Девочка прокурора. Запретное влечение - Алика Фортис

А я ещё не понял, что конкретно ощущаю. Желание взять ещё раз? Несомненно. Повело с Камиллы, как пацана в пубертате, при виде голой женщины.

А что дальше? А дальше сложно.

Не хотел с ней сближаться. Настолько.

По моим меркам ничего хорошего бы не вышло. Разница в возрасте, прошлое, которое маячит незримо. Всё не в нашу пользу.

Но уже поздно об этом думать. Раньше нужно было. До того, как девочку поимел. Именно, блядь, девочку!

Самому себе врать не привык. Тянет к ней. Что-то запретное, но пиздец какое сильное.

Настолько сильное, что сам все возведённые ранее границы с треском порушил.

Совесть сжирала, дробя кости в пыль. Поганое чувство. Ещё поганее оттого, что снова её хочу.

Да я бы с неё не слазил. Похоть такой силы, что контроль давно дал трещину и на полном ходу, как в стену бетонную.

Поддался на провокацию.

Манкая девочка. Чистая. Упёртая.

Осознание того, что она ко мне что-то испытывает, давило как под прессом. А она испытывает. По глазам видно. Бегущей строкой транслирует.

Не уверен, что смогу ответить тем же. Похоть – это только одна сторона медали. Но есть и вторая. И здесь я чёрствый мудак, не особо заботящийся построением чего-то серьёзного.

Хотя, это было до появления Камиллы в моей жизни. Сейчас я уже ни в чём не уверен. Даже в себе.

Девочка брешь пробивает. Просачивается под кожу постепенно. Сам не заметил, как увяз. Тянет к ней.

Но вместо того, чтоб пойти и лечь рядом, курю, сидя на крыльце. Туплю в ночное небо и загоняюсь.

Но вроде как не соврал ей: моя девочка. Сказал не потому, что видел, как ей это необходимо. А потому что само проскочило. В обход здравого смысла и запрета.

Я ж собственник конченый. Раньше это касалось работы, личных границ, да даже отношений, пусть и без обязательств.

А тут всё из-под контроля вышло. Как представлю, что она ещё с кем-то и кровь вскипать начинает. По венам, как лава раскалённая бежит. Выжигает всё, кроме желания сказать «моя».

Это, мать вашу, клиника.

Сделав последнюю тягу, достал телефон. Затушил окурок и набрал номер.

– Да, Марк Сергеевич? – несмотря на ночь, достаточно бодро отрапортовал Виктор.

– Ну что там? – задал вопрос, поднимаясь на ноги.

– Ну, как я и говорил. За вами хвост. Два раза тачки меняли по пути в эту жопу мира.

Чуйка не подвела. Уверен был, что слежку установят. На рожон не лезут, не отсвечивают. Но и из поля зрения не выпускают.

Есть за что беспокоиться? Есть, конечно. При условии, что не в лом было в эти ебеня тащиться. Хотя там люди подневольные. Но, тем не менее.

– Пробили?

– Обижаете. – хмыкнул Виктор, тоже явно затягиваясь никотином. – Как вы и предполагали: люди Костецкого.

Тоже не удивило. Больше некому.

Напрягся, падла. К Камилле теперь напрямую не подступиться, знает, что последствия нагонят. Но и отпустить ситуацию не может.

Наш с ней брак многих крыс всколыхнул. Ну пусть так. Постепенно всех перебью. И Камиллу смогу защитить.

– Понял тебя. Спасибо, Вить. Держи в курсе, что к чему.

– Само собой. Они, кстати, тачку бросили на вашей улице. Дома три от вас. Я близко не маячил, чтоб не светиться. Но вроде из тачки не выходили пока.

Ещё немного перетерев, сбросил вызов. Что ж.

Надо хоть немного поспать. И так мозг кипит от перегруза. А я ему ещё больше и больше тем для размышлений подкидываю.

Окинув взглядом небольшую территорию участка, зашёл в дом.

Прежде чем пойти к Камилле, решил принять душ. С водой здесь перебои, но терпимо.

По-быстрому принял душ, обмотал бёдра полотенцем и зашёл в небольшую комнату, где на диване у стены, лежала Камилла.

Вопросов на тему, чтоб идти спать отдельно, даже не возникло. Как-то само собой было логичным, лечь вместе. Хотя до этого мы ни одной ночи вместе не провели.

Но надо отдать должное, мы и не трахались до этого.

Скинув влажное полотенце, подошёл к дивану.

Красивая, зараза. Естественная. Хрупкая.

К темноте уже привык, что без проблем рассматривал спящую девушку.

Нет, в этом бою я победителем точно не выйду. Сам себе проиграл.

Член дёрнулся, стоило взглядом её фигурку просканировать. Одеяло сбилось у её ног. Лежала раскрытая, в тонкой маечке и кружевных трусах.

Рядом лёг. Словно тест на выдержку сдавал.

Хотелось прижаться к ней со спины. Округлой попкой в своей пах вжать, смять грудь с розовыми торчащими сосками. И войти в неё, на член насаживая до упора.

Какие-то первобытные желания бушевали на грани с инстинктами.

Взять, присвоить, пометить. Снова перед глазами гладкий лобок с каплями моей спермы. И снова член колом. Вся кровь к нему отлила. Да так, что до ломоты.

Пиздец.

И я бы взял. Прямо сейчас в неё ворвался, даже в спящую. Расшевелил бы быстро. Но не сразу после её первого раза. Только это и тормозило.

Рехнуться можно. А спать нельзя. Потому что член мешает. Потому что возбудился до потери рассудка.

Перевернулся набок, лицом к ней. Одеяло поправил, накрывая и её, и себя.

Не удержался и подтянул её ближе к себе.

Камилла зашевелилась во сне, перевернулась и, прижавшись к моей груди лицом, закинула на меня ногу. Бедром налитой головки коснулась.

Выспаться сегодня удастся вряд ли. Точно не мне.

Мазохизм чистой воды. Сам себя линчую. Но и позу менять не решаюсь. Есть в этом мазохизме и какие-то плюсы.

Глава 13.2

Марк

Проснулся один.

Рывком с кровати поднялся. Вещей Камиллы видно нигде не было.

Одевшись, вышел из тесной комнатушки. На часы глянул. Охренеть. Нормально я придавил на массу.

Камилла что-то готовила на кухне. Встал в дверном проёме, облокотившись плечом о косяк.

Девчонка что-то подпевала тихо играющей песне с телефона. Пританцовывала.

Залипательно. Стоял и молча наблюдал, не выдавая своего присутствия.

Круглая попка, которую хочется сжать руками. До красных отметин на коже. Стройные ножки, которым самое место у меня на плечах. Дурман.

Наверное, ещё долго бы так стоял, если бы Камилла не развернулась и не запалила мою слежку.

– Ой, привет. Ты встал уже?

Замерла на том месте, что стояла. Смотрит на меня, а в глазах что-то граничащее с паникой проскакивает.

Не знает, что ей делать. Растерялась? Недостаточно убедил, что теперь всё несколько иначе? Скорее всего, да.