Секрет обаяния - Сандра Браун

Тем не менее этот мир образов, и звуков, и запахов, и вкусовых ощущений, и возбуждения, от которого захватывает дыхание, действительно существовал. Но только для того, кому посчастливилось найти нужного партнера, с кем можно было разделять этот мир. В том мире нельзя было существовать в одиночку.

Большую часть своей жизни Арден провела в одиночестве. Теперь же ее жизнь была переполнена, и это пугало ее. Она была рядом со своим живым сыном. Ее сыном. И она любила его так же сильно и страстно, как и Джоу. Она пользовалась любой возможностью, любым предлогом, чтобы дотронуться до него, прижать его к себе, чтобы услышать его неповторимый запах, чтобы восхититься его рассудительностью и физическим развитием.

А еще она полюбила гораздо более страстно мужчину, который был его отцом.

Ей было и радостно и в то же время грустно. Радостно — потому что Она нашла их и полюбила. Грустно — потому что она осознавала, что не сможет удержать их. Она уже потеряла всех, кого любила. Она потеряет и их тоже. Настанет день, когда ей придется отказаться от них. Но пока этот день не настал, она будет наслаждаться их присутствием.

— Ох! — вскрикнула Арден, резко садясь на пляжном полотенце и толкнув при этом Мэта, который, не удержавшись на ногах, шлепнулся на песок.

— Кубик, — взвизгнул он, заливаясь смехом, и вытряхнул еще один кубик льда прямо на ее голый живот.

Арден снова охнула, втянула живот и протянула руку, чтобы забрать у него чашку с кубиками льда.

— Да, это — кубики, и они такие же чудесные, как и ты сам. Но мне почему-то кажется, что эту шутку придумал не ты.

Арден обернулась и увидела Эндрю. Он сидел на корточках за ее спиной, широко улыбаясь. У нее дух захватило, когда она увидела его, так здорово он выглядел в светло-голубых плавках, эффект был не менее сильным, чем от кубиков льда на ее разгоряченной коже. Ветер трепал его светлые волосы, и от этого он казался необузданным и беспечным — идеальным мужчиной.

— Виновен, в чем и признаюсь, — покаялся он с улыбкой.

— Так я и думала.

— Но Мэт полностью поддержал мою идею.

— Яблоко от яблоньки…

Эндрю обошел ее и сел на край пляжного полотенца. Мэт направился к воде и теперь осторожно окунал ножки в набегающие на песок волны.

— Мне казалось, я предупредил тебя не надевать ничего вызывающего. И если то, что на тебе, — твое представление о скромном наряде, тебе срочно нужно поменять свой толковый словарь.

Просто из упрямства Арден надела свой самый соблазнительный купальник. Он был из черного хлопка с отделкой из бежевых полосок. Его верхняя часть представляла собой два треугольника, соединенные сплетенными завязками. Трусики-мини на бедрах превращались в тонкую ленточку.

— Я не позволю тебе стращать меня. Кроме того, меня никто не побеспокоил. До сих пор, — подчеркнула она.

— Я чем-то помешал? — Тон, которым он произнес эти слова, а затем взгляд, который он перевел с одной эрогенной части ее тела на другую, при этом не пропустив ни одной, повергли ее в смятение.

Но до того как она смогла найти достойный ответ, Эндрю позвали из-за низкой кирпичной стены, которая отделяла территорию бассейна гостиницы от пляжа.

— Эндрю! Эндрю, это ты?

Эндрю внимательно рассматривал толпу, пытаясь увидеть того, кто позвал его, и Арден заметила на его лице смесь раздражения и настороженности, когда он наконец-таки опознал этого человека. Без особого восторга он поднял руку и помахал ему.

— Я сейчас вернусь. Посмотришь за Мэтом?

— Конечно, — ответила она, больше беспокоясь об Эндрю, поскольку увидела, как его лицо потемнело, чем о подвижном маленьком мальчике.

Эндрю мысленно выругался, пока пробирался среди загорающих на пляже к ступенькам, ведущим во внутренний дворик, окружающий бассейн. Его позвал человек, которого он хотел бы видеть меньше всего, — Джерри Арнольд, управляющий по теннисным программам кантри-клуба в Уаиали.

— Привет, Джерри, — сказал он, протягивая руку.

— Эндрю, дорогой мой, как я рад видеть тебя. — Мужчина сжал руку Эндрю. — Потрясающе выглядишь.

Эндрю с трудом изобразил подобие улыбки.

— Это далеко не все, что можно сказать, не правда ли? Последний раз, когда мы виделись, ты схватил меня за ворот рубашки и вышвырнул из раздевалки, требуя, чтобы ноги моей там больше не было. Я был не настолько пьян, чтобы не помнить этого.

Джерри Арнольд был на голову ниже Эндрю и гораздо полнее. Когда-то он принимал участие в профессиональных турнирах, но он знал еще до того, как тренеры, да и многие другие, стали вежливо намекать ему, что он не обладает тем, что необходимо для победы в соревнованиях. Он отказался от своих надежд и чаяний и сделал одну хорошую вещь. Он стал работать с теми, кто имел то, чего не хватало ему.

— Просто, Эндрю, ты не оставил мне выбора.

— Я не виню тебя, Джерри. Тебе следовало лишить меня членства в клубе и надрать мне задницу.

— Я не мог, — улыбаясь, ответил мужчина. Он потер подбородок, вспоминая. — У тебя был неважный удар правой.

Эндрю слегка усмехнулся:

— Я был злым и оскорблял всех подряд. Извини.

— Я был не лучше. И мне было очень жаль видеть, как бессмысленно ты растрачиваешь свой талант. — Его глаза буквально сверлили Эндрю. — Последнее время о тебе ходят слухи. Отличные!

— Да ну?

— Говорят, ты возвращаешься.

— Да.

— Докажи это.

Эндрю наблюдал за тем, как Арден и Мэт возились в песке. У нее были удивительно стройные бедра и красивая круглая попка. Со стороны Джерри было большим свинством отвлекать Эндрю от такой красоты.

— Что ты сказал?

— Я сказал: докажи, что ты на подъеме.

— Каким образом? Вернувшись в клуб? Барт Сэмсон уже спрашивал меня об этом сегодня утром. Я ему сказал: нет.

— Вернись в клуб… и сыграй показательный матч. Завтра.

У Эндрю пересохло во рту, руки непроизвольно сжались в кулаки, одновременно он почувствовал, как желудок сжался в комок.

— Я не могу, — прошептал он в ужасе.

— Все ты можешь. Ты нужен мне. Предполагают, что Макэнроу тоже будет здесь и сыграет в благотворительном матче. Для тех, кто страдает дистрофией мускулов. Пятьдесят долларов — залог за билеты.

— Я читал об этом.

— Поэтому его тренер сказал — никаких игр. Даже показательных. Ты мне нужен, дружище. А тебе нужен этот матч.

— Нужен, как собаке пятая нога.

— Нужен, как воздух. Когда-то же придется начать, Эндрю. Докажи всем тем, кто не верит в тебя, что ты смог выкарабкаться и быть номером Один снова.

— Не в этом году. В следующем, может быть. Ему было очень неприятно, как его желудок реагировал на этот разговор, раздражало, что вспотели ладони, а во рту появился кислый вкус страха.