Оковы прошлого. Книга 3 - Триша Вольф

В этот момент она кашляет, и ледяные пальцы обхватывают мое запястье, еще шокируя меня. Словно в сцене из плохого фильма ужасов, Лена оживает.

Вырываясь из ее хватки, я пользуюсь тем, что она все еще пристегнута, и прижимаюсь спиной к двери. Я хватаюсь за ручку и нажимаю на консоль, со стоном приоткрывая дверцу.

— Чертова сука, — бормочет она. Затем она бросается наперерез мне, пытаясь справиться с ремнем безопасности. Ее взгляд переключается на меня, когда раздается щелчок отстегиваемого ремня.

Мы пристально смотрим друг на друга, тратя на это лишь мгновение, прежде чем она набрасывается на меня, и я падаю назад.

Осколки стекла и щебня впиваются в спину, но я использую эту острую боль, чтобы сосредоточиться. В ту же секунду мой взгляд фокусируется, и я поднимаюсь на ноги. На темной дороге нет чьего-либо присутствия. Когда мы съехали с шоссе?

Пронзительный крик из опрокинутой машины привлекает мое внимание, и я перевожу взгляд на дорогу. Изучая оба направления. Мне нужно бежать. Неправильно, если я не побегу. Если пойду по дороге, она может застрелить меня. А может, и нет...Я все еще нужна ей. Но в компании с сумасшедшим агентом ФБР я не могу рисковать.

Дверь со стороны водителя со скрипом открывается, ударяясь о дорогу, и мои инстинкты срабатывают. Я устремляюсь к деревьям неподалеку. Как можно быстрее перебирая ногами, ощущаю, что каждый шаг отдается огненной судорогой в позвоночнике. Я срываюсь на бег, когда тишину разрывает выстрел.

Она, блять, стреляет в меня.

— Я могу выстрелить в твою ногу, — кричит она. — Это было предупреждение.

Я ей верю. Следующий выстрел взрывает пучок травы прямо передо мной, и я ныряю в сторону, прикрывая голову. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Пот обжигает каждый порез и царапину на моем теле, и я неуверенно поднимаюсь на ноги. Адреналин обжигает вены, когда я поворачиваюсь к ней лицом.

Лена не торопится подойти ко мне. Ее нога волочится по земле, и каждый шаг обнажает боль, искажающую ее лицо по мере приближения.

— Это было неуместно, — выплевывает она и бьет меня пистолетом по лицу. На этот раз с силой. Ночь вспыхивает и исчезает, и ослепляющая боль затмевает мое зрение. Затем я поднимаю взгляд с земли. Я моргаю, прогоняя навернувшиеся на глаза слезы, и вижу, что она стоит надо мной.

— Это за мое разбитое лицо, — она тяжело шмыгает носом. — Машину можно заменить, — Лена наклоняется и поднимает меня, заставляя встать, а затем приставляет пистолет к моему лбу и достает свой телефон.

— Донаван, — говорит она, задыхаясь. — Отследи мое местоположение. Меня и мою собственность нужно отвезти в аэропорт. — Проходит несколько секунд, пока я утыкаюсь взглядом в ствол, обдумывая мысли о возмездии, а затем она восклицает: — Это недопустимо! Сделай так, чтобы все получилось!

Она стучит по экрану телефона, а затем рассеянно смеется.

— Поглядите. Пропущенный звонок от детектива Куинна. — Мое сердце подскакивает к горлу. — Должно быть, меня не хватало на месте преступления.

Я высоко вздергиваю подбородок.

— Или он знает, Лена. Куинн чертовски хороший детектив. Неужели ты думаешь, что мое отсутствие в лаборатории осталось незамеченным? Или что Карсон не сказал Сэди…

— Ты взяла на себя смелость встретиться с Альфой, помнишь? — говорит она, и паника пронзает мою грудь. — Куинн — хороший детектив. Он начнет искать тебя именно там, куда ты ему указала. На складе.

Она права. Сэди, вероятно, уже рассказала Куинну о сообщении.

— А Карсон мертв, — выплевывает она.

Воздух покидает мои легкие болезненным хлопком.

— Что ты сделала?

Она машет пистолетом, а затем хватает меня за волосы, дергая, чтобы заставить идти. Мы начинаем пробираться через опушку леса.

— Ты помнишь, какой была первая доза? Представь, в сто раз больше. Тройная доза чистой «Трифекты». Пока мы разговариваем, его внутренности уже распадаются на нежизнеспособную жижу.

Я борюсь с ее хваткой и, наконец, вырываюсь.

— Позвони Куинну, — требую я.

Ее светлые брови ползут вверх.

— Тогда уже не будет так весело. Ты все превращаешь в банальщину. Не заставляй меня делать с тобой банальные вещи, Эйвери.

— У меня есть противоядие. — По крайней мере, надеюсь на это. Я никогда его не тестировала, ведь у меня не было оснований для сравнения или доказательств того, что это сработает... но это лучше любого препарата, который скорая будет вводить для противодействия яду. — Я пойду с тобой и сделаю все, что хочешь…

— Оглянись вокруг, — она машет рукой. — Ты все равно будешь делать все, что я захочу.

Я прикусываю язык.

— Я сделаю это добровольно. Что приведет к гораздо лучшим результатам. Но только если Карсон не умрет.

Ее пристальный взгляд блуждает по мне, и, наконец, кровавая улыбка кривит ее губы.

— Видишь? Вот почему ты так важна для меня, Эйвери. Противоядие, — она смеется. — Ты действительно гениальна. Просто подумай, что мы можем сделать вместе. — Пистолет упирается мне в бок, и я вздрагиваю. — Но мне плевать на Карсона. Давай, иди вперед.

Я ломаю голову, придумывая, что же может заинтересовать ее. Если Карсон умрет, это ляжет еще одним грузом на мою и без того отягощенную совесть. Как бы эгоистично это ни звучало, я не могу нести ответственность за его смерть.

Запах свежей воды доносится сквозь деревья, и внезапно у меня появляется представление о том, где мы находимся.

— Это неприемлемо, — уклоняюсь я.

Она отвечает не сразу. Все еще волоча раненую ногу, шаги Лены замедляются, дыхание становится затрудненным.

— Мы задерживаемся, — она кашляет, — только на несколько часов.

Отчаяние заставляет нас совершать импульсивные поступки. И я продолжаю говорить с ней, истощая ее легкие.

— Ты убила свою мать — женщину, которую ненавидела. Зачем использовать ее прозвище для себя?

Пистолет уходит в сторону, когда она пытается двигаться вперед.

— Ты блестящий ученый, но не так умна, как твоя подруга-профайлер, — произносит Лена. — Перестань пытаться отвлечь меня. Я рассказала тебе все, что хотела. Пока.

Боже, Карсон. Надеюсь, ты это оценишь. Я переношу равновесие на правую ногу и поворачиваюсь.

— Но меня обучал один из лучших полицейских, — я ударяю ее головой, целясь в поврежденную носовую перегородку. Хрящи ее носа трескаются под моим ударом, и брызги теплой крови покрывают мое лицо.

Она прикрывает нос, ее пистолет взлетает вверх, и я, не упуская момент, хватаю его.

За громким хлопком следует оглушительная тишина.

Глава 18

Напарники

Куинн

Мой звонок Векслеру будет стоить мне работы. Он, наверное, уже подает заявление на мое увольнение с пометкой о лишении пенсии. Мне кажется,