Кинг - С. Дж. Тилли

уверена, что он спит только в боксерах, — не желая стать свидетелем того, как его фантастическое тело гуляет по комнате, полностью демонстрируя себя. Вот почему я провела здесь последние двадцать минут, умываясь, меняя свою футболку на другую футболку Кинга, оттягивая неизбежное.

Чем раньше мы ляжем спать, тем быстрее я смогу оставить этот день позади.

Расправив плечи, я выключаю свет и открываю дверь ванной.

Я делаю один шаг в спальню, прежде чем остановиться. «Серьезно?»

Кинг не двигается, только поднимает взгляд, глядя на меня поверх оправы очков.

Бля. Очки.

«Что?» — он звучит действительно озадаченно, и мне хочется ударить его сейчас, больше, чем когда-либо. Потому что как он посмел.

Как. Он. Осмелился.

Кинг сидит, прислонившись спиной к мягкому изголовью, подушка за поясницей, ноги, к счастью, спрятаны под покрывалом, но обнаженная грудь выставлена напоказ, пока он печатает на ноутбуке, лежащем у него на коленях. С долбаными очками в черной оправе на его отвратительном вылепленном из мрамора носу.

Я отказываюсь сравнивать себя с ним. Я знаю, что выгляжу как неряшливая картошка в чужой одежде. А после свободы моим первым желанием будет резинка для волос, потому что мне невероятно надоело, что волосы распущены и торчат из-под лица.

«Какие-то проблемы?» Его тон изменился, и самодовольство подсказало мне, что он прекрасно знает, насколько сексуальным он выглядит.

Я уже рассматривала и отвергла идею спать на полу. Это может дать мне несколько дополнительных футов расстояния, но это тело за тридцать не создано для жесткого сна.

«Да, есть проблема», — бормочу я. «Большая тупая волосатая проблема».

«Какая именно?»

«Ой, заткнись», — рявкаю я на него, выключая свет на своей стороне кровати.

У него хватает порядочности придержать язык, пока я не залезаю на матрас и не использую все свободные подушки, чтобы создать барьер между нами.

«Никогда не думал, что ты сторонник стен».

Все еще отказываясь считать его забавным, я поправила последнюю подушку и легла на бок, отвернувшись от него. «С кроватью такого размера, я предполагаю, что у тебя не возникнет проблем с тем, чтобы оставаться на боку».

«Клянусь». Он замолкает на мгновение. «Тебе не мешает звук клавиатуры?»

Я пожимаю плечами, потому что не знаю.

Проходит еще несколько мгновений, прежде чем он говорит: «Спокойной ночи, Саванна».

И пока его пальцы барабанят по клавиатуре, я позволяю усталости утащить меня в забытье.

ГЛАВА 28

Саванна

«Проснись и пой, соня», — голос раздается у моего уха, и я поворачиваю голову на звук.

Тревожно знакомая тяжесть нависает над моей спиной, и я стону, когда мое положение становится ясным. «Сукин сын».

Грудь под моим лицом трясется от смеха. «Не сердись на меня, это не я сломал твою хорошо построенную перегородку».

Я ворчу еще больше ругательств, его волосы на груди щекочут мои губы, но у меня такое чувство, что он говорит правду. Потому что это не та поза, в которой я заснула.

По крайней мере, сегодня утром моя нога не перекинута через его ногу. Вместо этого я просто зарылась в его бок.

«Я бы с удовольствием остался здесь, поверь мне». Его выдох ерошит мне волосы. «Но грузчики встретятся с нами всего через час. Так что нам пора идти».

Я поворачиваю лицо так, чтобы не говорить прямо в его тело. «Перевозчики для чего?»

«Для твоего дома».

Этот ответ заставил меня открыть глаза и откинуть голову назад, чтобы посмотреть на него. «Что ты имеешь в виду, говоря о моем доме?»

«Мне сейчас тепло и комфортно, так что постарайся не психовать, когда я напомню тебе, что ты теперь живешь здесь».

Я закатываю глаза. «Боже, как ты раздражаешь по утрам».

Он ухмыляется: «Только утром?»

Рукой, которую я обхватила его талию, я хватаю одеяла, затем одним быстрым движением дергаю их назад. Движение бросает их на мою сторону кровати, открывая всю ранее покрытую кожу Кинга кондиционированному воздуху.

Я чуть не рассмеялся, услышав его вопль, но когда я попытался увернуться, он перекатился на меня.

«Ты чертовски опасна».

«Это неожиданно, слышать это от моего шантажиста». Я пытаюсь вести себя невозмутимо, когда его тело на моем. Точно так же, как я пытаюсь притвориться, что не чувствую его утренний стояк у себя на животе, все время напоминая себе, что я ненавижу этого мужчину.

Его сонная улыбка говорит мне, что моя колкость его не смутила. «Я подготовлюсь в гостевой комнате, так как не думаю, что ты готова принять душ вместе». Тепло пронзает мой позвоночник, когда я представляю, каково это — быть с ним рядом, в душе, наполненной паром, покрытой пеной. «Но если ты не будешь готова через час, я приду».

Его бедра сгибаются, когда он говорит последние три слова, и я кусаю внутреннюю часть щеки, чтобы не застонать. Намек получен.

А потом я продолжаю лежать, уставившись в потолок, а он скатывается с меня и вышагивает своей прекрасной задницей из комнаты.

* * *

Это странно. Быть здесь, с ним.

Все это утро было каким-то сюрреалистичным. Начиная с того, как мы проснулись вместе, и заканчивая тем, что увидела свой минивэн в гараже Кинга. Я прижала руку к его пассажирскому окну, когда увидела его, едва веря своим глазам.

Поняв, куда я смотрю, Кинг сказал мне, что уборщики нашли мои ключи на стойке Ли — или, как он сказал, Лиланда — когда поехали туда.

Кинг практически выплюнул имя этого человека, поэтому я не стал задавать вопросов.

Конечно, я не получил свои ключи обратно. Они были у Кинга, который использовал их, чтобы открыть мою входную дверь несколько минут назад, прежде чем снова сунуть их в карман.

Стоя здесь, в гостиной моего маленького дома, я удивляюсь, как это я не был здесь всего два дня, хотя кажется, что прошла