с удовольствием. Жмурится от яркого солнца. Наблюдаю за дочкой с умилением. Окрепла, про аллергию думать забыли. Бегу в комнату, чтобы переодеться. По расписанию группа прибывает через пару часов. У меня есть полчаса, чтобы привести себя в порядок.

Ступаю под струи душа. Делаю свои дела споро. Шампунь, бальзам. Защитный крем. Уже стоя перед зеркалом, надеваю трусики. Усмехаюсь. Сбылась мечта идиотки. Наконец, я высохла как селедка. Вон ребра торчат. Только счастья от худобы не прибавилось.

Волосы выгорели. Ухаживать здесь за ними сложно. Да и времени особо нет. Со двора слышатся детские голоса. Дети Рози прибежали к Варе. Бойкая трескотня заполняет пространство. Дочка сносно лопочет на английском, поэтому проблемы коммуникации нет.

Сарафан, римлянки и обязательно панамку. Вечно она пропадает. Скручиваю волосы в жгут и бегаю в поисках головного убора.

Благодарю Бога за сегодняшнюю жизнь. Полная перезагрузка, как у героини ешь-молись-люби. Я счастлива. И дочка тоже счастлива. Целый год живем в абсолютном покое. Маму правда еле успокоила, очень переживала, что уехали в неизвестность.

— Рози, — на автомате кричу. — Холодильник полон еды. Я приготовила на твоих детей тоже.

— Ирэн, ты такая добрая, — ее глаза подергиваются влагой.

Тепло улыбаюсь. Я знаю в какую сложную ситуацию попала ее семья и мне ничего не стоит поделится пищей, потому что они откладывают каждый шиллинг. Джону нужна серьезная операция. На добро нужно отвечать добром. Соседи приняли мое появление радушно. Именно они поддерживали нас и направляли, рассказывали об укладе и много чего еще.

— Я обычная русская женщина, Рози, — тепло улыбаюсь. — Ничего такого. Как Джон?

— Мы ждем дату операции. Надеемся на чудо, — складывает руки в молитвенном жесте. — Думаю все будет ок.

— Конечно, дорогая, — обнимаю крепко. — Джон выберется.

Рози незаметно смахивает слезу и улыбается. Мужественная соседка храбрится и старается не показывать вида. Я отхожу в сторону, чтобы не смущать Рози. Пусть придет в себя.

Мое жилище по местным мерках очень даже неплохое. Два этажа и небольшая веранда. Сад, маленький бассейн и крошечный задний двор, где едва помещается мини машина. Нам хватает. Аренда небольшая, причем часть гасит турагентство, где тружусь все это время. Я нарасхват и очень рада. Зарплата приличная, хватает на все. Нам правда много не нужно, тратить особо некуда. Еда, вода, оплата услуг основные затраты.

Семён выплатил мне много. Придумал премии, часть тринадцатой и еще прочую лабуду. Плюс вырученные деньги от продажи квартиры. Эту сумму я не трогаю. Лежит в банке под надежным хорошим процентом. Живем с Варюшей исключительно на зарплату, которая как я сказала оказалось приятно высокой.

Рози кормит детей. Слышу, как причмокивают и восхищаются едой. Как же рада, что им нравится. Пусть едят с удовольствием. Завтра приготовлю им борщ, пусть попробуют. Уверена, что заценят. Рози хлопочет и покрикивает на стайку, но кому когда было дело до взрослых, когда знаешь, что впереди отличный день, насыщенный