Сплетая жизнь - Людмила Константа

- Видимо это судьба, так что смирись Ярослава, выходи замуж и не думай о глупостях. Орден постарается поддерживать этот мир и без твоей помощи.

- И что, нет никаких вариантов? – беззвучно прошептала я побелевшими губами, с трудом сдерживаясь от банальной женской истерики.

Слишком долго мне вставляли палки в колеса, а я как проклятый ослик терпеливо искала выход из разных ситуаций, что подкидывала судьба. Я привыкла все переносить стойко и с улыбкой, уверенная, что завтрашний день в любом случае будет лучше, чем сегодняшний. Да и с Вернером у нас сложился не то, чтобы союз, но мы оба понимали друг друга, и я наивно верила, что он всегда будет поддерживать меня, пусть не явно, все-таки слов одобрений я так ни разу от него и не услышала. Но он всегда незримо присутствовал за спиной, что давало мне дополнительные силы, как мудрый старший брат, которого мне так не хватало. Конечно, сначала он делал все, чтобы я помучилась, куда же без этого, но все равно каждый раз оказывалось, что он без вопросов и молча готов подставить свое плечо. Только почему сейчас он топит меня, зная, как важно мне получить право на золотые шпоры? Не понимаю, и это задевает сильнее, чем решение Великого Магистра, что со старика-то взять…

- Ярослава, ты не помнишь наш уговор? – как-то слишком устало проговорил сэр Озрельн, отводя взгляд, видимо ему тоже наш разговор не доставлял никакого удовольствия.

Я вдруг с ужасом поняла, что он сейчас прощается со мной и отрезает возможность на наши дальнейшие взаимоотношения. Он ведь знает, что может быть мне другом, либо врагом. Слишком я его уважаю, чтобы портить наши отношения пошлым нейтралитетом. Это был двойной удар, не понятно, как я еще на ногах стою.

- Значит, - не чувствуя ни рук, ни ног, я заставила себя выпрямиться и не отводить от него прямого взгляда: вот выкуси, если хочешь, можешь прятаться, а я не стану, - это все?

У старого рыцаря мелькнула странная, грустная усмешка, но в глаза он, по-прежнему, старался не смотреть. Это было так на него не похоже, что спинным мозгом я заподозрила какую-то двойную игру, словно что-то важное он не мог мне сказать прямым текстом.

- Главное, ты знаешь, что делать. Удачи вам, леди Керпен.

Он обогнул меня по невидимой дуге и, не оборачиваясь, ушел, стараясь держать спину ровно, но мне, успевшей неплохо изучить его, было понятно, что мужчина в подавленном состоянии и с трудом передвигает ноги. Великий Магистр для него был большим отцом, не то, что мне. В глазах застыли предательские слезы, но в голове вдруг прозвучали последние слова Комтура. Конечно, Вернер, я знаю, что делать, но совсем не то, что ты думаешь.

- Ярослава, я надеюсь, ты в порядке? – обеспокоенно проговорил Самаэль, подойдя ко мне, едва рыцарь скрылся из виду.

Я благодарно улыбнулась ему, высокого оценив тактичность, с которой он подходил ко всему, что касалось меня. Правда, вышло как-то жалко, но я старалась, чтобы синигами ничего не понял, не хочется, чтобы он переживал и принимал все близко к сердцу. Но с тем же успехом можно было обмануть бога, который тебя создал.

- Все хорошо, даже прекрасно. Нет, волшебно!

Мой преувеличенный бодрый голос напугал Самаэля даже больше, если бы я расплакалась или накричала на кого-нибудь чтобы немного выпустить пар.

- Я так понял, что у тебя какие-то проблемы с Орденом и, судя по твоим поджатым губам, ты задумала что-то ужасное? Надеюсь, хоть кто-нибудь, но выживет.

Я посмотрела на молодого мужчину с неудовольствием:

- Неужели я стала такой предсказуемой?

- Ничуть, - Самаэль широко улыбнулся и повел меня куда-то дальше по коридорам, через сквозные арки, - просто я не могу представить, что ты оставишь все, как есть. Расскажешь, что у вас произошло?

Я смущенно потупилась, загораясь идеей, которая активно подпитывалась от праведного гнева, пожирающего меня изнутри. Вернер сам того, не подозревая только что запустил у бомбы часовой механизм, слишком долго я пыталась вникнуть в чужие правила, лишь изредка, чисто по-женски пытаясь вклинить свое слово. А сейчас словно отпустило, лавина тронулась и полетела под горные склоны, с каждой секундой набирая оборот.

Припустив ресницы, чтобы скрыть злой блеск в глазах, я улыбнулась уже по-настоящему:

- Обязательно, но давай мы сначала сходим в госпиталь, а то стажировка начинается только с завтрашнего дня и пока за нами никто не присматривает, мы можем проникнуть туда незамеченными. А потом сразу же в твои покои, да?

На самом деле идея навестить Великого Магистра прямо сейчас, имела две цели. Первая: надо ковать железо, пока горячо и пока у меня все внутри кипит и требует немедленного выхода, я готова потягаться хоть с Великим Инквизитором и мне ничего не страшно. А во-вторых, это неплохой повод, чтобы отложить наше с Самаэлем более близкое общение, на которое он неустанно намекает уже полчаса, хотя почти год об этом даже не заикался. Нет, конечно, я давно хотела этого, можно даже сказать мечтала, как всякая нормальная и здоровая влюбленная женщина, но почему-то именно сейчас меня не отпускало ощущение, что в данный момент это не слишком хорошая идея. Мне казалось, что Самаэль чего-то не договаривает и оттого сильно рискует.

- Что прости? – мужчина посмотрел на меня с таким откровенным сарказмом, что я задумалась.

- Я говорила о магистре…

- Ярослава, - синигами вздохнул так тяжело, что у меня моментально защемило сердце, и я мысленно подняла лапки.

- Ярослава, - повторил он терпеливо, вцепившись в рукав платья и буквально таща за собой, - ты, конечно, меня извини, но сегодня твой обожаемый Орден попробует прожить без тебя, а завтра я сделаю все, что ты захочешь. Даже на Северную Звезду слетаю, если тебе вдруг приспичит.

- Но магистр умирает…

- Это я умираю, безумно соскучившись по своей женщине, не зная где она, что с ней и видя, как вокруг нее увиваются какие-то молодые рыцари, - отрезал Самаэль железным тоном, - а такие как Отто фон Керпен живут долго и счастливо, наблюдая за тем, как другие мечутся перед ними на задних лапках. Сегодня я не собираюсь ни с кем тебя делить, а завтра попробуем спасти твой мир вместе, если, конечно, за ночь у меня не получиться переубедить тебя, идет?

Что я могла