Змеи Неба и Пламени - Ребекка Кенни

чём никто не упомянул, — вставляет стройная темнокожая девушка с белой прядью в чёрных волосах. Мне кажется, её зовут Гвенет. — Некоторые драконы не согласны с планом принца. Они вообще не хотели похищать людей. Что если мы сосредоточимся на поиске этих драконов и постараемся наладить с ними контакт? Может быть, нам удастся убедить их восстать против принцев, а тогда повстанцы-драконы смогут отнести нас домой.

В группе женщин пронёсся шёпот заинтересованности и согласия.

— Есть одна проблема с этим планом, — я встаю с камня, на котором сидела. — Нам потребуется время, которого у нас нет. Вы все знаете, что они собираются с нами делать?

— Убьют нас? Съедят, изнасилуют? Оставят в плену на всю жизнь? Разве это имеет значение? — говорит Брене.

Кожа Джессивы становится ещё бледнее, и я мгновенно понимаю, что она знает правду. Она знает, что принцы приготовили для нас, но выбрала не говорить об этом остальным женщинам. Я не уверена, почему. Может, она не хочет сеять панику.

— Моя мать никогда не была полностью честна с нашим народом относительно состояния королевства, — медленно говорю я. — Но я считаю, что честность важна, особенно когда принимаемые решения касаются всех. Так вот, я скажу вам правду: истинная цель драконов. Они захватили чародейку — дочь Верховного Колдуна. Когда принцы улетели отсюда, они собирались встретиться с ней. Они хотят, чтобы она превратила нас всех в драконов.

Женщины вздыхают, и две из них начинают плакать.

— Меньше чем через неделю начнётся брачный сезон, — объясняю я. — Он наступает раз в двадцать пять лет. Каждый дракон на этом острове будет вынужден спариваться. Они предложат нам выбор партнёров, но насколько я понимаю, этот импульс будет настолько силён, что мы будем хотеть участвовать в безумие, если мы станем драконами. Некоторые из нас будут откладывать яйца драконов. Мы станем матерями для потомства наших похитителей.

— Нет, — стонет Брене. — Нет, этого не может быть.

Я поворачиваюсь к девушке с чёрными волосами, Гвенет.

— Твой план хорош. Просто не думаю, что у нас есть время, чтобы его осуществить.

— Мы можем попробовать, — её голос звучит отчаянно. — Мы должны что-то попробовать.

— Мы могли бы сбежать, — предлагает другая пленница. — Покинем это место, разойдёмся по острову. Они потратят время, чтобы поймать нас всех, а может, кто-то из нас успеет собрать лозы, чтобы отравить их.

— Как мы их соберём? — говорит Джессива. — Лозы могут отравить и нас. Мы не можем трогать их голыми руками. И как мы убедим драконов съесть ядовитые лозы? Они не едят приготовленную пищу, а у нас нет горшков, чтобы её готовить. Даже если бы и были, они заметят, как мы кладём лозы в еду.

— Вода? — предлагает кто-то.

— Вода есть повсюду на этом острове. Мы не можем отравить всё.

— Болтовня не поможет. Мы должны выбрать. — Говорю я твёрдо и ясно. — Те, кто хочет сбежать, могут сделать это сейчас, пока нас охраняет только один из них. Бежим к пляжу — может быть, там остался корабль, который ещё пригоден для плавания. Бежим в лес — возможно, там можно найти оружие. Я не уверена, нужно ли нам присутствовать для того, чтобы заклинание сработало, или оно будет охватывать весь остров, но если вы хотите убежать — делайте это. Если хотите сражаться — придумайте стратегию. Если хотите остаться и попытаться убедить своего дракона вернуть вас на материк и отпустить, используйте все свои чары, все убедительные доводы.

— Лучше работать вместе, — возражает Джессива.

— Но мы не можем. Мы не согласны, какой путь лучше, и ни один из наших планов не выглядит успешным. Что касается меня, я, наверное, побегу. Может, если меня не найдут, на меня не подействует заклятье.

Джессива качает головой.

— Заклинания вроде этого можно наложить на расстоянии, на конкретную группу существ, — говорит она. — Побег не защитит тебя от превращения.

— Лучше уж так. По крайней мере, мне не придётся иметь дело с этим чёртовым Принцем Драконов.

Гвенет делает шаг вперёд.

— Я тоже бегу.

Ещё несколько женщин присоединились к ней.

— Я остаюсь, — говорит Джессива. — Но мы отвлечём их, чтобы вы могли проскользнуть через стену. Может, им потребуется какое-то время, чтобы заметить, что вас нет. Только будьте осторожны. Ворейн говорил о существах, которые обитают на этом острове и выходят ночью — опасных хищниках, которые иногда могут победить даже драконов.

Мысль о чём-то более страшном, чем дракон, заставляет меня усомниться в своём плане побега. Но другие женщины, желающие бежать, уже собрались вокруг меня и, похоже, ждут, чтобы я сделала первый шаг. Я проглатываю свою тревогу и говорю:

— Давайте найдём место в стене, через которое сможем проскользнуть. А затем остальные могут как-то отвлечь его…

Я указываю вверх на бронзового дракона, лениво кружащего в воздухе, высоко над двором.

— Я знаю, что делать, — говорит Джессива. — Они хотят нас для размножения, верно? А значит, они хотят, чтобы мы были здоровыми, целыми. Так что если мы начнём драку и сделаем её жестокой… — Она смотрит на одну из других женщин, высокую, красивую, с суровым подбородком блондинку и темно коричневой кожей. Между ними мелькает враждебность, и я подозреваю, что они уже обменялись не только словами, но и ударами до этого момента.

— Я с удовольствием помогу тебе сделать её настоящей, — говорит блондинка сквозь зубы.

— Хорошо. — Что я могу сделать, кроме как согласиться? Их личные разборки — не моё дело. И я чувствую тот же прилив нервов, который заставил меня броситься к городской стене, когда прозвучал драконий сигнал тревоги. Мне нужно что-то делать, а так как у меня нет оружия для борьбы с драконами, я буду бежать.

— Там есть щель, — бормочет Гвенет. — Мы слышали, как существа шуршат вокруг стены ночью, но они все были слишком большими, чтобы проскользнуть через барьер, и недостаточно сильными, чтобы перепрыгнуть его. Один из них, правда, сдвинул бревно, и думаю, мы сможем пройти через это место.

Я начинаю спрашивать, видели ли они этих хищников, но яростные крики с другой стороны двора прерывают меня. Джессива и блондинка схватились друг с другом. Драка началась.

Крики привлекают внимание драконьего стража наверху. Он резко спускается, и ветер от его крыльев поднимает пыль в огороженном пространстве.

К счастью, он стоит спиной к нам, обращённый к Джессиве и блондинке. Он начинает говорить на Драконьем языке, а затем, вспомнив, что они его не понимают, переключается на Общий язык. Я едва слышу его упрёк в адрес спорящих женщин, потому что уже слишком занята тем, чтобы пролезть через барьер