Приручить донжуана. Кристина - Софи Пилар

Они с Марком лежат на упругом крахмально-белом песке, локти их соприкасаются. Впереди бескрайнее море, а над ним бесконечное небо. Белые завитки волн спешат к берегу, обгоняя друг друга, теплый ветер нежно гладит кожу. Марк поворачивается к ней и долго смотрит ей в глаза. Его взгляд как расплавленное серебро наполняет ее всю до кончиков пальцев, и она задыхается от желания. Он приподнимается на локтях, и она наблюдает, как с его гладкой бронзовой кожи скользят вниз белые песчинки, как они сыплются со спутанных русых волос. Марк встает и идет к морю, ныряет под пенную волну и появляется уже на середине моря, с нечеловеческой скоростью приближаясь к горизонту и исчезая из вида. Кристина встает и идет за ним. Ноги ее вязнут в песке, она еле добирается до кромки воды, но в воде не может сделать ни шага. Она падает в воду, и, не сопротивляясь, погружается в потемневшее море, набирая в легкие соленую воду. В этот момент Крис, как всегда, проснулась.

Она села в кровати, вспоминая сон, свои ощущения от его взгляда, такие яркие и живые, будто они и не расставались. «Это никогда не закончится?», обреченно думала она. «Столько времени прошло, а все так же тяжело».

Крис унеслась воспоминаниями в тот день, когда последний раз видела Марка. Они лежали, утомленные ласками, на огромной кровати гостиничного номера. За окном плескалось ночное море, и в отрытую дверь веранды залетал легкий бриз. Прошло уже больше двух недель, как они приехали сюда.

— Марк, — прошептала Крис, прижимаясь губами к его загорелому плечу.

— Да?.. — не сразу отозвался тот, уже начиная засыпать.

— Марк, мы же не можем оставаться здесь вечно. Как бы ни хотелось…

— К чему ты?

— Мы уже дней двадцать здесь. Когда ты думал возвращаться?

— Я не думал об этом, — лениво выдохнул тот.

— А нужно. Нужно подумать, как нам жить дальше.

— Как жить дальше? Как жили, так и будем жить дальше.

Крис неприятно задели эти слова, она ожидала другого. Он же должен понимать, что в их жизни должны произойти изменения, ведь теперь они вместе.

— Марк. Хочу тебе напомнить, что последний раз, когда мы были на другом полушарии Земли, мы с тобой жили в разных городах.

— Ты об этом… — Марк неохотно сел в кровати. Он замялся, взъерошил волосы, минуту собираясь с мыслями, и продолжил. — Я тебе не рассказал кое-что. Граф просил не болтать, но, думаю, на тебя это не распространяется. Он будет недоволен только, что я рассказал тебе, а не он сам. Он решил оставить пост Генерального. Он остается в учредителях, в Совете директоров, но из управления компанией уходит. И он, кстати, сейчас по уши в разводе. Вика женит его на себе в ближайшее время, не сомневаюсь.

— И какое отношение это имеет к тебе? К нам? — начала Крис и осеклась, догадавшись. — Ты вместо него?

— Именно.

— Так это отлично! Это твой уровень! Только, опять же, какое отношение это имеет к тому, о чем я пытаюсь говорить с тобой? Я говорю о том, что мне нужно вернуться, раз мы теперь вместе, или нет? — силилась понять Крис.

— Крис, не думаю, что это будет правильно, если ты вернешься на ту же должность. Я буду формально твой начальник, все это не очень этично.

— Марк, да плевать мне на должность! Я могу уволиться хоть завтра, я без работы не останусь, тебе ли этого не знать! Вопрос только в том, мне переезжать обратно или нет? — заводилась Кристина, все еще не понимая, к чему клонит Марк.

— Крис. Если переезжать из-за меня, то не стоит, — тихо ответил Марк.

Кристину будто в живот ударили. Она резко выдохнула от удивления и боли и замерла. Медленно отвернувшись от него, она села, спустив ноги на пол, и минуту сидела так. Подняв с пола свои шелковые шортики и майку, она направилась в ванную. Закрыв за собой дверь, Крис прижалась к ней спиной и уперлась взглядом в свое отражение в зеркале, удивляясь холодной отрешенности и спокойствию в своих глазах. «Все ясно и однозначно. Другого толкования его слов быть не может, — думала она, — Он не любит меня, и я ему буду в тягость. Значит, эти двадцать дней — это всё. Даже от Марка я не ожидала такой развязки». Зачем-то включив воду, она подставила пальцы под струи воды и размышляла: «Как жить дальше, я потом подумаю. А вот что делать сейчас?». Повременив, она взяла с полки свою косметичку и методично собрала все свои туалетные принадлежности в ванной. Потом вышла в комнату. Марк, облокотившись на подушки, наблюдал за ней. Она положила собранную косметичку на тумбочку, выдвинула ящик и достала свой паспорт. Затем подошла к шкафу, открыла его и вытащила из нижнего отсека свой пустой чемодан.

Тут Марк слез с постели, подошел к ней и взял за локоть, разворачивая к себе.

— Крис, что ты делаешь?

Крис резко выдернула руку.

— Не смей трогать меня, — строго сказала она.

Марк сел обратно на кровать и следил за ее сборами словно в замедленной съемке.

Крис положила раскрытый чемодан на пол и скидывала в него свои вещи с вешалок и полок шкафа. Вещей было немного, а чемодан был большой, и все влезало без особых усилий. Она натянула джинсы и майку прямо поверх пижамы, кинула косметичку в чемодан, взяла сумку и паспорт и двинулась к двери номера.

Марк снова поднялся и преградил ей путь.

— Крис, ну что ты делаешь? Куда ты идешь, ночь ведь! И куда ты направишься? — пытался образумить ее он.

— Марк, мне все равно, куда я направлюсь. Но здесь с тобой я не останусь больше ни минуты. Дай мне пройти, пожалуйста.

Марк отодвинулся в сторону.

Подойдя к двери, она повернулась к нему и сказала ледяным тоном, глядя ему прямо в глаза:

— Я ненавижу тебя, Марк. Ненавижу за то, что ты сделал.

Он отпрянул от ее чужого взгляда. Крис открыла дверь и вышла из номера.

Она вызвала такси и поехала в аэропорт, где выяснила, что по счастью