Лотерея соблазна - Синтия Обин

В глазах было столько сожаления, что Тиффани сразу поняла: дело не в празднике. Она сама струсила и попросила Камиллу рассказать отцу о ее положении. После довольно продолжительного молчания в несколько дней Камилла позвонила и сказала, что папа теперь знает. Разумеется, никто не ожидал криков восторга. Это ведь незапланированная беременность, а не долгожданная и в полной, счастливой семье. Тиффани мечтала, чтобы однажды отец посмотрел на нее и увидел не ребенка, нуждающегося в защите, а женщину, которая выбрала в жизни свой путь.

Горло сдавило, в глазах выступили слезы, когда она увидела идущих к ней братьев. Джерико был первым, рядом стояла Мэгги.

— Поздравляю, Тиф. — Брат наклонился и поцеловал ее в щеку.

Тиффани не смогла сдержаться, поднялась с места и обняла его.

Стоило ей отстраниться, как вперед ринулась Мэгги.

— Не могу поверить, что стану тетей! — воскликнула она.

В словах было столько тепла, что все страхи и сомнения мгновенно развеялись. Тиффани очень переживала, что ситуация может повлиять на приближающуюся свадьбу и обидеть Мэгги.

Затем Тиффани обнималась с Маркусом и Джессикой, потом с Мишей и Треем.

Алиша все время была рядом, пока они обходили гостей.

Тиффани не могла не признать, что, принимая поздравления, ощущала, как переживания из-за того, что ее осудят, постепенно уходили.

На мгновение захотелось, чтобы рядом был Престон. Надо признать, мысль посещала ее нередко с момента их расставания.

Она ощущала его запах на белье, когда ложилась в постель. Вспоминала о нем, когда перебирала и раскладывала детские вещи. Теперь в ее доме многое наводило на мысли о нем. Частичка его жила не только в ее теле.

Обойдя всех гостей, Алиша усадила Тиффани обратно в кресло и громко свистнула, сунув в рот два пальца, чтобы привлечь всеобщее внимание.

— В приглашении говорилось, что никаких активных игр не предусмотрено, хотя, признаю, это не совсем правда. Одну я все же планировала.

Послышались приглушенные смешки.

Алиша кивнула, Трей вынес стул и поставил его в центр зала.

— Я попрошу виновницу праздника пройти и занять это место.

Тиффани покраснела до корней волос, но встала рядом с сестрой, которая движением фокусника извлекла из рукава шелковый шарф.

— Что ты делаешь? — прошептала Тиффани.

— Просто доверься мне, — в тон ей ответила Алиша.

Разумеется, она так и сделала. Как поступала всегда.

Алиша завязала шарф, закрыв глаза, он был приятным на ощупь, холодил кожу и источал аромат любимых духов сестры.

— Так нормально?

— Что во всем этом мне может казаться нормальным?

Алиша прошла и встала перед ней.

— Задача в этой игре проста. Я вложу тебе в руку предмет, а ты будешь угадывать, что это и какое отношение имеет к рождению ребенка.

По толпе пробежал легкий смех.

— Готова?

Лоб под тканью стал потеть, Тиффани потерла его и кивнула:

— Наверное, да.

Первые три предмета она определила сразу: соска, детская бутылочка и боди. Четвертый предмет заставил Тиффани задуматься, что Алиша решила над ней подшутить. В руке лежал тяжелый кубик из дерева со странными бороздками. Она провела пальцем по одной ближе к центру, и он стал разваливаться, и она уронила его на пол.

— Не подглядывать, — сказала Алиша, когда Тиффани вскочила со стула и принялась шарить рукой по полу.

— Это головоломка? — попыталась угадать Тиффани.

— Вторая попытка, — объявила Алиша.

Тиффани продолжила водить рукой по полу, пытаясь отыскать то, что уронила. Внезапно она нащупала нечто гладкое, пробежала пальцами по чему-то рельефному, замерла, пытаясь угадать, что это.

Похоже на ботинок.

Она вскрикнула и сорвала повязку.

— Что за… — потерла глаза, смогла разглядеть фигуру перед собой и вскрикнула.

Перед ней на одном колене стоял Престон и держал в руке коробочку с кольцом.

Сердце колотилось так сильно, будто в груди били в барабаны. Ей очень хотелось посмотреть на Алишу, найти поддержку в ее уверенном взгляде, но оторваться от Престона не смогла.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

Он указал взглядом на коробочку в руке:

— Ты уронила это.

Тиффани потянулась, с тихим скрипом открыла крышку и увидела на темносиней бархатной ткани кольцо с бриллиантом, переливающимся, как звезда на темном небе.

— Тиффани Уинтерс, гениальный кондитер, будущая мать моего ребенка, окажешь ли ты мне честь стать моей женой?

* * *

Либо он утратил способность адекватно воспринимать течение времени, либо между его вопросом и ответом Тиффани прошла целая вечность.

Он все сделал неправильно.

Следовало, как он планировал изначально, отправить записку, попросить ее выйти на лужайку, где паслась пара лам. Она пришла бы от них в восторг, настроение значительно улучшилось бы, дав больше шансов на успех. Он привел бы ее в то место, где они впервые поцеловались, встал бы на одно колено и сделал предложение.

Он отказался от своего плана, и вот стоит в притихшем зале, не понимая, что делать.

Люди стали шевелиться, звуки нарушили тишину.

Колено заболело из-за долгого стояния на деревянном полу. Ладонь руки, висевшей плетью вдоль тела, стала липкой. Он сделал вдох, поразившись, что, кажется, все это время почти не дышал.

Внезапно губы Тиффани растянулись в улыбке, от нее потеплело в груди и развеялся страх. Она походила на лучик солнца, пробившийся из-за туч.

Тиффани обняла его за шею, не выпуская из руки коробочку с кольцом, и прошептала на ухо:

— Да.

Престон наконец вздохнул полной грудью. Он положил руки на ее талию и прижал к себе. Встав на ноги, он подхватил ее и покружил, прежде чем поставить рядом. Послышался скрежет отодвигаемых стульев, гости поднялись с мест и начали аплодировать.

— Кольцо принадлежало моей бабушке. — Престон достал его из коробочки и надел ей на палец.

Повернувшись, перехватил сияющий взгляд сестры и вспомнил, что она сказала, когда они читали в кухне письмо.

— Вероятно, только бриллиант может исправить то, что разрушило ожерелье Дель Рио.

Престон попытался возразить, но она сунула ему в руку кольцо бабушки.

— Мне оно не нужно. — И показала обручальное кольцо Джерико Уинтерса.

— Хочу кое-что тебе показать, — прошептал Престон Тиффани, когда закончились поцелуи и объятия с поздравлениями.

— Здесь? — проворковала она так нежно, что сжалось сердце.

— Нет, вообще-то снаружи.

Алиша подмигнула ему и увлекла родных к буфету, давая им возможность незаметно выйти.

— Возвращение на место преступления? — улыбнулась Тиффани.

— Может быть.

Но удивление — даже шок — пришлось испытать не Тиффани, а самому Престону, когда вместо лам он увидел отца.

И стоящего рядом Джозефа Уинтерса.

Тиффани сжала пальцы Престона, и это