Бессердечный - Сандра Мартон

Подойдя к Рейчел, Роберта крепко обняла ее.

— Пожалуйста, Рейчел, — сказала она, помогая ей подняться. — Не плачь. Все то, что наговорила эта женщина…

— Она действительно мать Итана, — прорыдала та.

— Но все остальное ложь. Любой, кто тебя знает, сразу бы это понял. Принц Карим должен был понять. Как он мог поверить всем тем возмутительным вещам, что она о тебе наговорила?

Именно это терзало душу Рейчел. Как человек, который клялся ей в вечной любви, мог в ней усомниться? Ответ был прост. Карим поверил Зуки, потому что главное в ее истории было правдой. Она, Рейчел, солгала ему насчет матери Итана и потеряла все. Ребенка, который был смыслом ее жизни, и мужчину, которого любила всем сердцем.

Потеряла навсегда.

Она могла бы винить Зуки за то, что та бросила Итана и наговорила о ней гадостей Кариму и его отцу. Могла бы винить Карима за то, что он снова превратился в холодного бессердечного человека, который ворвался в ее квартиру в Вегасе.

Но ужасная правда состоит в том, что единственный человек, которого она может винить, — это она сама. Ей с самого начала не следовало лгать. Но прежде всего ей не следовало поддаваться чувствам.

Любовь — это самая большая ложь. За этим красивым словом чаще всего прячется примитивное плотское желание. Неужели горький опыт матери ее так ничему и не научил? Наверное, из-за длительного воздержания она приняла физическое влечение за любовь.

— Мисс?

Рейчел подняла глаза. Это был слуга, который проводил их сюда, но обращался он не к ней, а к Роберте. Короля и Зуки с Итаном в комнате уже не было.

— Матери ребенка нужна ваша помощь, — произнес он, посмотрев украдкой на Рейчел.

— Пусть ей помогает кто-нибудь другой, — сердито пробурчала Роберта.

Рейчел коснулась ее руки:

— Пожалуйста, ступай с ним и помоги ей.

— Помочь твоей сестре? Ты спятила? Она…

— Я знаю, какая она, — горько произнесла Рейчел. — Но я прошу тебя не ради нее, а ради моего малыша. — Голос Рейчел сломался. — Должно быть, он очень напуган. Он находится в незнакомом месте с незнакомой женщиной. — Ее глаза наполнились слезами. — Пожалуйста, Роберта, — прошептала она, взяв девушку за руку. — Мой малыш нуждается в тебе.

Роберта заплакала:

— Да. Ты права. Не беспокойся. Я буду заботиться о нем столько, сколько понадобится.

Они обнялись, после чего Роберта удалилась вслед за слугой. Рейчел осталась одна в звенящей тишине. Она продолжала стоять на месте, не зная, что ей делать дальше. Ей нужно покинуть это ужасное место, но как?

— Рейчел? — раздался у нее за спиной знакомый низкий голос.

Повернувшись, она увидела Карима. Он стоял, сложив руки на груди, и холодно смотрел на нее, но в ее сердце все равно затеплилась крошечная надежда.

— Карим, прошу тебя, выслушай меня…

— Это была моя главная ошибка. Я слушал твою ложь и верил ей.

— Мне не следовало тебе лгать насчет матери Итана. Я знаю. Но все то, что касается нас, не было ложью.

— Нет никаких «нас» и никогда не было.

— Я люблю тебя, Карим. Ты должен…

Он протянул ей листок бумаги, на котором было что-то написано.

— Что это?

— Чек.

Она тупо уставилась на него:

— За что ты собираешься мне заплатить?

— За убедительный спектакль, который ты передо мной разыгрывала. Чего ты ждешь? Бери его.