Неожиданный удар - Ханна Коуэн

До меня только что дошло, что Тайлер – это Тайлер Бейтман, лучший защитник хоккейной лиги на сегодня.

Ох, блин. Я что, потею?

Тайлер подходит к жене и целует ее в щеку, после чего смотрит на меня:

– Приятно познакомиться, Скарлетт. Мы слышали о тебе много хорошего.

Сьерра подходит ближе к нам и кладет ладонь на свой слегка округлившийся животик.

– У тебя потрясающие волосы. Это твой естественный цвет?

– Ох, да, естественный, – отвечаю я, непроизвольно убирая волосы назад.

– Скарлетт[14] с волосами цвета пожарной машины, ха? – спрашивает Брейден.

Сьерра гневно смотрит на него.

– Никогда не прощу маму за это имя, – искренне говорю я.

Брейден разражается смехом, а следом за ним и остальные. Я слегка улыбаюсь, немного расслабившись.

– Брейден иногда может вести себя как козел, Скарлетт. Просто предупреждаю, – говорит Тайлер.

Я сосредотачиваю на нем свое внимание, и меня переполняют вопросы, которые хочу задать. Например, каково было попасть в лигу без участия в драфте? Было ли ему сложнее, чем Оукли? Или их путь был похожим?

Внезапно моей спины касается твердая грудь. У меня перехватывает дыхание, но я не отодвигаюсь. Наоборот, что-то заставляет меня прислониться к стене крепких мышц и полностью расслабиться впервые с того момента, как я вышла из машины.

Большая ладонь сжимает мое бедро, а горячее дыхание обожгло ухо.

– Ты смотришь на Тайлера, как на идола. Я ревную.

Моя кожа покрывается мурашками.

– Ты опоздал.

– Знаю. Прости, – шепчет Адам.

Он сильнее вдавливает подушечки пальцев в мое бедро, притягивая вплотную к себе. От такого тесного контакта у меня кружится голова. Я вздрагиваю и пытаюсь сосредоточиться на людях вокруг.

Я осознаю, как это выглядит, но не могу заставить себя отодвинуться, хотя следовало бы. Я в состоянии думать только о том, как идеально подхожу ему и как соскучилась с нашей последней встречи.

Кто-то из присутствующих свистит, и это действует на меня как удар. Я делаю шаг вперед, и тепло тела Адама исчезает, а его рука опускается.

– Это было горячо, – говорит Брейден, обмахиваясь рукой.

– Ты нас позоришь, – ворчит Тайлер, пристально глядя на брата, после чего виновато улыбается мне: – Видишь? Что я говорил? Козел.

Брейден насмешливо хмыкает:

– Как будто вы все не подумали то же самое.

– В этом разница между тобой и всеми остальными. Мы подумали, но не сказали, – отчитывает его Ава.

Должно быть, мои щеки такие же красные, как волосы. По ощущениям, они вот-вот вспыхнут пламенем.

Я чувствую на себе взгляд Адама, но не могу заставить себя посмотреть в ответ. Меня подмывает спрыгнуть за борт и плыть до причала.

Вместо этого я поворачиваюсь к Грейси и спрашиваю:

– Где туалет?

После ее ответа я натягиваю на лицо улыбку и прошу меня извинить.

Скарлетт в панике.

Я поворачиваюсь к Брейдену, и впервые за все время, что мы знакомы, мне приходится сдерживаться, чтобы не врезать ему по лицу.

– Что с тобой не так? – рычу я.

Ава ахает, но я сосредоточен только на Брейдене. Эта вспышка агрессии для меня нечто новое – даже пугающее, – но я знаю, что больше никогда не хочу видеть на лице Скарлетт такое выражение. Особенно из-за человека, которого считаю членом семьи.

– Адам, если собираешься ударить его, пожалуйста, сделай это где-нибудь в другом месте, чтобы дети не видели, – вздыхает Грейси.

Брейден поворачивается к ней:

– Ты прикалываешься, Грей? Я такого не заслужил.

