Поцелуй снежинки - Анна Бахтиярова

— Нет, не мы! — припечатала я. — А вот вы злой уходили! А ну, рассказывайте всё по порядку. Где были и что делали?

Харрисон глянул на меня волком. По лицу было яснее ясного, что откровенничать со мной он не желает. Но дар пока оставался при мне. В смысле, в перевернутом виде.

— В лесу я был. Бродил по сугробам. Потом сидел в одном из них, — признался он с горечью. — Не понимаю, почему Мелина сердилась. Что поделать, если не сложилось у нас с Эланией. Мне что, нужно было всю жизнь провести с той, с кем мы только и делали, что ссорились? Не моя вина, что я был счастлив в браке с Аделией, а Элания не нашла нового мужа. Может, не во мне дело, а в ее характере? А Мелина… Ну, влюбился. Не нарочно же. Горевал по Аделии три года. Траур носил. А потом вдруг понял, что рядом Мелина живет. Тоже вдова. А дальше как-то само случилось. То в ее сторону не смотрел, то вдруг стал замечать, какая она красивая, умная и умелая. А она всё зло на меня держит. Из-за сестры. Я бы никогда не причинил ей вреда. Себя теперь казню, что в лесу торчал, пока вы тут ее… Ох…

— Не мы! — повторила Евгения сердито. — Есть свидетели вообще-то, которые нас в нескольких улицах от лавки видели. Ладно, поднимайтесь. Нечего тут валятся.

Она подала Харрисону руку, но тот не заметил. Сердито поглядел на меня.

— А ты магичка, да? Вон как мне язык развязала.

— Была бы магичкой, тетушку вернула! — бросила я и сама удивилась, как легко соврала. — А вы просто болтун. Вставайте и на выход. Не надо тут обвинениями бросаться. Мы вообще-то родного человека потеряли.

Харрисон ничего не сказал. Поднялся и ушел, слегка качаясь.

А нас вечером ждал еще один визит.

— Так это вы племянницы Мелины? — перед нами нарисовалась девица с двумя толстыми русыми косами, перекинутыми через плечи. Причем, не просто нарисовалась, а явилась в жилую часть дома. — Уж не вы ли поспособствовали ее исчезновению?

Вперед выступила Евгения.

— А вы, собственно, кто?

— Я Летисия — помощница Мелины. Имела неосторожность уехать по личным делам. Ненадолго. А вы тут как тут. И от хозяйки моей избавились, и лавку хотите присвоить. Ух! Не позволю!

Миг, и мы с Евгенией обе полетели в стену. Девица едва пальцами шевельнула.

— Магичка, значит, — прошипела сестра, потирая ушибленный бок.

— Еще какая, — та глянула с превосходством. — Быстро выведу вас на чистую воду. Как миленькие признаетесь в душегубстве!

Она повторно толкнула нас магией в стену. Подняла руки, чтобы вытворить что-то еще, да неучтенная ею подмога подоспела.

— Отстань! Я сказала, исчезни! — завопила девица, прыгая на одной ноге, а на второй висел Сирил. Вцепился в сапог так, что не сбросить, сколько ни тряси конечностью. — Сейчас я тебя та-ак приложу, лиса треклятая, что вмиг лапы в лес унесешь!

— Ты б поаккуратнее, — посоветовала Евгения, снова поднявшись. — Это не просто лис, а самый настоящий полудух. С ним шутки плохи.

Я же не увидела повода для ликования. Мой полудух один бился, пока мы теряли время.

— Ну, и что стоишь? — я толкнула сестру в бок. — Вот тебе и повод проверить, есть ли новый дар! Она же магичка. Ну же, Евгения, действуй! Поверни дар против нее!

— Хм… — сестра переводила озадаченный взгляд с девицы на меня и обратно.

А потом просто… щелкнула пальцами.

Я была уверена, что ничего не произойдет. Подумаешь, щелчок. С моим даром тетушка Мелина, помнится, работала иначе. Смотрела на меня. Долго смотрела.

Однако, видно, у каждой магички свои способы.

Девице, наконец, удалось скинуть Сирила. Не дожидаясь, пока тот снова нападет, она попыталась отправить в стену всех троих. Вот только…

— Да чтоб всех! — выдохнула она после того, как сама врезалась в стену противоположную.

Попыталась снова что-то сотворить, но внезапно взлетела к потолку.

— Прекратите! — потребовала она, тряся кулаками, и тут же врезалась в люстру, да так, что та угрожающе закачалась.

— Сама прекрати, — мстительно велела Евгения. — Это твоя магия. Угомонишься, и она успокоится.

Однако понадобилось время, прежде чем Летисия смирилась. Точнее, еще три удара о потолок и два о стену. Шестой пришелся об пол. Но это она просто не рассчитала. Неудачно приземлилась. Себя из-под потолка опускать, это не то же самое, что телами других людей (или магов) раскидываться.

— Можно я ее укушу? — спросил Сирил и показал острые зубы. — Только теперь не за сапог, а за ляжку толстую.

— Я тебе покажу толстую! — погрозила ему Летисия и чуть снова не взлетела. Но вовремя опомнилась и осталась на месте. — Верните дар! — потребовала у нас.

— Так он при тебе, — Евгения передернула плечами. — Просто перевернутый.

— Так переверните, как было!

— Не умею. Сам перевернется. Через неделю-другую. Не помню, говорила ли тетушка, сколько эта магия работает.

— Ах, так вы у Мелины дар украли⁈

— Сам перешел! — процедила сестра.

Сирил издал боевой клич, готовясь исполнить угрозу.

— Ну хватит! — приказала я. — Пора заканчивать скандалить. На самом деле, мы все заинтересованы, чтобы тетушка Мелина нашлась. Или… чтоб виновник понес наказание, если она… Ну, сами поняли. В общем, мы на одной стороне.

— На одной, ага! Ври больше! — бросила мне в лицо тетушкина помощница.

Я чуть не расхохоталась. Меня обвиняют во лжи. Дожили…

Хотя…

Евгения охнула, и мы обменялись многозначительными взглядами. Ибо идея в наши не всегда светлые головы пришла одна и та же.

— Сколько тебе было лет, когда ты впервые поцеловалась? — спросила я Летисию.

— Да что ты… — начала было она, но тут же отрапортовала: — Шестнадцать.

— С кем и где?

— С Питером Ривсом. За домом его родителей. Да как ты это…

— В кого ты влюблена сейчас?

— В Рона. Сына тетушки Кары, которая пекарней владеет. Но мне не на что рассчитывать.

— Почему?

— У него невеста есть. Прекрати сейчас же! — ее лицо пошло красными пятнами.