Пламенная бунтарка ледяного дракона - Наталия Журавликова

Ох, копыта граунимов, от этой истории в носу защипало. Я представил в красках встречу отца и его дочки, чью чистоту удалось сберечь от лап похотливых драторинских богатеев.

— Он протянул руку и на его ладони я увидел кольцо. «Дерр, эту безделушку я забрал у одного из дермоглотов, которые похищали наших дочерей, — сказал он. 'Гад надеялся ею от меня откупиться. Но я просто взял ее, а потом выдрал мерзавцу глотку голыми руками».

— Впечатляет, — заметил я.

— О, еще как. Я принял кольцо, поскольку это жест благодарности был искренним и весьма трогательным. А потом отдал украшение оценщикам.

Леирн прокашлялся. Да, речь у него получилась столь же длинная, как эмоциональная.

Я ждал, пока советник прочистит горло.

— Трое знатоков-ювелиров сошлись в едином мнении, — продолжил Леирн, — вещь дорогая и выполнена опытным магом для члена королевской семьи Урнари. Там есть особое клеймо.

— И это кольцо, надо полагать, зачарованное, коли над ним работал маг? — по моему позвоночнику скользнула ледяная змейка.

— Да, герцог. Это кольцо-оберег, какие делают, чтобы сдержать разрушительное влияние магии. Не совсем ее убрать, а уравновесить. Такие делают юным и одаренным аристократам, которые пока не в силах совладать со своим даром, когда им в голову бьют соки молодости и созревания.

— И откуда же у работорговца могла оказаться такая особенная вещица? — я чувствовал себя гончей на охоте, берущей след.

— По словам полукровки, перед смертью охотник сказал, что забрал ее у одной из девиц.

Узнать правду

— Мы должны разузнать, кому в Урнари принадлежало это кольцо, — хрипло приказал я.

— Это будет сложно, — вздохнул советник, — королевство не из самых отзывчивых. Между нами есть контакты, но нет дружбы. Король Брейл не тот, кто охотно делится внутренней информацией. И от подданных требует того же.

— Сложно, но выполнимо, — отрезал я, — приступай.

— Принято, дерр Гараирн, — Леирн почтительно склонил голову.

Мы еще немного обсудили наши дела, и я завершил связь.

Прикрыв глаза, продолжал сидеть за столом в кабинете, где стоял орин, постукивая пальцами по столешнице.

— Озадачен? — из задумчивости меня вывел голос императора. Кайтона Даэрда, которого я давно не называл своим другом. Как считали Адела и моя тетушка — из глупого мужского упрямства.

Наши дамочки могут говорить не почтительные вещи, при этом не нарушая дворцового этикета. Вот чему стоит поучиться.

Открыв глаза, с любопытством посмотрел на повелителя.

Он стоял, привалившись плечом к декоративной колонне, руки скрещены на груди. Волосы собраны в хвост, лицо тщательно выбрито.

Поза дышала спокойствием, уверенностью и властью.

— Проблемы на Хвосте?

— Не то чтобы проблемы, — честно ответил я, — скорее, непонятки. Скажи, император, может ли ошейник полукровки оказаться на шее сэлонимки случайно?

— Случайно? — брови Кайтона взлетели чуть ли не на лоб. — Думаю, ты сам понимаешь, что на волю случай такие вещи не отдаются. Вряд ли кто-то по своей воле наденет этот знак, лишающий всех возможных привилегий и приличной брачной партии.

— Да, не так выразился, — я поднялся, — но можно ли, скажем, похитить благородную девицу, нацепить ей проклятый ошейник и выставить на рабский рынок?

— Можно, если иметь много наглости и верить в бессмертие, — Кайтон усмехнулся, — полагаю, ты говоришь о той самой девице, для которой просил вольную? Своей нечаянной рабыне?

Я кивнул. Нет смысла скрывать.

— Но почему она молчит, в таком случае? — император прищурился. — Ей приятнее быть твоей рабыней, чем благородной сэлонимкой? Расскажи, что тебя навело на такие мысли, кроме уверенности в своей мужской неотразимости.

— Задница граунима, — выругался я, понимая, что мои суждения не выдерживают логики, разбиваясь как вода о камни.

— Папа говорит, нехорошо ругаться! — раздался вдруг детский голосочек, такой милый, что кажется ему светлые духи подпевают.

Принцесса Делайя просунула любопытную мордашку в приоткрытую дверь.

— Еще папа говорит, что нехорошо подслушивать, — нравоучительно сообщил Кайтон, оборачиваясь к своему младшему чаду.

Малышка, увидев, что отец ее заметил, не испугалась, а радостно расхохоталась, вбегая в кабинет.

Раскинув пухлые ручки на манер крыльев, подбежала к отцу и упала на него, обхватывая ноги. Девочка не доходила даже до колен грозному драторину и правителю огромной империи.

Но что странно, у меня сложилось ощущение, что у ног сейчас вовсе не она, а великий император.

В его лице мало что поменялось, но все равно очень понятно, что Кайтон растаял.

— Дели! — послышался строгий мальчишеский голос, и к нам присоединился принц Дайрон Даэрд. Вихрастый девятилетка с суровым отцовским взглядом.

Удивительно, как жила в этих ребятишках императорская пара!

Дайрон вылитый папенька, брюнет с резкими чертами лица, но глаза у него мамины. И в улыбке можно разглядеть Аделу, даже не сильно включив воображение.

Делайя унаследовала светлые материнские локоны и мягкость очертаний, но глядя на нее, безошибочно можно сказать, что это дочка Кайтона Даэрда. Непостижимо. Хотя он и не строит такие умильные рожицы, но… не знаю как объяснить. Это нечто выше моего понимания.

— Прости, отец, — Дайрон подхватил сестру, которая сначала сопротивлялась, а потом крепко обхватила шею брата, — она от меня убежала. Очень хитрющая девочка. Сказала, что хочет поиграть в прятки. А сама тебя пошла искать.

— Я соскучилась, — пропищала малышка.

— Скоро к вам присоединюсь, — пообещал император, — договорю с дядей Эйтоном и приду. Или мы даже вместе с ним придем.

Принцесса Делайя взвизгнула от восторга, а принц Дайрон церемонно мне кивнул. И несмотря на то, что в ухо ему визжала малышка, выглядел этот юный дерр весьма величественно. Только в детских глазах блестела смесь озорства и любопытства.

Дети убежали, а Кайтон повернулся ко мне.

— Думаешь, я размяк и забыл, о чем мы говорили? — усмехнулся он. — Рассказывай, что там у тебя за ребусы.

Похоже, это мне после милой семейной сцены нужно переключаться на деловой лад, а вовсе не счастливому отцу.

Собрав волю в кулак, я изложил суть беседы со своим советником.

— Значит, у одного из преступников нашли вещь королевской семьи, выполненную по заказу Брейла, — подытожил Кайтон, — и ты подозреваешь по какой-то причине, что она принадлежит твоей загадочной рыжей рабыне.

Я кивнул.

— Да, это звучит и выглядит нелепо, — пришлось признать очевидное, — кольцо могло