Я вернулась - Кам Ас

— Ты что, тут ласты склеить собрался? — испугавшись ещё больше нажимаю на газ.

— Не дождешься- криво усмехается.

— Едем в больницу- решаю я.

— Нельзя, там меня ещё быстрее найдут.

— А куда? Тебе медицинская помощь нужна.

— Думай Катя, думай. От этого и твоя жизнь зависит, мы как бы теперь связаны.

— Ты мне угрожаешь? — не веря и не зная, плакать или смеяться спрашиваю его.

— Нет. Это очевидный факт. Тебя как свидетельницу уберут тоже.

— Ну спасибо. Какого черта, ты вообще припёрся ко мне?

И где твой друг, который должен тебе помочь?

— Друг ищет сестру. Я думал, ты причастна косвенно, поэтому решил тебя проверить, извини. Кажется Степа вышел на похитителей, раз начали охоту на меня. Боюсь представить, что с сестрой- кажется он начинал уже бредить.

Он дышал тяжело, как бы он тут не помер от потери крови.

И почему мне сейчас стало стыдно перед Тимуром?

— Это все хорошо, но тебе нужна медицинская помощь. У тебя случайно нет знакомых врачей? — с надеждой в голосе спрашиваю.

— Нет. В вашем городе у меня вообще нет друзей, кроме Степы. Но и он сейчас по-любому под прицелом. — тяжело дыша ответил.

— Ну и что ты предлагаешь — решила через лес уходить.

— Куда ты едешь?

— Этот тебя меньше всего должно волновать. Я начинаю нервничать Кутаев, находи выход- кричу на него.

— Я Власов, а не Кутаев вообще-то. Давай, гони к тебе на квартиру. Сама меня подлатаешь. Ты мастер на все руки- морщась от боли попытался сесть ровно, но у него ничего не получилось.

Да, это в фильмах, с тремя ранениями как Рэмбо дерутся, а в реальной жизни, пуля не дура.

— Ну конечно, ты уже у меня засветился. Как бы там мою квартиру уже не разнесли- вслух пожаловалась я. — Да и лечить я не умею. Может твой друг найдёт место, где сможешь спрятаться и подлечиться?

Не получив ответа, я уже хотела повторить вопрос, когда поняла, что Тимур потерял сознание.

Твою мать!

— Надеюсь ты живой- сама с собой начала разговаривать, капец.

Пульс был, но дышал он какую-то рванно.

Машина! Джип! Как эти черты нас находят?

Выругавшись от души, что заядлый матёрый мужик позавидовать бы, рванули прочь из города.

А может они поставили на его машину жучок, с помощью которого и выслеживают нас?

Надо было в мою машину садиться.

Выбора у меня особо и не было. Либо умереть, либо сделать так, чтобы они от нас отстали.

Газ в машине благополучно закончился, о чем свидетельствовал сигнал датчика. А на бензине я далеко не уеду. Наверное жрёт же эта махина.

Решение озарило меня внезапно.

Свернул в чащу, я чуть не схватила пулю, которая разбив лобовое вылетело.

Проезжая ряд сухих деревьев, чуть задела одно дерево, которое упадок и закрыло дорогу. У меня фары было минут 5 не больше.

Эти бандиты, обстреливали машину Тимура. Благо я призналась вовремя, когда над головой пролетела пуля.

Доехав до обрыва, машину не глубина, просто остановила, и начала вытаскивать Тимура.

— Давай Тимур, пока нас не убили мать твою- пыхтя пыталась его растормошить, — Я тебя не донесу, помогай, ну давай. — торопилась как могла.

Хромая и опираясь на меня он вышел из машины. Допетляв до каких- то диких кустов, я вернулась к машине и снямашине режима парковки и полетела машина Тимура вниз, а я не стала смотреть картона лежит вниз и вернулась в укрытие.

Тимур был в сознании, что не могло не радовать.

— Ты мою машину скинула с обрыва? — во взгляде читалось неверие и желание прибить меня.

А последовавший следом взрыв его машины, не добавил ему настроение.

Ничего. Переживёт.

— Тише ты- закрываю ему рот ладонью. — Либо машина, либо мы с машиной.

Этот гад умудрился слегка укусить меня.

— Там мои документы- простонал Тимур.

— Не ссы, вот они- достаю бумаги и портмоне, которые кинула рядом. — Я их вытащила, когда тебя вытаскивала. Они едут- предупреждаю его. Дышим через раз.

Затаив дыхание ждала, и наблюдала за бандитами, а Тимур положил голову мне на колени.

— Если мы живыми выберемся отсюда, я на тебе женюсь… — тихо тихо прошептал.

— Если мы выберемся отсюда живыми и невредимыми, я сама тебя покалечу. — но меня он уже не слышал, опять потерял сознание.

Было чувство что сердце моё бьётся где-то в районе горло. В висках стучало, ладони вспотели. Жаль пистолета нет у меня, был бы хоть какой-то шанс их уложить, если они нас найдут.

— Они чего, сиганули? — спрашивает один другого.

— Скорее всего девку пристрелили, вот они и улетели вниз, рулить то больше не кому было. Мужика мы дважды подстрелили, он и так не жилец был.

— Спускаться проверять будем? — по голосу было понятно, что они не хотят, и я молилась, чтобы они не спустились. Потому что, у нас появятся дополнительные проблемы.

— Ты сума сошел? Ты видел куда они полетели? Да там километр не меньше глубина. Там вообще без вариантов. Можешь Кутаевой сообщить, что её пасынок погиб с кухаркой. И это, уговор был на один труп, а мы двоих уложили, так что сруби с неё бабла по-больше.

— Сфотографируй машину, там такой огонь, пусть хоть порадует, что мужик этот горит так.

— Короче давайте, уедем уже. Там наших двоих убили мужик этот с девкой, надо их тела забрать.

И плюнув на землю вернулись к машине и уехали. И только тогда я смогла дышать спокойно.

Афигеть. Тимура заказала Алла? Эта что за женщина- монстр, так хладнокровно нанимать и убивать. Теперь понятно, в кого её сыночек.

Интересно, а Тимур слышал?

— Тимур, ты как? — слегка тормошу его.

— Если у меня глаза закрыты, это не значит, что я сплю или без сознания. Я просто лежу с закрытыми глазами. — голос сквозил холодом, арктическим холодом я бы сказала.

— Они уехали- зачем-то говорю очевидное.

— Я слышал.

— Не любит тебя мачеха Тимур, чем успел насолить ей?

— Много болтаешь.

— Ты охренел? Я тут жизнью рискую, его шкуру спасают, а он ещё мне говорит, что я много болтаю? — начинаю злиться.

— Не злись, у меня голова болит. Лучше скажи, как мы отсюда выберемся без машины?

— Я надеюсь ты с телефоном? — с надеждой в голосе спрашиваю.

— Да, но с него звонить не вариант. Не забывай, мы разбились на машине только что.

— Ммммм-ммм- простонала я от безысходности.

— Но есть вторая сим-карта, её не знают тут, надо её активировать. — и пытается сесть, ему с трудом, но получается.

— А чего молчал до сих пор, давай