Технопат - Маргарита Блинова

Кристен ни о чем не спрашивал и просто мягко гладил, позволяя чувствовать его нежность. И это было лучшим, что он мог сделать в данную минуту.

Так мы и стояли, обнявшись и наслаждаясь теплом друг друга. Нас словно окружило коконом из тишины. Такой бесконечно теплой тишины, которая существует лишь между самыми близкими.

И было очень хорошо и спокойно просто оттого, что он рядом.

Это чувство покоя сохранилось даже тогда, когда мы выбрались на берег и укутались в большие полотенца. И после, когда Кристен готовил постель на ночь, а я раскладывала на покрывале принесенные в корзинке фрукты, салаты и бутерброды. И даже когда мы, обнявшись, смогли оторвать друг от друга припухшие от поцелуев губы и опустили усталые головы на подушку.

Я немного повозилась, устраиваясь удобнее, и замерла, разглядывая в уютной полутьме пещеры его лицо. Кристен приоткрыл один глаз, улыбнулся, притянул меня ближе и осторожно поцеловал в кончик носа. А я переплела наши пальцы и сонно смежила веки.

– Кристен… – позвала, пребывая уже на границы между сном и явью. – Кажется, я тоже…

Успела ли договорить «люблю тебя»?..

* * *

– Не, фигня какая-то выходит, – заявил адепт с факультета магической механики, вглядываясь в наши пометки, и мы трое, я, староста звездокрылов и Глен, склонили головы над листом бумаги. Лист был безжалостно исчеркан нашими общими пометками и для надежности распят на обеденном столе между тарелками с остывающим первым и чашками чая.

Повар уже трижды прошел мимо, желая понять, что же такого архиважного могло составить конкуренцию его невероятной стряпне. Чем и воспользовалась Бестия, сумев-таки просочиться на обычно закрытую для нее территорию кухни.

– БЕСТИЯ!!! – донесся гневный вопль господина Танцующего, обнаружившего проказницу в святая святых.

Мы дружно подняли головы, проследили за тем, как довольная Бестия драпает с места преступления, не забыв прихватить авоську с апельсинами, и вернулись к обсуждению.

– А если вот так?

Я выхватила из пальцев Глена карандаш и добавила на чертеж две вертикальные линии. Все дружно помолчали, разглядывая и просчитывая результат.

– Это не даст конструкции прочности, – качнул лохматой головой Миклай, наш эксперт с факультета магмеха, и отвоевал карандаш. – Но если сделать это вот так…

Я подалась вперед, почти положила голову на предплечье Глена, чтобы лучше видеть. Миклай не пощадил чертеж, практически полностью переделав и почеркав его основу. Мне было одновременно больно за то, какой критике подверглась моя идея, и любопытно – что еще предложит Миклай?

– Слушай, а может, проще, наоборот, убрать опору вот отсюда? – перебила я эксперта и показала на схематичное изображение бокового крепления.

– Не, – мотнул головой прижавшийся к моему боку Глен. – Если конструкция не сохранит первоначальную устойчивость, то…

– То мой друг подойдет и ревниво даст тебе в рожу, – влез в наш междусобойчик Эрик и уже чуть тише и только мне: – Я серьезно, Рианка, пожалей Кристена.

Мы синхронно повернули головы и глянули на стол, за которым завтракали ядожалы. Кристен действительно едва держал себя в руках. Сверлил нас тяжелым взглядом собственника и, кажется, в самом деле был в шаге от перехода на примитивное «руки прочь от моей женщины».

Я поймала его взгляд и смущенно улыбнулась. Глен, с которым мы сидели плечом к плечу, гулко сглотнул и отодвинулся так далеко, насколько это вообще позволяла привычная теснота, царившая за столом адептов факультета звездокрылов.

И на какое-то время мы трое сосредоточились на курином бульоне.

Мимо стола прошли хихикающая госпожа Юдау и широко улыбающаяся мама. Обе вели себя так, словно всю жизнь были лучшими подружками, но злодейка-судьба дала им возможность встретиться и поболтать только здесь, на архипелаге Берег Костей.

Я такому повороту только тихо радовалась. Ведь чем больше у мамы интересных подруг, тем меньше времени капать на мозг дорогой дочери и вести завуалированные беседы на тему «Рианочка, раз у вас с тем северным мальчиком все так серьезно, то мой материнский долг рассказать тебе о… пестиках и тычинках».

Увы, но Дариан не разделял этой радости.

Братишка все больше мрачнел и, кажется, трусливо подумывал о побеге на Большую землю. Судя по целеустремленности квезалки и горящим глазам маменьки, женщины уже вовсю вынашивали матримониальный план, где Дариану отводилась скромная роль жертвы, которая покорно ждет любимую у алтаря. А дальше семейное гнездышко, дети…

К слову, про гнездо!

– Миклай! – воскликнула я, от избытка чувств вскакивая и вновь оказываясь рядом с Гленом. – А если…

– Ох, не жалеешь ты парня, – заявила Власта и встала.

Переступила через лавочку, обошла стол и нагло втиснулась между мной и будущей жертвой ревности. Игнорируя строенный вопль «Не трогай!», Подгорная схватила со стола чертеж, скрутила в трубочку и треснула им меня по макушке.

– Отдам, когда поешь, – сказала она тоном строгой мамочки и повертела скрутку в руках. – Кстати, а что это такое? Очередное задание господина Клебо?

– Не. Адриана решила построить для Мясника гнездо, как это делают вожаки в стаях, – сдал нас Миклай, вполне комфортно чувствующий себя за столом звездокрылов.

– И если этот большой и вредный завр признает его, то это укрепит их связь, – добавил Фару.

Власта нахмурила брови и развернулась ко мне.

– То есть вы все еще надеетесь, что он перестанет быть засранцем?

– В точку, – подтвердила я, накидываясь на остывший, но все еще безумно вкусный куриный бульон с горсткой чуть размокших сухариков.

Идея сделать для Мясника свое собственное гнездо пришла мне вчера, аккурат после встречи с боевой белочкой, и плевать, что карликовой.

Обычно все звездокрылы спят вповалку в одном большом гнезде, но не мой одинокий ворчун. Ворчун лишил себя компании, друзей и привычных стимулов, предпочтя одиночество и обиженное рычание. Однако я надеялась, что гнездо поможет вернуться к привычному циркадному ритму – и это сделает завра хоть немного повеселее. Ладно, с «повеселее» это я, конечно, погорячилась. Но поможет физическому и эмоциональному самочувствию точно.

Выслушав сбивчивую просьбу, Эрика Магни задумчиво осмотрела меня с ног до головы и ограничилась коротким:

– Делай.

И я бы делала, благо Мел обещал помочь с необходимыми материалами и техникой. Затык заключался в другом. Видите ли, гнезда у звездокрылов строил глава стаи. Строил в гордом одиночестве, без помощи кого-то со стороны, и только потом звал остальных звездокрылов. Вот почему сейчас я так отчаянно страдала над чертежом, прося помощи у каждого, кто мог ее оказать.

После обеда я пошла смотреть ангар, где планировалась постройка гнезда для Мясника. Госпожа