Крупным планом - Кэтрин Полански

— Ну что? — поинтересовался Джетро у Кэрри в перерыве между дублями. — Ты произвела впечатление на мистера Мэтьюса?

— Определенно, — вздохнула девушка, вспоминая смеющиеся глаза Тони.

— Теперь перед тобой открываются новые горизонты?

— О да. Питер уже позвал меня в следующий фильм. Социальная драма, есть где развернуться.

— Понятно. — Джетро помолчал. — Что ж, я очень за тебя рад.

И все. Никаких намеков, никаких подсказок, думай что хочешь, дорогая.

Только начав играть, Кэрри поняла, что у нее гора с плеч свалилась: хотя съемочная группа и не знает, кто она на самом деле, Питеру теперь все известно, и он ее одобряет. И еще известно мистеру Мэтьюсу и маме, и они позволили продолжать. Эвелин с ума сойдет от радости. Впрочем, сначала мама обещала слетать к ней и устроить качественную головомойку. Но сестричка вынесет любую бурю, если ее заранее предупредить об уже полученном прощении. Кэрри задумалась. Нет, не стоит информировать Эвелин. Ведь ей, Кэрри, пришлось вынести все в одиночку, неожиданное и неумолимое разоблачение стоило ей минимум пяти лет жизни. Так что пусть сестренка тоже получит свою долю волнений.

В последних сценах этого дня Кэрри занята не была, поэтому просто сидела в уголке, никому не мешая и глядя, как Макс, Джетро, Байуотер и его дублер снимаются в костюмах на фоне синего экрана. Моделировали кусочки финальной битвы, и от актеров требовалось совершать массу странных телодвижений, которые при дальнейшей прорисовке на компьютере сложатся в завораживающей красоты картинку.

Она глаз не могла отвести от Джетро. Она влюбилась в него так, что внутри что-то сильно и сладко сжималось, когда удавалось поймать его взгляд, направленный на нее. Все это история с печальным концом, пыталась напомнить себе Кэрри. «Я читал сценарий, — сказал ей как-то Макс, — и в конце мы всех победим». Она тоже читала сценарий собственного будущего — и ничего утешительного в плане отношений с Джетро Фортманом там не находила.

А он был так потрясающе хорош во всех этих железках, с распахивающимися за спиной механическими крыльями, отливающими серебром. На Джетро был легкий шлем, оставляющий открытым почти все лицо — на экране оно будет скрыто за силовыми полями. Его руки в перчатках со стальными пластинами казались больше, чем обычно, а напротив него в еще более устрашающем костюме стоял дублер Байуотера, изображавший совершенно сбрендившего генерала Кэллоу.

— Мотор! Камера! Начали!

Грохот, звон, скрежет металла о металл — и противники будто танцуют танго, а Кэрри уже без всякого труда видела, что должно происходить вокруг. Видела предметы и людей, которых тут не было, взрывы, вспышки, сполохи. И она по-настоящему боялась за Джетро, как будто он участвовал в настоящей битве, и смерть была совсем рядом.

— Стоп! Снято. Джет, Кевин, выбирайтесь из этих костюмов. Макс, готовься, будем снимать крупные планы. И где Байуотер? Только что был тут.

— О господи, опять эта железная штуковина! — простонал Эвершед, конечно, не всерьез. — Она натирает мне даже в самых труднодоступных местах!

— Не ной, Макс, — откликнулся Джетро, — она вовсе не такая тяжелая.

— А я хоть слово сказал, что она тяжелая?

— Прошу всех собраться в шестой секции! — прогремел над павильоном голос режиссера.

Кэрри и Джетро переглянулись.

— Видимо, нашли, — резюмировал Фортман, махнул рукой на переодевание, только датчики отстегнул и, гремя, как грузовик с металлоломом, направился в указанном направлении. Туда же потянулись и остальные актеры.

Шестая секция была пустой, декорации тут уже демонтировали, а новые еще не поставили. Посередине стоял Трэвис Хилл, за ним — несколько парней, на хмурых лицах которых явно читалась неотвратимость возмездия. Актеры и персонал стояли полукругом, Сайфер прошел вперед и встал рядом с Хиллом.

— Мистер Хилл сообщил мне, что только что закончил расследование и все выяснил. — Он кивнул. — Прошу вас.

— Ошибка подобных саботажников, — тяжелым негромким голосом начал Трэвис Хилл, — в том, что они, как правило, становятся излишне самоуверенными, если первоначально все сходит им с рук. И начинают совершать ошибки. Их ошибки — наш шанс все вычислить. Так случилось и в этот раз. На двери в хранилище, откуда пропали пленки, стоит замок, открываемый карточкой. Обычный замок, таких полно на территории студии, однако мало кто знает его маленькие секреты. И вы не знали, так, мистер Трант?

Все взгляды обратились на залившегося краской Хоакина. Питер выглядел озадаченным, по рядам людей пронесся шепот.

— Кто подумает плохое про помощника режиссера? — продолжал Хилл. — Однако именно мистер Трант повинен во всех неприятностях, постигших вашу съемочную группу. Это он испортил страховку ваших каскадеров, выводил из строя аппаратуру, поджег трейлер и уничтожил материалы на компьютерах. А вот пленка, к счастью, цела.

— Уф, — сказал Питер, достал из кармана джинсов платок и вытер вспотевший лоб.

На лице Эвершеда тоже было написано облегчение.

— Она лежит в багажнике машины мистера Транта. — Хилл не отрываясь смотрел на Хоакина. — Вы хотите дать вашему режиссеру какие-нибудь объяснения?

— Я не обязан ничего объяснять, — гордо заявил Хоакин и скрестил руки на груди, — сначала докажите, что виноват именно я.

— Охотно, — кивнул ничуть не разочарованный Хилл. — Мы готовы предоставить все доказательства полиции Лос-Анджелеса, представители которой дожидаются нас за дверями павильона. Покушение на убийство каскадеров и известного актера тянет на неплохой срок за решеткой, мистер Трант. Не считая всего остального. Полиция очень заинтересовалась вами.

— Вы им заплатили! — крикнул Хоакин, теряя невозмутимость. — Всем известно, что Тони Мэтьюс может купить Америку, и глазом не моргнув!

— Пройдемте с нами, мистер Трант, — не дрогнул Хилл.

Хоакин дернулся было, но молниеносно отреагировавшие люди Хилла оказались рядом с ним и аккуратно начали подталкивать к выходу.

— Надо же, — сказал Джетро вполголоса, — а я его считал хорошим человеком.

— И подозревал меня, — упрекнула его Кэрри.

Фортман предпринял попытку привлечь девушку к себе, но в костюме Стального ангела делать это было чертовски неудобно.

— Почему стоим и ничем не занимаемся? — Питер быстро вернулся в рабочий режим. — Макс, залезай в этот чертов костюм, как только из него вылезет Джетро. Джет, не тормози. Эвелин, если ты еще хочешь поцеловаться с Эвершедом в кадре, немедленно иди к гримерам.

— Ах! — наигранно трагическим голосом провозгласил Макс. — Такой впечатляющий момент! Я не должен опозориться. Валери, где мои мятные пастилки?..