– Я бы уже выбил тебе зубы, – встревает Тайлер.

Брейден фыркает:

– Это потому, что у тебя выдержка, как у трехлетнего ребенка.

Я качаю головой и, не обращая внимания на остальных, иду следом за Скарлетт. Мои пальцы все еще сжаты в кулаки, а отчаяние мешает дышать. Я чувствую мучительное стремление добраться до нее и убедиться, что она не психанула окончательно.

Вряд ли на человека, который не любит ни новых людей, ни масштабные посиделки, насмешка в присутствии новых знакомых в непривычной обстановке подействовала бы успокаивающе.

Если бы я не опоздал, возможно, этого не случилось бы, но я стараюсь отогнать эту мысль. Скарлет – большая девочка, и, судя по тому, что я увидел, когда приехал, она прекрасно справлялась.

Именно ее сила и уверенность в себе привлекли меня в первую очередь. Это мои любимые качества в ней.

Учитывая, насколько напряженная у меня жизнь, мне нужна женщина, способная позаботиться о себе, но при этом знающая, что может на меня положиться, когда давление становится слишком сильным. Скарлетт именно такая.

Дверь туалета закрыта, так что я дважды стучу.

– Суровая Специя?

– Оставь меня одну умирать от стыда.

Я смеюсь:

– Ни за что. Можешь меня впустить?

Я слышу шумный выдох, а затем щелчок замка.

– Скажешь что-нибудь не то, и я пну тебя под зад, – ворчит она.

– Никакого давления.

Я поворачиваю ручку и открываю дверь. Скарлетт склонилась над раковиной, сжав ее ладонями. Когда она поворачивается посмотреть на меня, я сглатываю.

Черт, она сногсшибательна.

Когда я приехал, то успел хорошенько рассмотреть ее только сзади, но даже ее фантастическая задница бледнеет в сравнении с лицом.

Черная подводка делает ее голубые глаза еще светлее обычного, похожими на ледниковую воду. Я не ожидал увидеть макияж, ведь пару последних месяцев я каждый день видел ее без косметики, но она выглядит прекрасно. Всегда.

Скарлетт несколько раз моргает. Длинные густые ресницы трепещут, и она раздраженно вскрикивает. Я заинтригованно наблюдаю, как она отрывает ресницы с одного глаза, потом с другого и кладет комок на раковину.

– Мама заставила меня их надеть. Такое ощущение, что у меня на глазах гусеницы.

– Буду знать.

Она закатывает глаза, но потом отводит взгляд в сторону.

– Ты не обязан был идти за мной. Мне просто нужна минутка.

– Обязан, Скар.

– Ты впервые назвал меня Скар, – говорит она, глядя на свои ноги.

– И? – Я поднимаю брови. – Ты одобряешь?

– Что угодно лучше того дурацкого прозвища.

С дразнящей улыбкой я закрываю дверь и, привалившись к ней спиной, скрещиваю руки на груди.

– Ладно, теперь мы одни. Признай, что не так сильно ненавидишь прозвище, как показываешь.

Она поворачивает голову. Наши взгляды встречаются.

– С чего бы это?

– Это сделает меня счастливым.

– Значит, хорошо, что твое счастье не моя забота.

Я отталкиваюсь от двери и сокращаю расстояние между нами так, что теперь мы стоим друг перед другом. Туалет не слишком большой, и я быстро понимаю: мы гораздо ближе, чем я думал. Тем не менее я не отступаю.

– Да? Потому что уже несколько недель твое счастье для меня на первом месте.

Ее дыхание сбивается. Футболка сползает с правого плеча, открывая моему жадному взгляду голую кожу. Я не успеваю тормознуть себя и провожу большим пальцем по ее ключице, прослеживая веснушки.

– Мне нравится, что у тебя много веснушек. Ты как будто покрыта звездами, – шепчу я.

– Твое воображение впечатляет, – отвечает она, слегка задыхаясь.

Я качаю головой и веду пальцами вверх по ее шее, чувствуя, как учащается пульс.

– В тебе или в том, что