Сломать отличницу - Дана Данилова

Для доченьки всё самое лучшее у Беловых. И ведь она реально этого заслуживает, не думаю, что приносила хоть когда-нибудь им проблемы.

А родаки у неё мировые, такого отца папашкой не назовёшь. И хоть проверяли они меня сто пудов, но настолько мастерски, что я почти не заметил.

Возможно, сработало то, что я сын Нади.

Не планировал потратить весь день на Белову, ноги сами принесли. Дома после вчерашнего тёплого вечера было заметно прохладнее, хотя папашка не вернулся, а Натали засела в своей комнате и не высовывалась.

Мама вчера уснула поздно, сначала убиралась, хоть мы с Сашкой посильно и помогли. Потом фотоальбом рассматривала, а затем слушала проигрыватель. На неё редко нападает такое настроение, но это хороший знак — значит день рождения удался.

— Круто, что ты позвал Василину! — нашёптывала мне сестрёнка, выудив разрешение ненадолго прилечь рядом со мной.

— Она отблагодарила за тот случай, — признаюсь, закидывая руку за голову.

— Она же будет твоей девушкой, да?

— Стрекоза, ты торопишь время.

— Ну, она же тебе не противна? — нависая над моим лицом, серьёзно уточняет Сашка.

— А что, можно подумать иначе? — усмехнувшись, спрашиваю я. Реально стало интересно, как выглядит наше с Беловой общение со стороны.

— Не-ет, — тянет не слишком уверенно, но потом добавляет шокирующее. — Ты ею так любуешься, а ж дух захватывает.

И за моей реакцией следит.

— Дразнишь?

— Не, бро, я серьёзно. Зарина красными пятнами пошла вся, она ж поэтому с тобой поговорить захотела, — сдаёт, что ничего в этом доме не укроется от любопытных ушей и глаз стрекозы.

— Она не поэтому захотела поговорить, — нехотя признаюсь ей.

— Поверь, если б на месте Василины была другая какая-нибудь, Зарина и пальцем бы не пошевелила! — хмыкает со знанием дела.

— Ну-ка, ну-ка? — переворачиваюсь на левый бок, чтобы удобнее было наблюдать за Сашкой.

Она на удивление оживлена и словоохотлива.

— Заринка что тебе всегда говорила?

Выгибаю бровь, призывая продолжать самой. Вздохнув, сестрёнка продолжает:

— Что ты никуда не денешься, всё равно будешь выбирать её, даже если она сама хе…болт на тебя положила.

— Ты утрируешь. Такого она не говорила, — улыбаюсь.

— Ой, она всем своим поведением давала это понять! Со стороны виднее! — вспыхивает возмущением, но кураж берёт своё. — А теперь представь, что с тобой тусуется не кто-нибудь, а сама Василина!

— Что за фанатизм? — шутливо предостерегаю, хотя понимаю, что за сегодняшний вечер Белова оправдано числится у Сашки в фаворитах.

— Только реализм! — грозно обрубает. — Зарина и в подмётки Василине не годится!

— Не впадай в крайности, — морщусь, ведь сказанное ею бьёт по больному.

— А что я? Сама Амирханова так решила, — фыркает и отворачивается.

Ложится на спину и не мигая смотрит в потолок.

— Ага, конечно, — усмехаюсь, ведь мы оба знаем, что самомнения у Зарины три метра над уровнем неба.

— Она безумно завидует подруге и при любом случае с ней соревнуется, — серьёзно поясняет сестрёнка изменившимся голосом.

Когда она такая повзрослевшая, даже язык не поворачивается назвать привычно Сашкой, кажется слишком мелким для неё. Всё-таки в девчонках больше толку, они эмоционально и интуитивно всегда на шаг ближе к истине, будь хоть семиклассницами.

В глубине души я давно подметил то, о чём она говорит. Но, наверное, не хотелось признаваться в этом, ведь Зарина была для меня в прямом смысле всем.

Я смотреть на неё не мог, не затаив дыхание. Всё жгутами стягивало, тело немело, лишь только она окажется рядом. Пусть и бросала слова, ядовитые, обидные, но обращала внимание. А мне и это было в радость.

Если б подобный разговор завёл кто-нибудь другой, мама, например, или Маффин, я давно бы пресёк. Но Саша умеет сказать так, словно это аксиома, а не гипотеза. Будто всё давным-давно принято, осталось только признать. Поэтому, наверное, я её не в силах остановить. Да и не больно-то хочу останавливать.

Она всегда за меня, что бы я не учудил. Всегда! С самого детства защищала перед родителями, всю вину на себя брала, хотя мелочью пузатой ещё была. Во всё впрягалась ради меня, след в след шла. И продолжает идти.

— Родь, ты ведь их тоже сравниваешь? — перекатываясь на живот, повеселевшим голосом спрашивает Саша.

Поджимаю губы вместо ответа, но ей большего и не нужно. Белова номер два: догадлива до одури.

— Сравниваешь! И счёт в пользу Василины, отвечаю! — бьёт меня кулаком в плечо. — Фух, наконец-то!

— Ты о чём?

— Наконец-то эта противная Амирханова не будет иметь над тобой такой власти!

— Это давно уже так, — намекаю на то, что причина вовсе не в Беловой.

— Ага, конечно! Ещё в августе сорвался к ней, хотя обещал покататься со мной! — включает злопамятную сестрёнка и снова превращается в Сашку.

— Вот, где собака зарыта! — тянусь, чтобы взъерошить ей чёлку, но она вовремя уклоняется и шипит. — Мелкая ревнивица!

— Я не хочу, чтобы тебя использовали!

Смеюсь, не могу остановиться.

— Что?! — удивлённо спрашивает Сашка.

— Амирханова думает, что это я всех и всегда использую, — сквозь смех, отвечаю ей.

— Она и не такое сейчас Василине начнёт в уши лить! — прыскает неодобрительно. — Всё, забей на неё! Лучше расскажи, куда ты завтра пригласил Василину?

Глаза Сашки загораются, словно фонари в ночи.

— Вот, что ты хотела выведать! — хватаю её и начинаю щекотать, пока мы вдвоём не обессиливаем от смеха. — Мы будем готовиться к истории!

— Да, да, конечно, конечно! — даже не делает вид, что верит.

Егоза!

35. Родион

— Здесь же выдают защитку… — указывает с плохо скрываемым неудовольствием Василина.

Место, куда мы приехали, знаменито в узких кругах, и Белова откуда-то про него знает.

— Она всё равно не защищает, — протягивая ей комбез, отвечаю я.

— У меня теперь будет аллергия на слово «секрет» в твоём исполнении, — брюзжит она посильнее, чем когда неожиданно оказалась в моих объятиях.

— Бывала здесь?

— Нет, и не планировала…

— Мы никуда не уйдём, — предупреждаю на всякий случай, если она надумала смыться.

— Это я поняла, спасибо! — бросает гневно и смотрит на меня так, словно я уже разрушил всю её жизнь. — Следующее место тоже будет таким…

— Чарующим? — не упускаю момент, чтобы поддеть.

Ожидал ли я такую реакцию от непробиваемой Василины? Отнюдь.

А тут целый фонтан, только успевай зачерпывать! Шикарный выбор для подготовки.

— Да…чарующим, — вздыхает, но защитный комбез всё-таки надевает поверх своей одежды. Застёгивает молнию, кнопки, опускает рукава.

— Непременно! — хохотнув, весело отзываюсь