Смерть - Мишель Хёрд

Зная, что полиция будет здесь с минуты на минуту, я приказываю:

— Грузите их в машины. Давайте убираться отсюда.

Я направляюсь к выходу, и Педро догоняет меня.

— Здесь три женщины, которые почти не говорят по-английски. Думаю, они польки.

— Привезем их домой, а там найдем кого-нибудь, кто будет им переводить, — отвечаю я. — Пусть двое мужчин отвезут их на аэродром, пока мы разберемся с этими ублюдками.

Педро кивает и отходит, чтобы отдать приказ.

Я забираюсь на пассажирское сиденье внедорожника, и мне не приходится долго ждать, прежде чем Педро садится за руль.

У нас повсюду есть конспиративные квартиры и склады, и, заведя двигатель, Педро отвозит нас к месту назначения в Санта-Крус-де-ла-Сьерра4. Оно расположено недалеко от аэродрома, так что мы сможем быстро уехать, после того как разберемся с четырьмя мужчинами, работавшими в клубе.

Мы едем около двадцати минут, прежде чем Педро подъезжает к складу, который выглядит заброшенным.

Я вылезаю из машины и наблюдаю, как паркуются другие внедорожники. Мои люди отводят заключенных на склад, а я осматриваюсь, проверяя, что вокруг тихо, и только потом захожу внутрь.

Я передаю автомат Педро и достаю из кармана колоду карт Таро.

Четверых мужчин заставляют встать на колени, пока я тасую карты, а потом говорю:

— Есть так много других способов заработать деньги.

— Кто ты такой?

Я бросаю взгляд на мужчину, затем спрашиваю Педро:

— Напомни-ка, как его зовут?

— Брага. Он администратор в клубе. — Педро указывает на мужчину, одетого в костюм-тройку. — Это владелец, Кампос. Двое других — просто солдаты.

Я завожу руку за спину и достаю пистолет из-за пояса брюк. Потом прицеливаюсь и быстро убиваю солдат, стреляя им в головы.

— Уберите тела и перережьте кабельные стяжки на остальных двоих, — приказываю я.

Я прячу оружие обратно за спину и продолжаю тасовать карты.

Кампос не отрывает взгляда от моих рук. На его лице мелькает страх, и я усмехаюсь. Наклонив голову, я говорю:

— Ты слышал обо мне.

Он кивает.

— Моему кузену досталась одна из твоих карт.

Я выгибаю бровь, глядя на него.

— Какая именно?

— Умеренность.

Если кто-то вытягивает эту карту, я надеваю ему петлю на шею и заставляю балансировать на одной ноге, стоя на деревянном столбе. Если он продержится двадцать четыре часа — получит свободу, а если нет, то будет висеть до самой смерти. Мы с Педро придумали это пока наслаждались дюжиной кружек пива, сидя на веранде.

— Он, должно быть, мастерски умеет балансировать, — говорю я. — Раз уж выжил и рассказал тебе об этом.

Кампос кивает.

— Сначала Брага, — бормочу я. — Встань и выбери свою карту.

— Это из-за киски? — Спрашивает Кампос. — Все продают киски.

— Не все. — Я раскладываю карты, а Педро подталкивает Брагу ближе ко мне. — Выбери одну.

Брага непонимающе смотрит на меня, но вытаскивает карту из середины. На его лбу появляется морщинка.

— Колесница?

На моем лице расплывается улыбка.

— Одна из моих любимых. — Я демонстративно кланяюсь и указываю на дверь. — Твоя колесница ждет. Приятной поездки.

Педро подталкивает Брагу к трем моим людям, и они вытаскивают его со склада, чтобы привязать к задней части внедорожника. Они будут тащить его тело, пока он не умрет.

Именно так картель поступил с моей матерью.

Моя улыбка превращается в убийственную ухмылку, когда я смотрю на Кампоса.

— Твоя очередь. Выбери свою судьбу.

— Я могу тебе заплатить, — пытается он поторговаться.

Раздается рев двигателя, а затем — испуганные крики Браги, когда его увозят прочь со склада.

Кампос так сильно вспотел, что капли стекают по его лицу.

— Я могу заплатить тебе миллионы.

Я удивленно смотрю на него.

— О какой сумме идет речь? Сколько стоит твоя жизнь?

— Пять миллионов.

Я начинаю качать головой, и он быстро выкрикивает:

— Десять.

Каждый раз, когда я качаю головой, он удваивает сумму, пока я не говорю:

— Мне становится скучно.

— Пятьдесят шесть миллионов! Я могу отдать их тебе в биткоинах.

Широко улыбаясь, я говорю:

— Мне нравится, как это звучит. — Я оглядываю своих людей. — У кого-нибудь из вас есть ноутбук? — Они начинают качать головами, а я смотрю на Кампоса. — Очень жаль. Выбери карту.

— Нет! Я могу дать тебе деньги.

Мое выражение лица становится мрачным.

— Если ты не выберешь, это сделаю я.

Дрожа как осиновый лист, он наконец вытаскивает карту из колоды и медленно рассматривает ее.

— И? — Спрашиваю я.

— Маг.

— О-о-о-о. Веселье только начинается. — Я бросаю взгляд на Педро, который быстро выбегает за тремя коробками.

— Ч-что означает эта карта? — Спрашивает Кампос.

— Тебе снова придется выбирать.

На его лице мелькает облегчение, и, наклонившись, он упирает руки в бедра, тяжело дыша.

— Есть три коробки. В одной из них пистолет, а это значит, что я выстрелю тебе в голову. Во второй лежит карта, которая дарует тебе свободу, а в третьей — бензин и зажигалка. — Когда на его лице вновь мелькает ужас, я усмехаюсь. — Не унывай. У тебя все еще есть шанс получить свободу, тогда ты и твой кузен сможете еще больше сблизиться, пройдя через испытания судьбы.

Педро возвращается с коробками и ставит их на пол передо мной.

— Ощущаешь себя счастливчиком? — Спрашиваю я Кампоса.

Он просто смотрит на черные коробки с золотой окантовкой.

Я машу на них рукой и приказываю:

— Выбери любую коробку.

Кампос приседает и тянется к средней коробке, но затем передумывает и берет коробку справа. Выпрямившись, он протягивает коробку мне.

Я с улыбкой беру ее.

— Хочешь посмотреть, что в остальных?

Он качает головой.

— Просто открой эту чертову штуку.

Я открываю защелку и поднимаю крышку, после чего моя улыбка превращается в широкую ухмылку. Я достаю зажигалку и бутылку с бензином, говоря:

— Я бы сказал, что в следующий раз повезет больше, но следующего раза не будет.

Когда глаза Кампоса расширяются, я брызгаю на него бензином, и он тут же отскакивает назад. Я открываю зажигалку, зажигаю пламя и бросаю ее в него. Я вылил достаточно бензина на его пиджак и, пока он пытается потушить пламя, выливаю остаток ему на лицо, шею и грудь. Пламя разгорается, быстро распространяясь, и Кампос начинает кричать, бросаясь на меня. Я быстро уворачиваюсь в сторону, чтобы не столкнуться с ним.

Он падает на колени, а затем начинает кататься по земле, и мне в ноздри ударяет тошнотворно-сладкий запах горящей плоти.

Я стою и смотрю, пока он не замирает, и, достав из-за спины пистолет,